Контент удален!

Чжао Цзиньцзинь ошарашенно посмотрела на стоящую позади Сяосяо.

У Сяосяо было выражение смертельной тоски на лице. Заметив взгляд подруги, она беззвучно, преувеличенно артикулируя, произнесла три слога:

— Го-спо-жа.

В мгновение ока Чжао Цзиньцзинь осенило, и до неё дошло!!!

«Вот чёрт, а госпожа-то не промах! — подумала она. — Постоянно печётся о Чэньсин! Всего за несколько дней умудрилась увести таланты прямо у Чжунтянь из-под носа!»

Она снова взглянула на юношу. И внешностью, и манерами он выделялся даже в шоу-бизнесе, где правят красивые лица. По крайней мере, на её памяти ни у одной знаменитости мужского пола не было такой уникальной ауры холодной, почти бесчеловечной отчуждённости.

Такой типаж точно сведёт с ума толпы девчонок, разве не так?

А Чжунтянь умеет прятать свои сокровища. Нет-нет, это госпожа умеет выбирать!

Но юноша был настроен враждебно. Словосочетание «президент Сюй», произнесённое им, сочилось неприязнью и отвращением. «Надо же, — с сочувствием подумала Чжао Цзиньцзинь, — госпожа впервые примерила на себя роль президента Сюй и тут же потерпела такое фиаско. Какая жалость».

Она тут же ощутила всю тяжесть возложенной на неё миссии. От былой расслабленности не осталось и следа. Серьёзным и дружелюбным тоном она произнесла:

— Наш президент Сюй не имела в виду ничего плохого. Просто на улице жара, а вы так усердно тренируетесь. Мы хотели угостить вас прохладительными напитками, чтобы вы освежились. Президент Сюй всегда очень добра к своим сотрудникам. Надеюсь, вы не поймёте её неправильно.

Однако в ответ юноша бросил лишь два слова:

— Не нужно.

Его взгляд был ледяным, а тон — резким.

— Больше ничего не присылайте.

Сказав это, он развернулся и ушёл.

Как верная сторонница госпожи, Чжао Цзиньцзинь не могла стерпеть, чтобы с её искренними стараниями обращались так бесчеловечно. Гнев взыграл в ней, и она уже собиралась высказать ему всё, что думает.

Но тут из-за угла выскочила Сюй Чжайсин, вбежала в комнату и зажала ей рот рукой.

Чжао Цзиньцзинь: «…»

Она стояла с несколькими стаканами в руках, ещё несколько валялись у её ног. Девушка сердито промычала что-то, но Сюй Чжайсин лишь прошептала:

— Не смей его ругать!

Чжао Цзиньцзинь кивнула. Только тогда Сюй Чжайсин отпустила её и присела, чтобы собрать упавшие напитки. Сяосяо тут же бросилась ей помогать.

— Мамочки, до смерти перепугалась, — с облегчением выдохнула она.

Чжао Цзиньцзинь всё ещё кипела от злости.

— Что это за человек такой? — пробормотала она. — Ведёт себя так надменно, только потому что красивый. Даже если он ненавидит Чэньсин, зачем же так унижать? Я вот тоже ненавижу Чжунтянь! Но я что-то сказала? Разве я не стиснула зубы и не продолжаю здесь репетировать?!

Сюй Чжайсин: «…»

Она забрала у Чжао Цзиньцзинь напитки и спросила:

— Что значит «ненавидит Чэньсин»? Откуда ты знаешь, что он ненавидит Чэньсин?

Чжао Цзиньцзинь посмотрела на неё с видом «ты серьёзно?», а затем, помедлив, ответила:

— Разве это не общеизвестный факт? Вернись в компанию и спроси любого сотрудника или артиста — все ненавидят Чжунтянь. И наоборот, с чего бы людям из Чжунтянь любить Чэньсин?

В этом была своя логика…

Но Сюй Чжайсин чувствовала, что Цэнь Фэн отвергает Чэньсин по другой причине.

Правда, с ходу она не могла придумать лучшего объяснения и лишь подавленно смирилась с услышанным.

