Контент удален!

Голос главы эхом разнёсся по большому залу.

— Неужели, — сказал он, остро взглянув на Логана, — среди этого отряда наёмников есть кто-нибудь, кто умеет командовать?

Логан на мгновение замешкался.

— Да, есть, — ответил он. — Но я основал эту компанию. Поэтому я…

Лорд Патрик ударил рукой по столу, заставив вассалов вздрогнуть.

— Ты мой старший сын! Ты действительно хочешь сражаться вместе с простыми наёмниками? Хочешь добыть славу, которой будут хвастаться наши враги?!

Многие из присутствующих кивнули в ответ на упрёк лорда. По их выражениям было ясно, что они думают об отряде наёмников.

Но Логан не отступил.

— Я не настолько важен в Ордене рыцарей, — заявил Логан. — Для наших общих сил будет полезнее, если я буду действовать отдельно вместе с отрядом наёмников.

— Что?!

С самого начала Логан планировал действовать вместе с отрядом наёмников в территориальной войне.

Скорострельный арбалет был изготовлен идеально, и присоединение к рыцарям — мера, предпринятая на случай худшего сценария, — больше не рассматривалось. Его дальнейшее участие в тренировках рыцарей было нужно лишь для собственного развития и для подготовки к будущему после территориальной войны.

«Отец всё равно будет командовать рыцарями. Для меня лучше действовать вместе с отрядом наёмников. По крайней мере, эти ребята хотя бы сделают вид, что готовы умереть, если я им прикажу», — подумал Логан.

С точки зрения Логана, это было самым рациональным решением, но, естественно, Патрик видел ситуацию иначе.

— Ты подумал о том, какое негативное влияние окажет на наших союзников твой плен или смерть, если ты будешь передвигаться вместе с отрядом наёмников?! — спросил Патрик.

— Этого не произойдёт, — уверенно ответил Логан.

— Ты думаешь, война — детская игра?! — прорычал Патрик. — Думаешь, обученные тобой ничтожные наёмники — непобедимая сила? Или ты настолько глуп, что не способен отличить реальность от фантазии?! — В последних словах его гнев был очевиден.

Патрик считал, что его незрелый сын не способен осознать реальность и даже во время чрезвычайного положения продолжает упрямо настаивать на собственном мнении.

Но то, что должно было вывести его из себя, только начиналось.

— Я не глуп и не оторван от реальности, — спокойно заявил Логан. — Я лишь нахожу место, где должен находиться, место, где смогу проявить максимум своей силы.

— И это всего лишь твоя игрушечная армия? — усмехнулся Патрик.

— Мои наёмники не играли в игрушечных солдатиков! — парировал Логан. — Я докажу это, добившись успехов в этой войне.

Логан встретился с разгневанным взглядом отца, не отводя глаз и сохраняя твёрдость во взгляде. Для Патрика это выглядело лишь как детская истерика, что ещё сильнее разжигало его гнев.

— …Если ты настаиваешь, то с этого момента я больше не буду считать тебя своим сыном, — заявил Патрик. — Даже если ты попадёшь в плен в этой войне или погибнешь в бою, я буду относиться к тебе как к человеку, не имеющему отношения к нашей семье. Тебя это устраивает?

Собравшиеся вассалы были потрясены и широко раскрыли глаза от столь крайнего заявления Патрика.

Но ответ Великого Наследника оказался ещё более удивительным.

— Можете так и поступить, — без колебаний ответил Логан.

— …Ты сейчас пытаешься меня разозлить?! — крикнул Патрик, его лицо покраснело. — Что, чёрт возьми, ты вообще думаешь! Ты считаешь, что всё в мире будет происходить по-твоему?! Ты действительно настолько безрассуден?!

— Хорошо. Делай что хочешь, — сказал Патрик, пытаясь сдержать гнев. — Но не забывай мои слова. В этой войне не рассчитывай, что с тобой будут обращаться как с прямым членом семьи!

