Онлайн чтение книги Моё переселение обернулось историей о призраках Possessed and turned into a ghost story
1 - 20

— Когда леди Рохансон окончит молитву, проводите её в приёмную рыцарского ордена. С ней Юриэль.

По пути Габриэль приказал одному из рыцарей встретить леди Эванджелин после ее молитвы и проводить её в приёмную.

Рыцарский орден Фарарос, относившийся к храму, занимал отдельное строение, почти примыкающее к Великому храму. Хэна предполагала, что пусть и менее величественное, оно будет столь же пышно украшено, однако его скромный вид её удивил.

— Вон там.

Чем ближе они подходили к офису ордена, тем настойчивее Хэну одолевали мысли о самом худшем сценарии.

Для Габриэля появление новой зацепки, возможно, стало долгожданным продвижением в расследовании, но Хэну это только тревожило. В тот день смерть Донау видели лишь она и Канна и откуда вдруг взяться другому свидетелю? Раз речь о картине, может, это кто-то, связанный с художником? Но нужны ли вообще для этого свидетели?

К тому же говорилось, что человек из монастыря. Хэна не могла понять, что именно такой свидетель мог увидеть, и от этого ее охватывало все большее беспокойство.

«Только бы он не видел, как госпожа убивает Донау. Тогда же дверь была настежь открыта, он мог услышать шум…»

Дверь в приёмную распахнулась, будто по чужому приговору.

Внутри сидели трое рыцарей и среди них Рафаэль, которого они видели чуть раньше, и человек в монашеском одеянии, по виду тот самый информатор. Лицо этого человека показалось Хэне таким знакомым, что имя сорвалось само собой.

— Дейзи?

Дейзи, о которой ходили слухи, будто она ослепла и ее «выгнали» в монастырь, заметно похудевшая, уставилась на неё.

— Хэна. Почему ты здесь?

— Это я у тебя должна спросить. Ты же… ослепла…

По слухам, Дейзи ослепла и её сослали в монастырь. Когда Хэна заняла её место, страх не отпускал ни днём ни ночью: она была почти уверена, что Дейзи уже нет в живых, а госпожа просто распустила такие слухи, чтобы замести следы.

Теперь же перед глазами была Дейзи, которая отлично видит и, похоже, не получила никаких серьёзных увечий.

Значит, свидетельницей оказалась именно она. От этого открытия у Хэны будто внутри что-то треснуло. Если бы речь шла о постороннем человеке, можно было бы списать всё на ошибку, на обман зрения или слуха. Но Дейзи совсем недавно была ближайшей служанкой леди.

Слуги дома Рохансон неохотно распускали язык: хозяин платил щедро, да и сама леди постоянно находилась поблизости, и одного её присутствия хватало, чтобы удержать всех от лишних разговоров. Но Дейзи давно ушла из дома. Стоит ей узнать правду о «воскрешении» госпожи, и она выложит всё, до последней детали.

Такого допускать нельзя. Если храму станет известно, что произошло на самом деле, там наверняка попытаются устранить госпожу. И Хэну пугала не судьба Эванджелин Рохансон как таковой: её имя и роль сейчас служили единственной уздой для того, что жило внутри. Тогда всем станет ясно, что маска больше ничего не удерживает.

Нужно решить, как помешать Дейзи. Любой ценой.

— Ты ушла из поместья?

На вопрос Дейзи Хэна покачала головой и лицо первой побелело как полотно.

— Тебе надо как можно скорее уходить. Подожди… Подожди-ка. Эта линия на шее… Хэна, кто эта девочка?

Она указала на Канну.

— Моя младшая сестра.

Шея? Взгляд Дейзи был прикован именно к шее Канны. На её горле тянулась тонкая красная линия. Когда-то её оставил Донау, а Канна отказалась лечиться святой водой, поэтому рубец так и остался.

Увидев эту линию, Дейзи зажала рот рукой, будто её вот-вот вырвет.

— Сестра?

На переспрос Хэна кивнула.

— Твоя сестра… Она работает в доме?

— Да.

С каждым ответом Дейзи бледнела всё сильнее. Рука, которую она прижимала ко рту, и взгляд дрожали.

Этот красный след был ей знаком: именно так отмечал жертв тот демон, которого вызвала она сама. Демон отрубал людям головы, а затем снова их «пришивал» ради странной и отвратительной забавы. Если бы не эта тонкая линия, то было бы невозможно отличить реально живого человека от ходячего трупа.

Демон просил провести его в дом Рохансон, и Дейзи послушно сделала это. Судя по всему, он благополучно обосновался там и натворил дел.

Хотя у неё и были подобные предчувствия, когда она оказалась лицом к лицу с реальной жертвой, чувство вины нахлынуло мгновенно. Ситуацию усугубило и то, что этой жертвой оказалась родственница её бывшей коллеги.

— Что же я натворила…

Дейзи покачнулась. Один из рыцарей поспешил ее подхватить, но она резко оттолкнула его руку, словно коснулась раскаленного железа. И посмотрела на него так, будто он сам был палачом.

Она отчётливо понимала, что эти люди могут в любой миг обнажить мечи и снести ей голову. Демон был призван, священник убит, и признать её невинной было крайне трудно.

— Я… я, пожалуй, пойду.

— Что? Но как же…

Дейзи пришла в храм с одной целью: увидеть картину, которую ранее показали настоятелю. Убедившись, что на полотне действительно изображён проклятый круг, она решила дать показания, чтобы добиться его снятия.

Разумеется, признавать собственные грехи она не собиралась, так что пришлось смешать правду с ложью и сделать рассказ убедительным.

