В глазах мужчины, впервые встретившихся с её взглядом, не было абсолютно ничего. Она ожидала увидеть хотя бы банальное любопытство, но там не было ни единой эмоции — словно чувства были для него непозволительной роскошью.
«Я впервые сталкиваюсь с таким противником».
Впрочем, если вспомнить, что перед ней действительно не человек, — эти ощущения переставали казаться странными.
Несмотря на то, что она оценивающе изучала его, лицо Лилиетты оставалось абсолютно ясным. Сарвельо, смотревший на неё, словно пытаясь разглядеть её суть, задал вопрос своим привычным, до жути равнодушным тоном:
— Чай... ты недавно научилась его заваривать?
— Да.
На её мгновенный ответ не последовало ни слова. Однако показалось, что она услышала очень тихий смешок — настолько едва уловимый, что она не была уверена. Навострив уши, Лилиетта слегка вздрогнула кончиками пальцев.
«...Насмешка?»
Спросить, давно ли она заваривает чай, и получить в ответ насмешку — это звучало как намёк, что её чай был невкусным. Но она ответила так лишь потому, что на самом деле обучилась чайному делу довольно давно, так что дело было вовсе не во вкусе.
Когда колени преклонившейся Лилиетты начали медленно затекать, рука мужчины внезапно приблизилась к её лицу. Его пальцы, с едва заметным оттенком нерешительности, медленно скользнули по воздуху, очерчивая мягкие линии её лица, и слегка коснулись кончика подбородка. Несмотря на совершенно непонятное и неожиданное поведение, Лилиетта не отвела взгляда и продолжала смотреть ему прямо в глаза. Поразительно красивое лицо и до жути мрачная атмосфера странным образом сочетались, создавая причудливое ощущение. Снаружи он выглядел абсолютно равнодушным, но в глубине его взгляда она смутно уловила нечто тонкое, словно маленькая нить.
«Любопытство, или же...»
Рациональный интерес.
Осознав это, Лилиетта почувствовала, как по её спине пробежала волна восторга. Почему? Как так вышло? Такие вопросы были бессмысленны. Она была не из тех, кто упускает подвернувшуюся возможность.
Рука, которая тянулась к её подбородку, медленно отступила, и его фиолетовый взгляд, казавшийся вечным, наконец был отведён в сторону. Любопытство, мелькнувшее лишь на мгновение, уже успело исчезнуть.
— Выйди.
— ...Да.
Сделав вид, что ничего не заметила, и наполнив глаза одним лишь недоумением, Лилиетта собрала посуду и тихо покинула кабинет. Только когда дверь за её спиной закрылась, она направилась на кухню.
Улыбаясь каждой горничной, которую встречала в коридоре, отвечая, что всё в порядке, Лилиетта, оставшись одна, тут же посерьёзнела. Та мимолётная искра любопытства, что она увидела. Если ухватиться за неё, по крайней мере, её не выгонят из этого особняка по чьей-то чужой воле. Её уход отсюда должен был произойти только по её собственной воле.
Дойдя до кухни, она увидела ожидавшую её Дельфину.
— Как всё прошло? Не трудно?
— Да. Он оказался не таким уж и страшным, как вы и говорили.
— Вот и хорошо.
Пока Лилиетта отвечала, улыбаясь, улыбка Дельфины стала глубже, но Лилиетта заметила, как изменилось настроение окружающих слуг и горничных.
— Тогда я пойду в сад...
— Нет. Сегодня отдохни. Завтра у меня для тебя будет одна просьба.
Если это просьба, появившаяся сразу после её визита к маркизу, то её суть была очевидна. Лилиетта усмехнулась про себя, наблюдая, как всё идёт по её плану.
— Хорошо.
Попрощавшись с Дельфиной и выйдя в коридор, она замерла, прислушиваясь к голосам, доносившимся из-за приоткрытой двери.
— Госпожа Дельфина, это немного...
— Что такого? Человек... Маркиз же...
— У неё добрая душа, в конце концов.
— Нет, я просто волнуюсь.
Она разобрала лишь несколько фраз. Слуги и горничные беспокоились о ней, приближающейся к маркизу. Однако Дельфина, зная причину этих тревог, намеренно оставляла Лилиетту рядом с ним. Всё, что она поняла, сводилось к этому.