— Я непременно добьюсь успехов, — твёрдо заявил Логан.

— Уф! Честное слово… — пробормотал Патрик, покачав головой.

Возможно, из-за кризисной ситуации Патрику было ещё труднее контролировать свои эмоции, чем обычно, но, к сожалению, Логан был не единственным, кто расшатывал самообладание Патрика.

— Г-господин! Чрезвычайное происшествие! — объявил слуга, ворвавшись в дверь.

Несмотря на то, что они находились на семейном собрании, срочный тон слуги говорил о серьёзности ситуации.

Хотя трудно было представить чрезвычайное происшествие более серьёзное, чем состояние войны, новости, которые принёс слуга, действительно были тревожными.

— Семья Кайрос сообщила, что не будет предоставлять военную поддержку! — воскликнул слуга. — Они говорят, что сейчас неподходящее время и что возникли проблемы с денежным потоком…

После этих слов взгляды всех вассалов обратились к Мериан.

Мгновенно мысли Мериан спутались, и она начала заикаться, пытаясь оправдаться.

— Д- должно быть, произошла какая-то ошибка. Этого не может быть!

Она повысила голос, словно не могла поверить в услышанное, но слуга с твёрдым выражением лица подтвердил:

— Двейн несколько раз подтвердил этот вопрос.

Услышав эти слова, лицо Мериан в одно мгновение побледнело.

— Я, я сама всё проверю! — воскликнула она, резко поднявшись со своего места и поспешно направившись к выходу.

Знакомая массивная фигура вошла в зал немного позже, ещё раз подтверждая произошедшее с мрачным выражением лица.

— Нет необходимости, госпожа, — сказал Двейн. — Это действительно официальный отказ семьи Кайрос. Одновременно они объявили, что с сегодняшнего дня прекращают финансовую поддержку нашей семьи Маклейн.

Слова Двейна вызвали шок, далеко превосходящий простое удивление.

Вопрос финансовой поддержки, который впоследствии мог стать ещё большей проблемой, не был непосредственной темой разговора. Однако тот факт, что родственники лорда со стороны жены, считавшиеся идеальными союзниками, отказались от поддержки в чрезвычайной ситуации, а также шокирующая новость об отсутствии немедленного подкрепления, погрузили зал в хаос.

— Нет! Нет! — закричала Мериан.

— М-мама. Пожалуйста, успокойся, — умолял Рониан.

— Что-то не так! Нет, это ошибка! Должно быть, это ошибка!

— Мама!

Когда Мериан с бледным лицом выбежала из зала, Рониан, который бессмысленно смотрел ей вслед, крепко прикусил губу и обмяк в своём кресле.

Логан подошёл к брату и похлопал его по плечу.

— Всё в порядке. Всё будет хорошо.

— …Брат, — сказал Рониан голосом, наполненным отчаянием.

В столь отчаянной ситуации слова брата, полные надежды, казались лишь утешительной ложью, поэтому Рониан мог лишь ещё сильнее опустить голову.

Настолько велик был удар, нанесённый семьёй Кайрос.

Остальные вассалы могли лишь растерянно перешёптываться, не решаясь необдуманно предпринимать какие-либо действия, и просто наблюдали за лицом лорда, покрасневшим от гнева, пытаясь оценить ситуацию.

В этом хаосе лишь один человек спокойно упорядочивал свои мысли.

«Значит, это снова происходит», — подумал Логан.

Отказ семьи Кайрос помогать в территориальной войне также произошёл в его прошлой жизни. Было ли тому какой-то иной причиной или они просто решили провести черту, но, учитывая, что даже после того, как Рониан стал пользователем Ауры и впоследствии возродил семью, он прекратил общение со своей семьёй по матери, можно было с уверенностью сказать, что шансов на восстановление этих отношений практически не было.

Конечно, для Логана это не имело значения, что бы ни произошло.

