Контент удален!

Буквы чёрные, бумага белая — вот и всё, что она понимала.

Сборник задач, в который она заглянула впервые за долгие десять лет, был полон непонятных слов.

Чон Ён, вплотную придвинувшаяся к столу и сверлившая сборник взглядом, повалилась на спину. Она весь день смотрела в буквы, и теперь потолок кружился.

Сейчас важен был не экзамен экстерном, а то, где лежит завещание.

При жизни Чо Мён Сук так изводила Чон Ён, а после смерти ни разу ей не приснилась. Это же ради её родного внука — явилась бы хоть разок и подсказала, где оно.

Давай ещё раз подумаем.

Завещание существует. Деменции у Чо Мён Сук не было. Она просто была вздорной старухой. Только говорить, где оно, не спешила. Вроде точно сказала — в тёплом месте, но таких мест ведь не одно и не два.

Нет, если трезво смотреть на вещи.

Чон Ён снова резко села.

Чем ломать голову над тем, где лежит завещание, о котором она ничего не знает, пожалуй, лучше положиться на жалость Пэк До Хона. Как ни крути, выходило подло, но что ещё ей оставалось? Других вариантов всё равно не было.

Пока она так металась, не в силах ни на что решиться, вдруг раздался звонок в дверь.

Кто может прийти к Пэк До Хону? Он говорил, что ищет новую домработницу, — может, она?

Чон Ён, сомневаясь, подошла к домофону на стене в гостиной. Нажала кнопку — и экран заполнило лицо какого-то мужчины.

— Здравствуйте, Ча Чон Ён. Нас прислал господин вице-президент.

Это был подчинённый Пэк До Хона, которого она уже видела. Чон Ён, поколебавшись, всё же открыла дверь.

— Где ваша комната, Чон Ён?

В дом вошёл не один мужчина, и тот подчинённый, которого Чон Ён запомнила, обратился к ней.

— А, вот здесь.

Чон Ён показала на ближайшую к прихожей комнату. В комнате не было ничего, кроме одеяла, на котором она спала.

— Стол и кровать. Господин вице-президент лично об этом позаботился.

Мужчины вошли в комнату, где жила Чон Ён, достали мебель из коробок и в два счёта принялись её собирать. Вскоре в комнате у Чон Ён появились кровать, письменный стол и стул.

— Готово.

Собрав мебель, мужчины сразу направились к выходу.

— Постойте.

Чон Ён поспешно остановила одного из них.

— Что такое?

Коротко стриженный мужчина посмотрел на неё колючим взглядом. Судя и по огромному росту, и по манере речи, он явно не был обычным офисным служащим.

Да кто же он такой, этот Пэк До Хон?

— Я про господина вице-президента.

Чуть помедлив, Чон Ён, не обращая внимания на горящее лицо, кое-как выдавила:

— Может, он что-нибудь любит?

— Что?

Мужчина, видимо, не понял, о чём она, и озадаченно переспросил.

— Ну, то есть какую-нибудь еду… или вообще что угодно, что нравится господину вице-президенту. Ничего такого нет?

Шея у Чон Ён уже покраснела. Мужчина растерянно похлопал маленькими глазками, глядя на неё, а потом покачал головой.

— Даже не знаю. Господин вице-президент не особенно показывает свои личные предпочтения.

Это Чон Ён видела и сама. Они жили вместе уже несколько дней, но Пэк До Хон вёл до оскомины пресную жизнь. Ушёл на работу, пришёл с работы. Или пришёл с работы ещё позже. Дома наскоро ест и запирается в кабинете.

Видимо, и с подчинёнными он такой же. Не сумев скрыть разочарования, Чон Ён уже собиралась отвернуться, но тут мужчина негромко подал голос.

— А. Что ему нравится, не знаю, а вот лжи он не любит.

— Что?

— Очень не любит, когда врут или пытаются его обмануть. Нет, ненавидит.

Чон Ён почувствовала, как у неё одеревенели плечи.

— Простите, что не смог помочь. Всего доброго.

Мужчина сухо попрощался и вышел. Снова оставшись одна, Чон Ён, как заворожённая, вернулась в комнату и стала её разглядывать.

Кровать у стены, напротив — стол и стул.

— Ох…

Чон Ён медленно провела рукой по столу. Пальцы ощутили гладкую фактуру дерева. Чон Ён присела на корточки на полу и закрыла лицо руками.

Впервые в жизни у неё появилось то, что можно было назвать её комнатой.

В детстве, когда она росла в детском доме, такого понятия, как своя комната, не было. Дети одного пола спали вместе в большой комнате, а уроки делали отдельно, в комнате для занятий.

Поэтому в детстве Чон Ён мечтала о собственной комнате. Когда она была стажёркой, у них было общежитие, но жила она там, разумеется, не одна.

Когда она недолго жила в доме Чо Мён Сук, помогая ей передвигаться, её поселили в свободной комнате, потому что жить было негде, но стола там не было, только простая кровать. Да и с кроватью нормально отдохнуть не получалось: Чо Мён Сук звала её всю ночь напролёт.