Судя по тому, что она видела и чувствовала, этот особняк скрывал множество тайн. Таких секретов, которые ни за что не раскрыли бы посторонней, вроде неё. Для человека из преступного мира было бы ложью сказать, что её не интересовала подобная информация.
«Конечно, знать её было бы хорошо». Однако порой знание становится ядом. Секреты могут сожрать человека. Она знала это на собственном опыте — к таким вещам нельзя прикасаться легко.
«К тому же, если всё пройдёт без происшествий, дело закончится быстро и гладко». В конце концов, чувство любви легче всего сокрушает здравый рассудок.
Вспомнив взгляд Сарвельо, который она видела ранее, Лилиетта пошла прочь, издавая лёгкий стук каблуков.
На следующий день Лилиетта нашла Дельфину. Вопреки вчерашним ожиданиям, что ей поручат дело, связанное с маркизом, задание оказалось простой уборкой кабинета.
— Кабинета...?
Она уже собиралась разочароваться от скуки, но Дельфина тут же развеяла её мысли.
— Да. Но это место, которое использует только маркиз... Поэтому впускать туда кого попало нельзя. Вдруг что-то украдут — будет беда.
— А... Ну, да.
Сказав, что маркиз сегодня не придёт, так что можно убираться не спеша, Дельфина проводила её и ушла. Оставшись одна и оглядев кабинет, Лилиетта тихо присвистнула.
«Личное пространство, значит».
Конечно, в доме маркиза Лабито из прямых наследников был только сам маркиз, так что использовал кабинет только он, но это место казалось ещё более скрытым и личным. Размером примерно в половину кабинета. Кроме книжных шкафов, там были лишь два небольших окна в стене, одноместный диван и маленький столик — очень чистое помещение.
«Когда она сказала убираться одной, я подумала, что старшая горничная сошла с ума, но это место...»
С безучастным лицом подняв мухобойку, Лилиетта стряхнула пыль с книг и полок, тщательно, но с ленцой. Когда она закончила примерно половину, сзади раздался тихий щелчок — дзак.
В это место могли войти лишь немногие. Дворецкий Ахиллес, старшая горничная Дельфина и сам хозяин кабинета — Сарвельо Лабито. Лилиетта сразу поняла, кто это, но, сделав вид, что не слышала шагов, продолжила спокойно убираться, постукивая носками туфель по полу.
Тук. Дверь закрылась, и кто-то направился в её сторону. Лилиетта, делая вид, что не слышит, заглушая звук шагов своими, внезапно почувствовала над собой большую тень.
— ...А?
Резко обернувшись, она увидела именно того, кого ожидала — с абсолютно бесстрастным лицом, смотрящего на неё сверху вниз.
— Что ты здесь делаешь?
— Убираюсь.
Отвечая честно, она не скрывала удивления в глазах: «Странно, мне ведь сказали, что маркиз сегодня не придёт». Заметив это, Сарвельо слегка прищурился.
— Убираешься, значит.
— Да. Мне приказала старшая горничная...
Мужчина издал полный раздражения вздох. Прежде чем Лилиетта успела понять его значение, тяжёлая книга, стоявшая над её головой, опасно покачнулась и мгновенно упала вниз.
И хотя её чуткий слух уловил это, Лилиетта не стала уклоняться, а лишь подняла вопрос в мыслях.
«Почему книга вдруг упала?»
Она только что убирала это место и отлично помнила, что никаких выступающих книг там не было. Если бы что-то торчало, она бы поправила. Значит, книга, которая точно стояла ровно, внезапно упала сама.
Но раздумья были недолгими. Лилиетта слегка сместила центр тяжести вправо, готовясь незаметно уклониться. Обычная горничная не услышала бы звука падающей книги.
Мгновенно упавшую книгу на её плече просто поймал, разумеется, Сарвельо. Он посмотрел на белую шею Лилиетты, которая сжалась от неожиданности, словно прижалась к нему, а затем другой рукой притянул её за талию.
— А...!
В тот же миг на месте, где стояла Лилиетта, с грохотом уруру посыпались книги.
В шоке от абсурдности ситуации она обернулась, уставившись на пол, и поспешно поблагодарила.
— С, спасибо, маркиз.
Опустив голову и косясь на упавшие книги, Лилиетта нахмурилась. Почему те, что ещё минуту назад стояли идеально, вдруг обрушились? Ветра не было, шкаф не трясся. И всё же они упали...
Словно кто-то намеренно столкнул их.