— Всё, что я могла, я уже сказала. Этого достаточно для свидетельства, не так ли?

Габриэль вопросительно взглянул на рыцаря, тот в ответ кивнул. Получив из его рук бумаги с аккуратно записанными показаниями Дейзи, командир бегло прочитал текст.

Из документа следовало, что монастырский священник Берга воспользовался кругом призыва, чтобы вызвать демона, а также перечислялись преступления, якобы совершённые под его влиянием. Там же указывалось, что при обыске комнаты священника можно обнаружить подтверждающие улики.

Перевернув лист, Габриэль наткнулся на записи об Эванджелин Рохансон. По контексту и по тому, как Дейзи перебрасывалась репликами с Хэной, становилось очевидно, что раньше она служила в этом доме и описывала события, произошедшие в те времена.

Он на мгновение задержал взгляд на Хэне и Канне, после чего спокойно вернул лист в прежнее положение. Теперь ему стало понятно, отчего Дейзи так напряжена: ей вновь пришлось столкнуться с людьми из того дома.

— Вы очень помогли нам. Остальное я проверю сам.

Получив от Габриэля разрешение уйти, Дейзи облегченно вздохнула. Священник Берга был уже мёртв, и Дейзи не чувствовала ни малейшего угрызения совести, сваливая вину на него. Всё, что она приписала ему, он действительно совершал, а круг призыва и в самом деле начертил он.

Целью Дейзи было только одно: добиться, чтобы жуткую картину сняли со стены. Этого она вполне достигла.

— Рафаэль, проводи её до выхода из храма.

Дейзи понимала, что если откажется и от этого, будет выглядеть подозрительно, поэтому просто молча кивнула.

Проходя мимо, она наклонилась к Хэне и едва слышно шепнула, так тихо, что даже Канна рядом не могла услышать.

— Хэна. Это не твоя сестра.

Она не могла объяснить всё как есть. Рядом стояли рыцари, и ей не хотелось услышать от Хэны обвинение, что та лишилась сестры по ее вине. Поэтому это было максимумом, на что она решилась.

Дейзи посмотрела на мёртвую девочку, ходящую рядом с Хэной, и на сферу, плавающую у неё за плечом. Она и подумать не могла, что увидит этот глаз за пределами дома Рохансонов. И всё же теперь он пугал её меньше.

Возможно, дело было в стенах храма: казалось, что здесь его сила притупилась. К счастью, по опыту общения с этим глазом она знала, что он не слышит звуков. Те слова, что она шепнула Хэне, он не уловил.

Избегая лишний раз смотреть в эту сторону, Дейзи поспешила покинуть приемную.

Провожая её взглядом, Хэна крепко сжала пальцы Канны.

— Сестрица, что она тебе сказала?

— Ничего.

Что бы ни говорила Дейзи, для Хэны Канна оставалась её единственной сестрой. И тогда, когда она восхищалась мёртвым Донау, и сейчас, называя чудовищную картину прекрасной — какой бы она ни стала, как бы ни изменились её мысли, для Хэны она всё так же оставалась любимой сестрой. Разве не в этом правда? Разве не так должно быть?

⊱━━━━⊱༻●༺⊰━━━━⊰

— Ваша молитва прошла благополучно?

«Да, выспалась я на славу». Однако признаться рыцарю храма, что проспала все то время, которое должна была провести в молитве, язык так и не повернулся, поэтому я только неловко кивнула.

Молельня, куда меня привела Юриэль, оказалась одной из тех личных комнат для молитвы знати, и, судя по заботе о прихожанах, внутри все выглядело по-королевски роскошно. Я ожидала чего-то на уровне карцера, а получила почти домашнюю, по-своему уютную комнату.

Из большого окна мягко струился свет, издалека доносилась органная музыка. Стоило закрыть глаза и изобразить сосредоточенную молитву, как веки потяжелели, мысли стали тягучими, и я незаметно провалилась в сон.

Даже там никакого бога я не увидела. О каких «бонусах попаданца» и разговорах с высшими силами вообще может идти речь. Местный язык мне загрузили не сразу, в тело я тоже переселилась с запозданием, так что с чего бы заодно выдавать и особые привилегии. Похоже, я просто сама себя накрутила.

— Недолго вам пришлось ждать?

— Что вы, некоторые верующие молятся по нескольку часов подряд.

Я уже начала волноваться, что проспала слишком долго, но, кажется, прошло не так уж много времени. Правда, в храме нигде не было часов: ни в молельне, ни в коридорах. Без телефона начинаешь скучать по таким мелочам. Надо будет обзавестись карманными часами.

— Ах да, командир ждет вас в приёмной ордена. Ваши спутницы тоже там. Я провожу вас.

Выходит, Хэна и Канна уже увидели картину. Раз они не уехали домой, а решили дождаться меня, то это… Неужели дружба? На душе потеплело. Я толкнула спящего Джелли локтем, чтобы разбудить. Он вроде бы тоже меня ждал, но почему же он раздражает так, будто вовсе ничего и не делал?

Раз уж я добралась до храма, заодно прикупила святой воды на те золотые, что прихватила с собой. Всё равно надо пополнять запасы. Хорошо ещё, что я сгребла монеты наугад и после покупки десяти флаконов у меня ещё остались деньги.

— Восхитительно, миледи. Это столько, сколько я не смогла бы заработать за много лет службы.

Юриэль рядом чуть ли не хлопала в ладоши, словно продавец, удачно провернувший крупную сделку. Надеюсь, она всё-таки рыцарь, а не тайный агент по продажам святой воды.

Когда я сунула бутылочки Джелли, тот отшатнулся, как от яда.

— Вы серьёзно хотите, чтобы это нёс я?..