«Теперь моя мачеха не сможет оказывать такое же влияние, как раньше. Если мы победим в территориальной войне, внутри семьи больше не останется препятствий», — размышлял Логан.

Скорее, казалось, будто одно назойливое препятствие просто исчезло.

Именно поэтому Логан мог без колебаний выступить вперёд.

— Я первым отправлюсь готовиться, — объявил Логан. — Если будут какие-либо дальнейшие распоряжения, свяжитесь со мной отдельно.

В ответ не последовало ничего, кроме глухого эха, но шаги Логана, когда он покидал зал, были уверенными и не знали колебаний.

— Война… значит? — спросил Кай.

— Да. Ты не удивлён, — ответил Логан.

— Если бы война не началась, я бы хотел начать её сам, — ответил Кай.

— Какое ужасное заявление… — усмехнулся Логан.

— Разве не естественная человеческая психология — захотеть воспользоваться оружием, когда оно у тебя уже есть? — спросил Кай с ухмылкой.

После слов Кая наёмники, стоявшие позади него, разразились смехом. Хотя они были наёмниками, привыкшими к войне, их уверенность казалась чрезмерной.

«Но, возможно, она вполне оправдана», — подумал Логан, и на его губах появилась лёгкая улыбка.

Предыдущей зимой атаки монстров на замок Маклейн были намного слабее обычного.

Семья, казалось, относилась к этому спокойно. Некоторые говорили, что иногда такое просто случается. Но Логан знал лучше.

«Атаки монстров прошлой зимой были сильнее, чем когда-либо».

И большинство монстров было убито отрядом наёмников, состоявшим всего из 300 солдат.

Они не просто хвастались и гордились собой. Они были уверены в себе, потому что знали, что сильны.

— Вот так! Давайте преподадим этим псам Тесрона урок! — крикнул кто-то.

— Да, господин! — громко ответили остальные.

Семья Маклейн была обеспокоена внезапной войной.

Но среди них было лишь 314 человек, уверенных в своей победе.

Война началась быстрее, чем ожидала семья Маклейн.

— Войска лорда Тесрона находятся на западной границе! Мы знаем, что ими командует лорд Хаман Тесрон, — доложил гонец.

— Эти враги не соблюдают правил… — удивлённо сказал Патрик.

Почти сразу после объявления войны войска лорда Тесрона уже находились на территории Маклейн.

Они, должно быть, двинулись сразу после объявления войны, поскольку их основные силы покинули замок Тесрон.

И врагов оказалось больше, чем кто-либо предполагал.

— Более 100 рыцарей! И более тысячи обычных солдат!

— Кроме того, почти десять тысяч принудительно мобилизованных солдат! Это огромная война!

— Что?! Хаман окончательно сошёл с ума! — потрясённо закричал Патрик, услышав новости.

Это была не война между странами, а борьба за землю внутри одной страны, начавшаяся под выдуманным предлогом.

Но нападающая сторона, а не обороняющаяся, использовала солдат, которых принудили сражаться.

В те времена сражения в основном вели рыцари, которые по сравнению с обычными людьми почти казались магическими воинами.

Даже если принудительно мобилизованных солдат было много, они могли лишь помочь выиграть уже складывающееся в пользу армии сражение или сделать поражение более продолжительным.

«Хаман Тесрон отчаянно хочет заполучить древнее сокровище Маклейнов», — подумал Логан, знавший настоящую причину войны.

Даже Логану это казалось странным, а семья Маклейн и без того была очень занята, а теперь хаос стал ещё сильнее.

— Безумные враги! Десять тысяч принудительно мобилизованных солдат? Он что, забрал их из числа жителей своей территории? — спросил кто-то.

— Сто рыцарей?!

— Как это произошло?

Принудительно мобилизованные солдаты были одной проблемой, но главная сила врага — рыцари — значительно увеличилась.

— Хаман поставил на кон всё, что есть на его территории, — сказал кто-то.

Патрик так сильно стиснул зубы, что у него заболела челюсть.

