Контент удален!

Примечание автора: Идея этого романа родилась в декабре 2018 года, что подтверждается записями на Weibo. У персонажей нет реальных прототипов, пожалуйста, воздержитесь от сопоставлений. Низкий вам поклон и спасибо.

Долгое время после смерти Цэнь Фэна Сюй Чжайсин видела один и тот же сон.

В нём юноша сидел в запертой комнате и листал книгу. У его ног беззвучно тлели угли, поглощая остатки кислорода. Сюй Чжайсин стояла снаружи и изо всех сил колотила в невидимую дверь.

Но ничего не могла поделать.

Цэнь Фэн поднимал голову, улыбался ей, а затем бросал книгу в жаровню, и пламя тут же её охватывало. Сюй Чжайсин беспомощно смотрела, как огонь пожирает его, и просыпалась в рыданиях, дрожа от боли во всём теле.

Цэнь Фэн ушёл полгода назад.

За полгода в мире шоу-бизнеса, где новости появляются нескончаемым потоком, имя Цэнь Фэна упоминалось всё реже. А ведь сразу после его смерти новостные ленты целую неделю пестрели заголовками о нём, и казалось, будто весь мир сокрушался о постигшей его несправедливости.

Тогда все друзья, знавшие о её любви к Цэнь Фэну, приходили её утешить.

Они снова и снова пересказывали всё, что с ним случилось, сочувствуя не только ему, но и его поклонникам. В конце концов они советовали Сюй Чжайсин не принимать это близко к сердцу, ведь это был всего лишь айдол, связь с которым строилась по принципу «никакой судьбы, только мои деньги».

Сюй Чжайсин, которая раньше была готова с пеной у рта защищать Цэнь Фэна в спорах, на этот раз ничего не возразила.

Люди быстро всё забывают. Пользователи сети, требовавшие справедливости для Цэнь Фэна, умолкли под давлением капитала, и даже у его поклонников появились новые айдолы. Постепенно и Сюй Чжайсин перестала упоминать его имя, словно никогда и не любила юношу изо всех сил.

Лишь иногда, очнувшись от задумчивости, она понимала, что её лицо мокро от слёз.

— Чжайсин, что с тобой? — спрашивали коллеги.

Что с ней?

Она и сама не знала. Просто в груди зияла пустота и болела так, словно оттуда вырезали кусок сердца.

…

Вечером заморосил дождь. Позвонила тётушка Чжу, сиделка, ухаживавшая за отцом Сюй Чжайсин.

— Чжайсин, ты вернёшься на ужин? Я твоему отцу куриный суп сварила.

Сюй Чжайсин спускалась по лестнице, волоча свой чемоданчик с косметикой:

— Сегодня работаю на выезде у невесты, её дом за городом, так что не вернусь. Поужинайте с папой вдвоём. Ах да, тётушка Чжу, в почтовом ящике внизу должна быть посылка с мёдом, который мне привёз из-за границы одноклассник. Забери, пожалуйста, размешай папе чашку и дай ему выпить перед сном.

Тётушка Чжу согласилась и повесила трубку.

Отец Сюй Чжайсин был прикован к постели вот уже семь лет, с тех пор как у него случился инсульт. В первые годы она ухаживала за ним сама, но последние два года её карьера пошла в гору, она стала немного зарабатывать и смогла нанять сиделку.

Дождь был несильный. Она потащила свой чемоданчик с косметикой к дороге, чтобы поймать такси.

Пока она ждала зелёного света, стоявшая рядом женщина с ребёнком на руках говорила по телефону:

— Я уже сдала финансовый отчёт за второй квартал, как я теперь успею изменить бюджет? Директор Чэнь уже всё утвердил!

Женщина держала ребёнка, зонт и с трудом удерживала телефон, поэтому в итоге опустила маленькую девочку на землю.

— Мне это говорить бесполезно! Где вы раньше были?

Девочке было года три-четыре, в руках она держала йо-йо. Возможно, от дождя её руки стали скользкими, и игрушка выкатилась из ладошки, покатившись прямо по пешеходному переходу.

Девочка, пошатываясь, побежала за йо-йо. В это время к переходу, сигналя, на огромной скорости приближался внедорожник. Её мать всё ещё говорила по телефону. Сюй Чжайсин как раз ответила на сообщение в WeChat, подняла голову и, не успев даже толком ничего осознать, бросилась вперёд.

Она помнила только, как оттолкнула девочку в сторону. В следующую секунду её пронзила острая боль в пояснице, будто все внутренности сместились. К горлу подкатил приторно-железный привкус, и она потеряла сознание.

Говорят, перед смертью в сознании всплывают самые важные люди и события. Но в этот миг между жизнью и смертью у Сюй Чжайсин не было и мгновения, чтобы вспомнить свою жизнь — она просто умерла от боли.

Крики толпы, плач ребёнка и визг тормозов наполнили сумерки дождливого вечера.