— Госпожа, — подбодрила её Чжао Цзиньцзинь, — если этот крепкий орешек не по зубам, найди другой. Я слышала, в Чжунтянь много стажёров, и все очень красивые. В следующий раз выбери кого-нибудь посговорчивее, и у тебя точно всё получится. Не унывай, вперёд! Желаю тебе всё больших успехов на ниве переманивания талантов!

— Кроме него, мне никто не нужен, — угрюмо ответила Сюй Чжайсин.

На лице Чжао Цзиньцзинь отразилось замешательство.

Ладно, она признавала: он и вправду был очень красив.

Подумав, она добавила:

— Если ты так сильно хочешь его заполучить, пусть президент Сюй просто поговорит с боссом Чжунтянь и попросит отдать его. Он всего лишь стажёр. Если президент Сюй сама возьмётся за дело, Чжунтянь наверняка пойдёт навстречу. В крайнем случае, можно обменяться ресурсами, дать им какую-нибудь выгоду.

— Нельзя! — отрезала Сюй Чжайсин.

Во что тогда превратится айдол? В товар, который можно купить и продать? Раз он раз за разом отказывается от предложений Чэньсин и настаивает на том, чтобы остаться в Чжунтянь, она будет уважать его решение и никогда не станет принуждать его делать то, чего он не хочет.

— И так нельзя, и этак нельзя, — не выдержала Чжао Цзиньцзинь. — Да чего ты тогда вообще хочешь?!

Сюй Чжайсин вздохнула и, ничего не ответив, махнула рукой. Она занесла напитки в зал и раздала их преподавателям и партнёрам по танцам. Чжао Цзиньцзинь тоже взяла один стакан. Вставив соломинку, она сделала глоток и едва не выплюнула всё обратно.

— Какая приторная гадость! А-а-а, Сяосяо, забери, забери скорее!

Этот приторно-сладкий напиток заставил её забыть об отдыхе. Она тут же потащила своего партнёра обратно репетировать, чтобы как можно быстрее сжечь полученные калории.

Выходка Цэнь Фэна не осталась незамеченной. Стажёры, которые несколько дней подряд наслаждались бесплатными напитками, не могли этого не знать.

К концу тренировочного дня слух разлетелся по всему залу.

Оказывается, Чжао Цзиньцзинь каждый день покупала напитки по приказу главы Чэньсин, чтобы переманить Цэнь Фэна в их компанию.

И хотя Цэнь Фэн безжалостно отказался, все, обсуждая это, не могли скрыть зависти. Это же Чэньсин! Пусть компания и не такая крупная и опытная, как Чжунтянь, но всего за год она добилась невероятного успеха: во что бы ни вкладывалась — всё выстреливало, кого бы ни продвигала — все становились звёздами.

Разве Чжао Цзиньцзинь не живой тому пример? Всего год назад она бегала по съёмочным площадкам в поисках эпизодических ролей, а теперь стала «первой любовью нации».

Для стажёров дебют — далёкая и туманная мечта. Мест мало, а желающих много, и даже борясь не на жизнь, а на смерть, не факт, что тебя выберут. В Чэньсин же не было системы стажёров. Если тебя туда брали, ты сразу же дебютировал как полноценный артист.

И Цэнь Фэн отказался???

Он что, совсем больной на голову?

Эта новость вызвала среди стажёров небольшую бурю.

У каждого в голове зароились мыслишки: если заметили Цэнь Фэна, то почему не могут заметить и меня? Пусть я танцую не так хорошо, пою не так хорошо и выгляжу не так сногсшибательно…

Ладно, лучше просто усерднее тренироваться.

На следующий день управляющий стажёрами Ню Тао уже знал обо всём от своих доверенных лиц.

Он не удивился. С данными Цэнь Фэна было вполне ожидаемо, что его заметят. Разве он сам не возлагал на него большие надежды до того, как тот опустил руки?

А вот отказ Цэнь Фэна его по-настоящему изумил. Похоже, парень и впрямь больше не горит желанием покорять шоу-бизнес, раз наотрез отказывается от дебюта.

И это создавало проблему.

