Весна прошла, наступало лето, погода постепенно становилась теплее.
Четвертая наложница в Государственной резиденции герцога, Го Цзинянь, погладила слегка выступающий живот. Она обмахивалась веером и лениво ела закуски, стоявшие на столе.
Это была ее вторая беременность. Во время первой у нее на третьем месяце случился выкидыш. Поэтому на этот раз она была особенно осторожна.
Внезапно она увидела первую даму, Хуан Тинью, которая подошла к ней, и поспешно встала, чтобы поприветствовать ее. Они взяли друг друга за руки и поприветствовали, прежде чем сесть на свои места.
Хуан Тинью - жена наследного принца в государственной резиденции герцога, старшая невестка семьи Юй и будущая первая дама. Ей было за тридцать, и она держалась грациозно и уверенно.
Она, как экономка, относилась ко всем с уважением. Так же относилась к своим младшим братьям и сестрам, и женам брата с уважением и любовью, взяв за образец для подражания невестку.
Они как раз сели, когда она серьезно спросила:
- Тебе сегодня лучше? У тебя все еще бывает сильная утренняя тошнота?
- Я понятия не имею, какой демон перевоплотился в моем животе, но ребенок так мучил меня, что я не могла ничего есть, - Го Цзиньянь огорченно сказала: - Однако сегодняшние пирожные мне вполне по вкусу. Мне удалось съесть несколько.
Хуан Тинью уставилась на голубовато-зеленую тарелку, на которой лежало несколько изысканных на вид пирожных разного цвета. Они были очень изысканными и изящными, при взгляде на них слюнки текли.
- Они очень красивы, не такие, как домашние. Я предполагаю, что твой четвертый дядя очень любит тебя, раз приказал их купить. Это либо из зала Шию, либо из здания Цзюйсян.
- Золовка, на этот раз ты ошиблась. Недавно на Западной улице открылась кондитерская под названием «Декабрьские лунные пирожные». Это их фирменная выпечка под названием «Декабрьское пирожное». Их очень трудно купить, так как каждое утро с Западной улицы на Восточную выстраиваются очереди. Син Чжан приказал слуге пойти туда рано утром, чтобы встать в очередь, и до полудня он так и не вернулся.
Го Цзинъянь отодвинула тарелку и сказала:
- Невестка, ты можешь попробовать и посмотреть сама.
Как только Хуан Тинью услышала это, она поперхнулась чаем и долго кашляла. Она достала носовой платок, прикрывая рот.
На ее лице застыло странное выражение.
- Обязательно ешь пирожные в комнате и не показывай их маме.
- Как же так?
- Так, кажется, ты не знала - это дело рук той женщины.
- Какой женщины?
Го Цзиньянь была ошеломлена. Ей понадобилось время, чтобы прийти в себя. Она широко раскрыла глаза и замахала руками.
- Это - она?
Хуан Тинью выровняла дыхание и изменила выражение лица. Она посмотрела на Го Цзиньянь и сказала:
- Именно, она. Сейчас мама сердится, так что не действуй ей на нервы во время ужина.
Затем она начала обдумывать текущую ситуацию.
Во второй половине дня, мать послала третью невестку посмотреть, что происходит, но они пока еще ничего не поняли.
Это было поручение, которое никто не хотел выполнять; они должны были быть настороже, чтобы не вляпаться в это дело.
Го Цзиньянь на мгновение потеряла дар речи, прежде чем ответить:
- Спасибо, невестка, что напомнила мне.
Она стряхнула с рук крошки пирожных и презрительно сказала:
- Я ожидала, что такой человек, как пятый дядя, полюбит достойную. Кто же знал, что он положит глаз на дочь торгаша. Это самая большая шутка, которую я когда-либо слышала.
- Это тоже странно. - Хуан Тинью сказала: - Несколько дней назад принц Ян отправился в Фэнсян, готовый повелевать, и я была в курсе ситуации. Кто знал, что, вернувшись, он изменится и даже начнет заступаться за пятого дядю.
- Я ведь знаю, правда? Даже второй дядя и невестка Цинлянь писали письма, намекая, что они на его стороне. Интересно, что это за женщина? Теперь мне стало любопытно.
Во время ужина, люди за столом в Государственной резиденции герцога вели себя чрезвычайно тихо.
У госпожи Го, сидевшей во главе стола, было мрачное выражение лица, и можно было легко сказать, что она была не в хорошем настроении.
Никто не хотел ее раздражать, поэтому все ушли, едва поели.