Хотя она чуть не не вошла из-за одной маленькой ошибки, так или иначе Лилиетта успешно проникла в особняк и продолжала вести там жизнь без особых происшествий.
На самом деле, первое, о чем она подумала после успешного проникновения, — это обычная для аристократических домов территориальность между слугами и горничными. Если бы она была, она бы обдумала, как выпутаться, используя маску наивной Лилиетты, но, попав внутрь, поняла, что эти раздумья были напрасными.
Словно им заранее передали слова старшей горничной, они приняли новенькую Лилиетту без особого шума. Не то что территориальности — даже обычных фракций тут не было. Все жили дружно, что было почти удивительно. В прошлых особняках аристократов, куда она внедрялась ради заказов, фракций было целых восемь, так что особняк маркиза Лабито по сравнению с ними был поразительно мирным.
Благодаря помощи подружившихся без проблем горничных, а также четырем дням усердного шатания по дому под предлогом уборки, Лилиетта смогла заучить структуру особняка. В процессе она обнаружила около двух тайных проходов наружу, которые можно будет использовать после успешного выполнения заказа.
Разведав каждый уголок особняка, Лилиетта с лицом, будто она ничего не знает, в позднее время, когда солнце клонилось к закату, естественно присоединилась к группе горничных, болтавших за задней частью дома. Как только она села, сделав вид, что только что закончила работу, одна из горничных хе-хе-хе усмехнулась, медленно подняв обе руки перед собой, и сказала:
«Лилиетта, а ты знаешь, что в полночь по нашему коридору бродит привидение?»
«П, правда?»
Глаза Лилиетты широко распахнулись, словно она была удивлена. Подстегнутая этой реакцией, горничная быстро закивала.
«Ага. Как только наступает полночь, то тут, то там слышатся какие-то так-так и ша-ша-ша. В коридоре на третьем этаже!»
Когда Лилиетта, будто действительно поверив этим словам, судорожно вздохнула, другая горничная, Орора, которая тихо слушала, вышивая, вмешалась со вздохом.
«Ириде, не говори такое. Она же реально поверит».
«Я и говорю, чтобы она поверила?»
«Не в этом дело... Я говорю, не говори таких вещей, потому что она наивная, как дурочка».
«Эй...»
Ириде, эта озорная горничная, надула губы, словно из неё выпустили воздух. Но затем, увидев светлое лицо Лилиетты, она кивнула, словно соглашаясь со словами Ороры. Такие шутки забавны только тогда, когда слушающий не может отличить правду от вымысла и сомневается, но если верят вот так безоговорочно, то у обманывающего не остается выбора, кроме как испытать угрызения совести. Словно она стала плохим взрослым, обманывающим пятилетнего ребенка.
«Лилиетта, то, что только что сказала Ириде, — шутка, так что не верь».
«А, это была шутка? А я думала, это правда».
С этими словами Лилиетта хе-хе рассмеялась, и другие горничные посмотрели на неё взглядами, полными мысли: «И что же нам делать с такой наивной?»
В следующие несколько секунд между горничными, кроме Лилиетты, пролетели тайные взгляды. Зная об этом, но делая вид, что не замечает, она топала ножками, наслаждаясь послеобеденным солнцем.
«Пора бы уже выудить информацию о маркизе...»
Точнее, она делала вид, что наслаждается, а сама исподтишка выспрашивала у них информацию, продумывая план.
Закончив обмениваться какими-то взглядами, горничные снова с головой ушли в болтовню о пустяках.
«Кстати, а куда делась Нина?»
«Разве не пошла в туалет?»
Услышав это, Розита, которая мельком глянула в сторону туалета, тут же покачала головой.
«Хм... нет, в туалете никого нет».
«Наверное, её позвала старшая горничная».
Орора, легко принявшая слова Розиты, словно что-то вспомнив, проверила время и тяжело вздохнула.
«Сегодня моя очередь помогать в кабинете. Ах-ух, не хочу идти».
И вот, наконец, услышав слова, которых ждала, светло-зеленые глаза Лилиетты на мгновение блеснули.
«Тогда мне сходить вместо тебя?»
«Ой, ты, Лилиетта?»
«Ага. Вместо этого просто скажи старшей горничной, что это ходила ты! Маркиз же не запоминает каждую горничную по отдельности, так? Да и у меня после обеда всё равно нет дел...»
«...Хм, ну. Это верно».
Орора, кивнув со странным выражением лица, повела глазами в сторону и посмотрела на настроение Ириде и Розиты. Словно заметив её колебания, Ириде, жуя принесенный откуда-то хлеб, небрежно ответила:
«Это правда. Он специально не запоминает».