Если он не хочет дебютировать, то чем его соблазнять? А если его не соблазнить, как тогда доставить его в постель к Брату Ма? А ведь Брат Ма ясно дал понять, что ему нужен именно Цэнь Фэн.

Ню Тао ломал голову всё утро. После обеда он велел ассистенту позвать Цэнь Фэна к себе в кабинет.

На этот раз его приём был куда любезнее. Когда Цэнь Фэн вошёл, на столе уже стоял заваренный чай. Ню Тао с улыбкой сидел на диване.

— А, вот и ты! Проходи, садись сюда. Любишь чёрный чай?

Цэнь Фэн нахмурился, но с места не сдвинулся.

Он был слишком насторожен. Внезапная любезность и улыбки лишь усиливали его неприязнь и подозрительность.

Увидев его всё такое же холодное отношение, Ню Тао мысленно выругался. Он откашлялся, встал и, заложив руки за спину, спросил:

— Я слышал, к тебе подходили люди из Чэньсин?

Цэнь Фэн безразлично хмыкнул в ответ.

— Ты правильно сделал, что отказал им, — с улыбкой продолжил Ню Тао. — Что может дать эта шарашкина контора в будущем? Пытаются переманить у нас людей, а сами не понимают, чего стоят. Разве они могут предложить тебе то же, что и Чжунтянь?

Заметив, что Цэнь Фэн становится всё более нетерпеливым, Ню Тао поспешил перейти к делу. Он дружелюбно сказал:

— Новый руководитель отдела по работе с артистами, господин Ма, ты ведь знаешь его?

Едва он договорил, как взгляд Цэнь Фэна мгновенно оледенел, достигнув точки замерзания. Его и без того холодный вид всегда действовал на людей подавляюще, но сейчас его аура вспыхнула в полную силу. Мрачное лицо напоминало бурлящую морскую гладь перед штормом, под которой уже поднимались чудовищные волны.

Ню Тао отшатнулся от этой внезапной вспышки ярости, невольно сглотнул и, поддавшись инстинкту самосохранения, отступил на несколько шагов, чтобы увеличить безопасное расстояние. Только тогда, немного придя в себя, он продолжил:

— Господин Ма очень высокого мнения о тебе. Он считает, что из всех стажёров ты больше всех достоин дебюта. Он даже составил для тебя индивидуальный план развития. Посмотри, когда у тебя будет время, он хочет с тобой встретиться.

Договорив, он увидел, что Цэнь Фэн внезапно улыбнулся.

Эта улыбка была страшнее, чем его обычное ледяное безразличие.

Ню Тао даже вспомнил фильм ужасов, который смотрел в детстве: такое же чувство вызывал маньяк-убийца!

— Ты… ты чего смеёшься? — дрожащим голосом спросил он.

Цэнь Фэн слегка приподнял голову. В его равнодушных зрачках отразился свет люминесцентных ламп, отчего они сверкнули ледяным холодом. Уголки его губ всё ещё были приподняты, но голос стал тихим, почти хриплым. Он произнёс, чеканя каждое слово:

— Если ему жить надоело, пусть только попробует ко мне подойти.

В тот момент Ню Тао был уверен: он действительно готов убивать.

Он рухнул обратно на диван, хотел что-то сказать, но в итоге лишь быстро махнул рукой, прогоняя его.

Цэнь Фэн отвёл взгляд, его губы снова приняли обычное положение. Он развернулся и как ни в чём не бывало вышел из кабинета.

Ню Тао ещё долго лежал на диване, приходя в себя. В такую жару его прошиб холодный пот. Вспоминая поведение Цэнь Фэна, он чувствовал одновременно страх и гнев. Он подошёл к столу и позвонил ассистенту:

— Принеси мне досье и фотографии всех стажёров. Быстро!

Цэнь Фэн был слишком страшен. Лучше с ним не связываться.

Нужно найти замену. Другую замену. Он не верил, что из сотни с лишним стажёров не найдётся второй Цэнь Фэн!

Оставалось надеяться, что Брат Ма не слишком привередлив.