…

Сюй Чжайсин видела сон.

Ей снились далёкие времена, когда мама ещё не умерла от рака пищевода, а отец не обанкротился и не перенёс инсульт. Тогда она жила в достатке, которому все завидовали, и могла беззаботно следовать за своей мечтой.

Ей снилась целая комната, заставленная коллекционными куклами Барби, сшитые для них вручную наряды и золотая медаль юношеского конкурса дизайна одежды, стоявшая на её столе.

Ей снилось, как в последнем классе старшей школы она получила приглашение из Королевской академии искусств, и как раз в тот момент, когда она с радостью готовилась к отъезду за границу, у матери обнаружили рак пищевода в последней стадии.

Отец неудачно вложился в венчурный проект, потеряв десятки миллионов, и в итоге у него не осталось денег даже на лечение матери. А все те родственники, что раньше заискивали перед ними, теперь закрывали двери у них перед носом, включая и второго дядю семьи Сюй, который и втянул отца в эту авантюру.

Отец распродал активы компании, чтобы оплатить лечение матери, а сама она отказалась от учёбы за границей, сдала вступительные экзамены и поступила в университет искусств и дизайна в городе Б.

Но болезнь матери была уже на последней стадии, и никакие деньги не могли её спасти. После смерти матери отец, в одночасье поседевший от банкротства, перенёс инсульт и оказался парализован.

В тот год Сюй Чжайсин только исполнилось восемнадцать.

И ей пришлось взвалить на себя всю тяжесть забот о семье.

Она видела себя, с трудом бредущую по трясине. Пока её ровесники были заняты свиданиями, едой, путешествиями и погоней за кумирами, ей приходилось иметь дело с коллекторами, банковскими кредитами и огромными счетами за лечение отца.

Она не хотела отказываться от своей мечты стать дизайнером и потому одновременно училась и работала. Каждый день был так тяжёл, что, казалось, даже дышать было утомительно.

Той зимой, на первом курсе, она задержалась на час, чтобы сдать работу по дизайну. Её парализованный отец захотел пить и, пытаясь дотянуться до стакана, опрокинул термос с кипятком.

Когда Сюй Чжайсин вернулась домой, отец уже потерял сознание от боли. Она вызвала скорую, и в больнице врач сообщил ей о тяжёлых ожогах.

Сюй Чжайсин помнила, что в ту ночь шёл снег.

Она сидела на корточках в больничном коридоре, держа в руках стопку счетов за дорогостоящее лечение, и беззвучно плакала, закрыв лицо руками.

Она больше не могла держаться.

Она так устала. Ужасно устала.

Она взяла у тётушки с соседней койки ножик для чистки фруктов и решила найти безлюдное место, чтобы покончить с собой.

В ту ночь валил густой снег, было очень холодно. Она сидела на ледяных каменных ступенях, плакала и приставляла нож к сердцу.

Напротив, через дорогу, стояло высокое здание с огромным светодиодным экраном на фасаде.

В тот самый миг, когда экран вспыхнул светом, острие ножа уже готово было вонзиться ей в грудь.

Залитая этим белым сиянием, Сюй Чжайсин подняла голову и увидела на экране юношу.

Он был в белом свитере, с мягкими тёмными волосами, падавшими на лоб, и играл на рояле. Словно благородный и нежный принц, он смотрел в её сторону и улыбался.

Эта прекрасная улыбка, словно луч солнца в беспросветной холодной ночи, согрела её ледяное, отчаявшееся сердце.

Люди — удивительные создания. Внезапно смелость покончить с собой испарилась. Словно напуганная, она в панике отбросила нож и, подняв голову, застыла, глядя на играющего на рояле юношу.

Ролик на экране длился всего несколько секунд, и никто не знал, какую силу дали ей эти секунды в ту холодную, безнадёжную ночь.

Юношу, игравшего на рояле, звали Цэнь Фэн. Он был начинающей звездой, нежным и улыбчивым парнем.

В те дни, когда силы были на исходе, Цэнь Фэн стал единственным светом в её жизни.

Как бы тяжело ни приходилось, стоило ей подумать о нём — и она справлялась.

Опираясь на этот свет, она пережила самые трудные годы. И хотя долги всё ещё не были выплачены, а отец не выздоровел, всё постепенно налаживалось и было полно надежды.

Любовь к Цэнь Фэну вернула краски в её бледную, безрадостную жизнь.

Она мечтала, что однажды сможет предстать перед Цэнь Фэном со своими работами и гордо сказать ему:

— Гэгэ, смотри, я смогла.

Она хотела сказать ему: спасибо за то, что ты появился; спасибо, что играл для меня на рояле; спасибо, что не дал мне сдаться; спасибо, что помог мне стать той, кто я есть.

Но оказалось, что юноша, подаривший ей столько надежды, сам уже стоял одной ногой в бездне смерти.

Как же это смешно.

Каждый день кричать и клясться, что защитишь своего гэгэ, защитишь своё сокровище, и при этом даже не знать, что у него депрессия.

Даже не разглядеть боль за его натянутой улыбкой.

Продолжать эгоистично черпать силы из его улыбки, цепляясь за иллюзию.

И что ещё смешнее, когда эта иллюзия рухнула, она не могла сделать для него ничего, кроме как плакать и горевать.

Она больше никогда не увидит Цэнь Фэна.

Того юношу, которого любила всем сердцем.

…………

…

— Чжайсин? Чжайсин! Проснись! Боже, ты что, слюни пускала? Моя книга! А-а-а, мой Ин Ци! Всё в твоих слюнях! А ну вставай! Вставай!

В ушах гудело. Сюй Чжайсин почувствовала, как её голова отяжелела, а по лицу шлёпнула пухлая ладошка.

— Сюй Чжайсин! Поднимайся! Это же новое издание! Ты хоть знаешь, сколько я в очереди стояла, чтобы его купить?!

Этот пронзительный голос у самого уха… почему он так похож на голос её соседки по парте в старшей школе, Чэн Ю?

Сюй Чжайсин с трудом открыла глаза. В ту же секунду свет вечернего солнца хлынул в них через окно класса.

Одноклассники в школьной форме, бегающие и шутящие друг с другом, заваленные книгами и тетрадями парты, кривые проходы между ними — всё это было таким чужим и одновременно знакомым, словно воспоминание из далёкого прошлого.

Сюй Чжайсин крепко зажмурилась, а потом с недоверием посмотрела на свои руки, коснулась своей талии.

Сидевшая рядом Чэн Ю всё ещё сокрушалась о новом издании «Волчьего искушения», за которым простояла в очереди несколько часов. Она достала ароматизированную салфетку, осторожно промокнула влажные страницы, а затем с брезгливым видом посмотрела на Сюй Чжайсин.

Сюй Чжайсин всё ещё была в замешательстве, на её щеках виднелись дорожки слёз.

Чэн Ю тут же обрадовалась:

— Это не слюни?! А-а-а, слава богу! Ой, нет, подожди, Чжайсин, ты чего? Почему ты плакала во сне?

Сюй Чжайсин с трудом произнесла её имя:

— …Чэн Ю?

Они не общались после окончания школы, и она уже много лет не произносила это имя. Она уже не была уверена, что правильно его помнит.

Чэн Ю с недоумением наклонилась к ней и ткнула пальцем в щёку:

— Ты чего? Какая-то ты странная.

Прозвенел звонок на урок.

Чэн Ю тут же спрятала роман в парту и достала учебник. Сюй Чжайсин увидела на его обложке крупные иероглифы: «Математика. 10 класс».

Десятый класс?

Десять лет назад?

Это сон?

Учительница математики, Цао Цзюймэй, вошла в класс точно со звонком. Она была такой же, какой Сюй Чжайсин её помнила: с модной тогда мелкой завивкой, тонким, пронзительным голосом и свойственной всем математикам строгостью и педантичностью.

— А ну-ка все сели ровно! Целыми днями только и делаете, что витаете в облаках! Лю Циншань! Я к тебе обращаюсь, а ты ещё и смеёшься! Ногу с ноги убрал! Ты где находишься? Ещё и нога на ногу закинул! Может, тебе ещё чаю принести?

Класс разразился хохотом.

Цао Цзюймэй с силой хлопнула учебником по столу, подняв в воздух облачко меловой пыли.

— Всем сидеть тихо! Начинаем урок. Откройте главу 2.2, сегодня проходим логарифмические функции.

Вокруг зашелестели страницы.

Чэн Ю уже открыла учебник и, увидев, что Сюй Чжайсин всё ещё сидит столбом, ткнула её кончиком ручки в бок и прошептала:

— Чего застыла? Хочешь, чтобы Цао тебя к доске вызвала?

Сюй Чжайсин наконец начала понемногу приходить в себя.

Она онемевшими пальцами открыла учебник и уставилась на давно забытые формулы. Сердце забилось всё чаще и чаще.

Это не сон. Это правда.

Она вернулась на десять лет в прошлое.

Мама ещё не больна, папа ещё не парализован, семья ещё не разорена.

Цэнь Фэн… был ещё жив.

Все, кого она любила, были живы.

Ещё можно всё исправить.

Слово от автора:

Мои дорогие, давно не виделись! Я вернулась!

На этот раз я принесла вам бодрую историю о перерождении, где героиня получает суперсилы ради любви. Надеюсь, вам понравится. А если нет — ничего страшного, заглядывайте ко мне в следующем году! Ха-ха!

【Важно!】: Идея этого романа родилась в декабре 2018 года, а решение о начале публикации было принято в августе этого года, что подтверждается записями на Weibo. Все события вымышлены и служат исключительно сюжету. У персонажей нет реальных прототипов, и я не хотела никого обидеть.