— Что у нас готово? — спросил он.

— Готовы 53 рыцаря.

— Готовы 552 обычных солдата.

— Для подготовки принудительно мобилизованных солдат потребуется ещё около одного дня.

— Отряд наёмников Логана из 314 человек готов.

Патрик нахмурился, едва услышав доклад о старшем сыне из-за охватившего его беспокойства.

«Почему это происходит?» — задавался он вопросом.

Не существовало настолько глупого человека, который начал бы войну лишь из-за старых семейных распрей.

И Патрик знал, что территория Маклейн не стоит того, чтобы за неё сражаться.

Он очень хотел знать причину, но теперь, когда враг атаковал, причина не имела значения.

«Патрик, ты лорд Маклейн. Ты не можешь сейчас сломаться. Думай о своей семье, о своих людях. Ты должен быть сильным», — сказал он себе.

Патрик выпрямился, стараясь сохранять спокойствие.

Его семья уже не была столь могущественной, как прежде, но он всё ещё оставался лордом.

Он не мог показывать беспокойство или слабость.

— Соберите всех мужчин, способных сражаться! Мы будем сражаться изо всех сил! — приказал он.

— Да, господин! — ответили остальные.

— Выступаем, как только все будут готовы! Мы сокрушим этих врагов, посмевших вторгнуться на нашу землю!

Даже вместе со всеми принудительно мобилизованными солдатами у семьи Маклейн было всего около 5000 воинов.

Даже без учёта принудительно мобилизованных солдат у врага было вдвое больше рыцарей и обычных солдат.

Враг был намного сильнее, чем они предполагали.

Поэтому Патрик приказал принять сражение в открытом поле, а не обороняться в замке.

Вассалы согласились без вопросов.

«Это был единственный способ, даже если он и опасен», — мрачно подумал Логан.

Логан нахмурившись выслушивал приказы отца.

Сражаться в открытом поле, несмотря на меньшее количество солдат, было единственным выбором.

В то время рыцари были важнейшей частью войны.

Группа сильных рыцарей в доспехах могла уничтожить всё на своём пути.

Стены замка Маклейн были высокими и прочными, но они не могли остановить большую группу рыцарей.

Лучше было сражаться в открытом поле, где можно было собрать все свои силы, чем вести беспорядочное сражение после того, как стены будут разрушены.

И у семьи Маклейн было ещё кое-что, что могло им помочь.

У них был Патрик Маклейн — очень сильный рыцарь.

Он был одним из сильнейших рыцарей, достигнув уровня, которого удавалось достичь лишь немногим.

Даже рыцарь, находившийся лишь на полпути к вершине, считался равным лучшим рыцарям в большинстве отрядов.

Но Патрик был настолько силён, что мог одновременно сражаться более чем с десятью такими сильнейшими рыцарями.

Поэтому Патрик и его вассалы считали, что, даже несмотря на то, что рыцарей Маклейн было вдвое меньше, чем рыцарей Тесрона, они не проиграют, поскольку во главе их стоял Патрик.

Территориальные войны заканчивались, когда настоящий глава — лорд — сдавался или погибал.

Если Патрик захватит или убьёт Хамана Тесрона, война закончится.

«…или, по крайней мере, они так думают», — подумал Логан.

Логан печально улыбнулся, вспоминая свою прошлую жизнь.

Это была война между территориями, находившимися далеко от столицы.

Обычно победителем становился тот, у кого были сильнейшие бойцы, а не тот, у кого были самые умные планы.

План семьи был не очень хорош, но и полностью неправильным его назвать было нельзя.

«Если бы я не знал, что семья проиграет…»

Но теперь здесь были Логан и его отряд наёмников, что отличало эту ситуацию от его прошлой жизни.

«Поэтому я изменю то, что произойдёт. Я должен!»

Логан стоял в стороне, чувствуя себя незамеченным среди занятого делами зала. Он сжал кулак, и в его глазах засияла решимость.