…

После вчерашнего инцидента Сюй Чжайсин больше не решалась ничего посылать и тихо сидела в комнате, наблюдая за репетицией Чжао Цзиньцзинь. Однако слухи о том, что Чэньсин пытается переманить таланты, уже разлетелись, и стажёры, лелеявшие тайные надежды, не могли сидеть сложа руки.

Они стали всё чаще появляться в этом крыле — то в туалет, то за горячей водой, — пытаясь попасться на глаза Чжао Цзиньцзинь в надежде, что им улыбнётся удача.

Сюй Чжайсин удивилась, почему за пределами репетиционного зала вдруг стало так людно. Но она всё ещё переживала из-за того, что Цэнь Фэн ненавидит Чэньсин, и голова у неё не соображала. Ей было лень об этом думать, и она нехотя побрела в туалет.

Когда она сворачивала за угол, с лестницы спускался какой-то человек.

Сюй Чжайсин шла, опустив голову, и заметила его лишь краем глаза. Но и этого хватило, чтобы её душа ушла в пятки. Она развернулась и бросилась бежать, едва не врезавшись в стену.

— Эй! Осторожно! — вовремя окликнул её тот человек.

Сюй Чжайсин замерла и быстро обернулась.

Это был не Цэнь Фэн.

Мамочки, чуть не умерла от страха.

Всё ещё не оправившись от испуга, она подняла голову и, увидев лицо незнакомца, застыла.

Это был Инь Чан, лидер и обладатель C-позиции в группе S-Star.

Когда болеешь за Цэнь Фэна, волей-неволей начинаешь следить за всей группой, ведь сольных проектов у него было до обидного мало, и в основном он появлялся на мероприятиях с S-Star. Инь Чан, как центральный участник, разумеется, всегда был в центре внимания. И популярностью, и ресурсами он превосходил всех в группе.

К Инь Чану она была равнодушна — ни симпатии, ни антипатии. У него был крутой, нелюдимый характер, он редко улыбался. Хотя, по её мнению, танцевал он хуже Цэнь Фэна, его стиль в одежде и макияже больше соответствовал вкусам фанаток. Он следил за фигурой, носил майки, демонстрируя кубики пресса, и излучал ауру альфа-самца. Всем это нравилось.

Позже, когда Цэнь Фэн скончался, Инь Чан опубликовал длинный пост в память о нём. Все говорили, что, хоть лидер и был молод, он заботился о каждом участнике группы, словно был самым старшим.

Сейчас Инь Чан выглядел ещё совсем юным.

Но что её поразило, так это его одежда. Почему он был одет точь-в-точь как Цэнь Фэн сейчас???

Настолько похоже, что она на мгновение их перепутала.

Конечно, сейчас, стоя близко и разглядывая его, она видела разницу. Но тот мимолётный взгляд, брошенный краем глаза… и манеры, и одежда, и обувь — всё создало иллюзию, будто к ней идёт Цэнь Фэн.

Сюй Чжайсин ощутила смутное беспокойство, но не понимала его причину. Она лишь услышала, как Инь Чан с улыбкой спросил:

— С вами всё в порядке?

Стоило ему заговорить, и его юный, неокрепший голос выдал всё. Сюй Чжайсин наконец поняла, что её так смутило.

Та холодность, доходящая до жестокости, которая была присуща Цэнь Фэну, на нём смотрелась крайне негармонично.

Словно ребёнок, тайком напяливший на себя одежду взрослого, — хотел нарисовать тигра, а получилась собака.

Сюй Чжайсин вспомнила Инь Чана из прошлого, посмотрела на Инь Чана перед собой, и в её голове внезапно, как вспышка, родилась невероятная догадка.

Этот человек… он что, подражает Цэнь Фэну???

От автора:

Вопрос: Почему Цэнь Фэн отвергает Чэньсин?

Ответ: Потому что он полностью разочаровался и отчаялся во всей индустрии. Он отвергает не Чэньсин, а весь шоу-бизнес. По его мнению, в этой сфере нет ни одного чистого человека, а любая внезапная доброта скрывает дурные намерения.

Итог: Об этом же написано в аннотации к новелле!!! Почему вы не читаете её внимательно!!!