«Ну вот, я же говорю?»
И когда Лилиетта пожала плечами, Орора с всё ещё озабоченным лицом снова кивнула. Казалось, она боится, что их поймает старшая горничная, но Лилиетта была абсолютно уверена, что её не поймают.
ЛилиеттаАмента. Причина, по которой она успешно провернула бесчисленное количество заказов на проникновение и ни разу не была поймана, заключалась именно в её выдающихся способностях к перевоплощению. Благодаря этим великим навыкам в преступном мире её иногда называли «Тысячеликой».
В этот раз она намеревалась использовать эту способность на все сто процентов.
Но сначала нужно было получить информацию о СарвельоЛабито.
«Слушайте... а вы видели когда-нибудь маркиза?»
«Конечно, видели. Ну, не то чтобы часто».
Три горничные одновременно кивнули в знак согласия. И всё же они смотрели на неё с любопытством, словно спрашивая, почему это она вдруг заинтересовалась маркизом, и поторапливая её продолжать.
Под этими взглядами глаза Лилиетты сверкнули любопытством.
«Просто стало интересно, что он за человек».
«Хм...»
«Э...»
Вопреки ожиданию, что ответы сразу выскочат, три горничные, услышав вопрос, одновременно издали звук «хм». И после этого ещё какое-то время в воздухе висели только похожие звуки, а никаких конкретных слов не было. Когда Лилиетта, раздосадованная, спросила снова, они наконец ответили медленно.
«Мрачный...?»
«Мрачный?»
Когда она переспросила с удивленным лицом, словно спрашивая, как они вообще такое терпят, рты горничных открылись, и рассказы о Сарвельо хлынули потоком.
«Он даже из комнаты почти не выходит».
«Удивительно, как он вообще до кабинета доходит...»
«Ой, кабинет же соединен со спальней».
«Так вот что за боковая дверь в кабинете?»
«Господи...»
После этого хлынула ценная информация, которую могли знать только горничные, побывавшие там. Она уже обошла все места, куда могла попасть, но кабинет маркиза был местом, куда без дела не зайти, поэтому каждая такая деталь была довольно ценной.
Лилиетта, навострив уши и собрав информацию, запечатлела в памяти все эти жизненно важные советы, которые лились из них рекой, и после вежливых провожатых направилась к особняку.
Наконец настало время встретиться с СарвельоЛабито.
Мрачно глядя вслед удаляющейся к особняку спине Лилиетты, лицо Ороры слегка исказилось, словно она о чём-то беспокоилась. Розита, заметившая это, осторожно спросила:
«Беспокоишься?»
«...»
Это было молчание, типичное для Ороры, которая была такой же сердобольной, как и старшая горничная Дельфина. Словно зная, что это случится, Розита молча надула губы.
«Да брось, не переживай. Вряд ли там что-то случится, правда?»
Тишину разорвал бойкий голос Ириде, которая делала вид, что ничего страшного не происходит. Только тогда беспокойство с лица Ороры начало постепенно сходить. Ириде, толкнув её в бок, пожала плечами.
«Маркиз же сам велел её взять».
«Да. Ну... думаю, всё будет нормально».
Слова Ириде были правдой. То, что маркиз Лабито не запоминает их лица по отдельности, было правдой. Была ли горничная, прислуживавшая в тот день в кабинете, черноволосой, зеленоволосой или синеволосой... это не входило в круг интересов маркиза.
Все, кто работал в особняке, знали. Знали, что маркиз не интересуется никем.
Но... распространяется ли это безразличие на «человека», которого он сам привёл?
Орора не могла быть в этом уверена.
Войдя в особняк, Лилиетта не сразу направилась в кабинет Сарвельо. Сначала ей нужно было сходить в одно место. Осторожно следя за чужими шагами, быстро двигаясь так, чтобы её никто не заметил, она зашла в свою комнату и вскоре выскользнула из неё, приняв облик Ороры.
«Хотя здесь и много моментов, требующих осторожности...»
Классический пример: нельзя было сталкиваться с людьми, не являющимися целью. Если ошибиться, может возникнуть загадка с одним человеком, находящимся в одно и то же время в двух разных местах.
Так, ловко избегая чужого внимания, Лилиетта наконец добралась до двери кабинета Сарвельо на третьем этаже. Она беззвучно выдохнула. В тот момент, когда она собиралась постучать, она заметила на своей юбке маленького паука, висевшего на ниточке. Недолго думая, она стряхнула его и постучала: «тук-тук».
«...Входи».