Но эту комнату Пэк До Хон действительно сделал для Чон Ён.

И всё же эта комната была результатом её аферы. Она была ничем не лучше мошенницы, которая воспользовалась чужой добротой и чужим отчаянием и поживилась за их счёт.

В самой середине груди заныло, будто туда глубоко воткнули иглу.

Может, сбежать прямо сейчас? Совести принять доброту Пэк До Хона у неё никак не хватало.

К тому же он больше всего ненавидит ложь?

Совесть совестью, а если вскроется, что я врала, — меня ведь правда убьют?

Чон Ён плюхнулась на стул, затрясла ногой и принялась грызть ногти.

Ча Чон Ён, соберись. Лучше быть убийцей, чем умереть. Нашла кого жалеть.

* * *

— Чон Ён. Вы что, в школе вообще не занимались математикой?

Пэк До Хон заглянул в сборник Чон Ён по математике и ошарашенно цокнул языком.

Он велел отмечать непонятные задачи, она отметила, а Пэк До Хон теперь листал страницу туда-сюда и цокал языком.

— Теперь я вижу, что вам нужно искать не помощницу по дому, а репетитора.

До Чон Ён его слова совершенно не доходили.

— А как это решать?

Чон Ён как бы невзначай наклонилась к До Хону. Видно, он только что вымылся: от Пэк До Хона пахнуло душистым шампунем.

— Хм.

Она почувствовала, как Пэк До Хон слегка напрягся.

Он чуть улыбнулся и как бы невзначай убрал руку. Чон Ён про себя усмехнулась.

— Я не уверен, что смогу объяснить. Сейчас есть хорошие видеоуроки. Может, посмотрите их?

— Смотрела, всё равно не поняла.

Хотя на самом деле она их и не смотрела. Пэк До Хону, видимо, было неловко, что она прилипла к нему вплотную, и он как бы невзначай поднял правую руку, отгораживаясь от неё.

Мысль в голове у Чон Ён была до неприличия простой. Не убьёт же он женщину, с которой хоть раз переспал.

«Мужики — дело нехитрое. Говоришь ласково, грудью к нему прижимаешься — и нет такого, кто бы не повёлся».

«Херню не неси».

Так говорила сокамерница. По её собственным словам, она обобрала столько мужчин, что пальцев на обеих руках не хватит пересчитать, и потому угодила за решётку. Стоило выдаться свободной минуте, она с гордостью рассказывала, как охмуряла мужчин.

Ничего хитрого. Близкое расстояние, улыбка, показывающая симпатию, и тело.

«Особенно ты, Чон Ён. С твоим-то лицом к нему пристаёшь, а он не ведётся? Значит, этот гад импотент. Просто брось его».

Так сказала эта женщина, перебирая чёрные волосы Чон Ён. Чон Ён и сама давно знала, что лицо у неё такое, которое легко располагает к себе. Потому её и взяли в стажёрки.

Но как бы там ни было, она ни разу не решала соблазнять мужчин этим лицом.

— Это называется перенос. Если перенести двойку вот сюда, она станет минус двойкой.

Белые пальцы Пэк До Хона, сжимавшие механический карандаш, были длинными. Почерк, которым он быстро писал в тетради, был очень аккуратным. Точно как его лицо.

Не то что у неё — она даже карандаш держать правильно не научилась.

Какая-то Ча Чон Ён — и посмеет соблазнять Пэк До Хона?

Чон Ён покосилась на него. Даже длинные для мужчины ресницы у него были ровными.

— Это понятно?

Пэк До Хон смотрел на неё так, будто горячо умолял: ну пожалуйста.

Чон Ён, которая с самого начала и не собиралась слушать объяснения, могла смотреть ему в глаза совсем близко. Радужка будто растеряла чёрный пигмент и временами казалась серой. Загадочно. Казалось, можно утонуть.

— Чон Ён?

Негромким голосом он вернул её к действительности. Чон Ён вздрогнула и перевела взгляд на сборник.

Тебе сказано соблазнить Пэк До Хона, а ты о чём думаешь?

— А зачем переносить?

— Хм, потому что нужно найти значение x? Поэтому все члены, кроме x, переносят в другую часть.

— А что такое член?

— Видите это выражение?

Длинный палец Пэк До Хона указал на формулу. На глаза попались аккуратно, без белой каймы, подстриженные ногти.

— Если просто, то членами называются числа и буквы между плюсами и минусами.

— А зачем тут буквы? Это же математика.

Пэк До Хон озадаченно нахмурился.

— Это неизвестное.

Неизвестное? Кажется, когда-то очень давно она это проходила. Хотя для Чон Ён, ещё в средней школе махнувшей рукой на математику, это было где-то за гранью памяти.

— А.

— Найти, какое число скрывается за этим неизвестным, — вот ваша задача, Чон Ён. Это совсем не сложно.

Сейчас не до математики. Мне надо соблазнить Пэк До Хона…

Слушая мягкий голос, Чон Ён рассеянно кивала.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/kakaya-tam-mest-7d1a21

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab