Контент удален!

Когда Сюй Янь приехал забрать Сюй Чжайсин из книжного магазина, та уже купила книги и сидела на скамейке у входа, глупо хихикая. Подойдя ближе, он увидел, что она, не отрываясь, смотрит на механическую собачку, странно дёргающуюся в её руках, и всё так же глупо улыбается.

В общем, вид у неё был не слишком-то умный.

Увидев Сюй Яня, она радостно помахала ему и, словно хвастаясь сокровищем, протянула механическую собачку:

— Брат, посмотри на этого щеночка! Правда же, он супермилый и очаровательный?!

Сюй Янь промолчал.

Со вкусом у неё тоже было не всё в порядке.

По дороге домой она всю дорогу играла с механической собачкой, и от радости у неё в глазах чуть ли не цветы распускались. От прежней хандры не осталось и следа.

Сюй Янь хоть и не понимал, чем её привлекла эта уродливая и странная собачонка, но, видя, что к сестре вернулась жизнерадостность, всё же с облегчением вздохнул. Даже взгляд его на игрушку стал не таким уж брезгливым.

Но когда они уже подъезжали к дому, Сюй Чжайсин взволнованно спросила:

— Брат, как думаешь, какое имя ей дать? Может, Гуай-гуай?

Сюй Янь мысленно закатил глаза.

«Серьёзно?»

На следующее утро Сюй Янь отправил её вместе с собакой на самолёт обратно в город S.

На этот раз, после триумфального возвращения с большой наградой, отец и мать Сюй взяли отгулы, чтобы встретить её в аэропорту. Едва завидев дочь, они тут же принялись её тискать и расхваливать. Мать Сюй, одетая по-праздничному, спросила, как только они сели в машину:

— Куда хочешь пойти поесть? Отметим сегодня днём.

Сюй Чжайсин немного подумала и назвала адрес элитного частного ресторана, который раньше очень любила. Вся семья, сияя от гордости, направилась туда. Во время обеда они даже открыли бутылку шампанского и заказали праздничный торт.

В самый разгар веселья по изысканному коридору ресторана официант провёл ещё одну семью. К удивлению, это оказались Сун Янань и её родители.

Не зря говорят, что заклятые враги всегда найдутся. Даже на обед можно вот так столкнуться. Впрочем, ничего удивительного: кухня этого ресторана очень нравилась молодёжи, и он был широко известен в кругу богатых учеников их школы.

Сун Янань, едва завидев Сюй Чжайсин, тут же скривилась, словно ей испортили аппетит. Она потянула отца за рукав и что-то прошептала, видимо, предлагая уйти в другое место.

Но бизнесмены есть бизнесмены. Они не только не ушли, но и с улыбкой подошли поздороваться.

— Господин Сюй, госпожа, какая встреча! Вы тоже здесь обедаете?

Хоть в душе они и ненавидели друг друга, но на людях бизнесмены всегда сохраняли лицо. Все с фальшивыми улыбками встали, чтобы обменяться приветствиями.

Отец Сун перевёл взгляд на Сюй Чжайсин:

— Так это ваша драгоценная дочь? Янань постоянно о ней упоминает. Какая красавица, вся в мать! О, да вы и шампанское открыли! Празднуете что-то хорошее?

Сюй Чжайсин нутром чуяла, что этот тип по фамилии Сун затевает недоброе. Он наверняка боялся, что у отца Сюй дела в бизнесе пошли в гору, и теперь пытался выведать подробности.

Отец Сюй был человеком прямым и не обращал внимания на его мелкие интрижки. С деланой скромностью, за которой скрывалось явное хвастовство, он произнёс:

— Да что вы, ничего особенного. Просто дочка заняла первое место на международном конкурсе, вот мы с матерью и решили скромно её поздравить.

Глаза Сун Янань округлились. Она с недоверием посмотрела на Сюй Чжайсин, которая невозмутимо ела торт.

«Ты? Международный конкурс? Первое место? Кого ты пытаешься обмануть?»

Её отец тоже изобразил удивление:

— Ого, такое определённо стоит отпраздновать! И не скажешь, что юная леди такая талантливая. А что за конкурс?

«И чего тебе всё надо знать? Твоя компания что, папарацци нанимает?» — раздражённо подумала Сюй Чжайсин, не желая, чтобы конкуренты совали нос в её дела. Она пнула отца под столом. Тот мгновенно всё понял и отмахнулся:

— Да так, конкурс дизайнеров. Ничего особенного, не стоит и упоминать!

Господин Сун, решив, что раз тот не говорит, то и конкурс был какой-то второсортный, усмехнулся и больше не расспрашивал. Обменявшись ещё парой любезностей, семья Сун Янань проследовала в отдельный кабинет.

Как только они ушли, отец Сюй понизил голос:

— Я тут дочерью хвастаюсь, зачем ты мне мешаешь? Может, я ему и уступаю, но неужели моя дочь хуже его дочери?

Сюй Чжайсин рассмеялась и шутливо нахмурилась:

— В чём это ты ему уступаешь? Ты гораздо красивее, не надо себя недооценивать! Папа, будь увереннее!

Услышав от дочери комплимент, отец Сюй был на седьмом небе от счастья.

После обеда родители отвезли её домой и уехали на работу. Сюй Чжайсин, разобрав чемоданы, не стала сидеть без дела. Она включила компьютер и принялась систематизировать концепцию бренда, который собиралась запустить совместно с парижскими организаторами.

Свой бренд одежды она решила назвать «Чаньцзюань». Он будет специализироваться на элитных платьях от-кутюр в китайском стиле. «Фэйтянь» станет лишь одной из серий, в которую также войдут «Цзинхун», «Бао-Пипа» и «Чанхэнгэ».

В будущем она планировала выпускать по четыре тематические коллекции в год, посвящённые четырём сезонам: «Цзинчжэ», «Сячжи», «Байлу» и «Шуанцзян». А также серию на тему созвездий.

Эти идеи не были сиюминутным озарением, а являлись концентрированным воплощением её многолетнего вдохновения. Эскизы нескольких тематических платьев уже были в её альбоме.

Она даже разработала логотип: на фоне жёлтого полумесяца каллиграфическим курсивом было выведено название «Чаньцзюань». Два иероглифа располагались вертикально, создавая ощущение изящной и неземной тоски, как в строках «Пусть будут наши жизни долгими, и пусть луна нас единит на тысячи ли».

Проще говоря, от него веяло роскошью.

Когда она закончила, наступил вечер. Сюй Чжайсин немного поиграла с Гуай-гуай, и вскоре с работы вернулись родители. После ужина она показала им контракт, полученный от организаторов. Сюй Янь уже звонил им и подтвердил, что с документом всё в порядке. Тем не менее они внимательно прочли его от начала до конца, чтобы убедиться, что их драгоценную дочь не обманули, и с радостью подписали родительское согласие.

В тот же вечер Сюй Чжайсин связалась с ответственным лицом, отправила ему подписанный контракт и выслала на почту подготовленный документ с концепцией.

Теперь оставалось только дождаться возврата своего экземпляра контракта и начать новый этап в своей жизни.

Наконец-то она осуществила мечту, которая по-настоящему принадлежала только ей. В ту ночь Сюй Чжайсин спала особенно крепко. На следующее утро ей даже не понадобился будильник — она проснулась сама, полная сил и энергии. Пропустив несколько дней, она на удивление соскучилась по школе.

Только окончив школу, понимаешь, насколько драгоценной была та самая студенческая жизнь, на которую когда-то жаловался.

Сюй Чжайсин закинула за плечи рюкзак, взяла с собой Гуай-гуай и с радостью отправилась на учёбу. Едва она вошла в класс, как Чэн Ю бросилась ей на шею:

— А-а! Чжайсин, я до смерти по тебе соскучилась! Наконец-то ты вернулась! А книга где? Где моя «Нежная жёнушка властного президента»?

При упоминании об этом Сюй Чжайсин захотелось её прибить. Смерив подругу испепеляющим взглядом, она достала из рюкзака книгу в нераспечатанной упаковке. Чэн Ю чмокнула её в щёку, схватила книгу и нетерпеливо вернулась на своё место.

Эту книгу она купила позже. Та, за которую заплатил её айдол, была надёжно спрятана в глубине ящика, как сокровище.

Пропущенные уроки, несделанная домашка — всё утро Сюй Чжайсин прилежно навёрстывала упущенное. Чэн Ю отлучилась буквально на минутку в туалет, а вернулась уже со сплетней:

— Чжайсин! Сун Янань со своими подружками опять распускает про тебя слухи!

Сюй Чжайсин это уже не удивляло.

— Какие ещё слухи?

— Она смеётся, что ты взяла отгул, чтобы поучаствовать в каком-то второсортном левом конкурсе! Говорит, что ты просто выпендриваешься и позоришься! — возмущённо выпалила Чэн Ю. Затем вздохнула и снова уткнулась в свою «Нежную жёнушку». — Впрочем, тебе уже должно быть привычно. Ладно, пусть говорят, от тебя же не убудет.

Ручка в руке Сюй Чжайсин, решавшей задачу, замерла.

— Нет.

Чэн Ю удивлённо подняла голову и услышала её холодный голос:

— Чэн Ю, запомни: другие могут оскорблять тебя как человека, но они не смеют оскорблять твою мечту!

Чэн Ю не поняла.

Сюй Чжайсин отложила ручку.

— Пошли, разберёмся с ней.

Чэн Ю уже почти забыла, как та умеет устраивать разборки. Оправившись от шока, она поспешно засеменила за подругой. Сун Янань училась в первом классе, всего через два кабинета от их. Когда Сюй Чжайсин подошла, та весело болтала со своими подружками. Увидев Сюй Чжайсин, все замерли.

Сюй Чжайсин с улыбкой подошла к ним и очень дружелюбно спросила:

— О чём болтаете? Расскажите и мне.

Сун Янань несколько раз провоцировала её, но та не отвечала, отчего первая становилась всё наглее. Поэтому сейчас, когда Сюй Чжайсин подошла, она не сразу сообразила, что происходит.

Сюй Чжайсин подошла вплотную, встала лицом к лицу, и улыбка исчезла с её лица.

— Говори, — холодно произнесла она. — Говори мне в лицо.

Вокруг стало тихо, все приготовились к зрелищу. Её свита уже собиралась что-то сказать, но Сюй Чжайсин резко повернулась к ним и отрезала:

— Не ваше дело! Вон отсюда!

Её суровый и властный вид настолько ошеломил девчонок, что никто не осмелился произнести ни слова.

Сун Янань вздрогнула и, придя в себя, процедила сквозь зубы:

— Сюй Чжайсин, ты чего хочешь? Ударить меня?

Сюй Чжайсин презрительно окинула её взглядом:

— Ударить тебя? Боюсь руки испачкать.

Лицо Сун Янань побелело от злости.

— Ты!

Сюй Чжайсин изогнула губы в усмешке, слегка наклонилась и произнесла так, чтобы слышали все:

— Сун Янань, знаешь, почему ты не нравишься Чжоу Минъюю?

Сун Янань застыла как вкопанная.

Удар змее наносят в самое уязвимое место. Сюй Чжайсин цокнула языком, скрестила руки на груди, выпрямилась и с лёгкой усмешкой добавила:

— Потому что, когда ты за спиной у других чешешь языком, ты выглядишь просто отвратительно.

Примечание автора:

Чжайсин: в словесных баталиях я ещё никому не проигрывала.