В ту ночь в самых глубинах Великого Храма, внутри святилища, тайно проводился обряд очищения Святой. Рыцарский орден и стража, приведённые Святой, неусыпно охраняли окрестности святилища.
— Святая, что с реликвией?
Папа явился в святилище с первыми лучами рассвета, а леди Дебора, выглядевшая измождённой, сильно прижимала пальцы к вискам. Любому было ясно — всё прошло не так гладко.
— Э-э… Святая. Я ни в коем случае не тороплю вас, просто на всякий случай спрашиваю… сможете ли вы завершить очищение к полнолунию этого месяца?
Впереди маячило крупное ежегодное торжество, и он, изо всех сил скрывая тревогу, задал вопрос. Леди на миг приоткрыла губы, будто собираясь что-то сказать, но затем плотно их сжала.
— Святая… вы хотите что-то добавить?
«Вроде как «нет», но явно что-то есть?» — промелькнуло у него. Она ведь только что собиралась заговорить.
— Говорите свободно! Храм полностью на вашей стороне. Мы поддержим вас всем, чем только сможем.
После его настойчивых слов её лиловые ресницы мелко задрожали, словно она погрузилась в глубокие раздумья.
— Если так…
Она выдержала такую тяжёлую паузу, что Папа невольно сглотнул пересохшим горлом.
— Вы могли бы предоставить мне целительные камни?
— !..
От столь неожиданной просьбы зрачки Папы дрогнули. Целительные камни — таинственные минералы, наполненные священной силой; о самом их существовании знали немногие.
«И неудивительно. Их добывают только в шахтах автономии Хеллейя».
Целительные камни находились в исключительном ведении храма, а объёмы добычи были столь ничтожны, что их распределяли строго по рангу, как величайшее сокровище.
«Но зачем Святой целительные камни?..»
Их использовали жрецы для усиления или восстановления священной силы. Однако та колоссальная святость, что Святая явила в недавней битве с демоном, ощущалась даже в далёкой Хеллейе, вдали от столицы. Более того — сияние, подобное солнцу, она высвобождала не один, а целых два раза.
Честно говоря, просьба Святой о целительных камнях звучала так же странно, как если бы дракон пожаловался на нехватку маны и потребовал магические кристаллы.
«Неужели… с её священной силой что-то не так?»
Внезапно ему пришло в голову, что то, как леди Дебора всё это время избегала вызовов в храм, может быть связано именно с этим. Ведь здесь могли потребовать явить её святость.
Голова Папы шла кругом от догадок, но вслух он лишь ответил, что понял.
— Сколько целительных камней вам потребуется, святая?
— Чем больше, тем лучше. Это сократит время очищения.
Папе было жаль расставаться с собственными целительными камнями высшего качества, и потому он сначала изъял камни у подчинённых и передал их ей.
А на следующий день…
— Мне нужно ещё.
Святая вновь тайно запросила целительные камни.
В итоге, на третий день, Папе пришлось расстаться даже с теми высококлассными камнями, что хранились у него лично.
— Благодарю за то, что сдержали слово и оказали поддержку. Мне тоже стоит приложить ещё больше усилий.
Произнеся это, Святая демонстративно провела рукой по потемневшим от усталости глазам, и Папа уже не смог сказать, что дальнейшая помощь затруднительна.
«Она ведь не собирается использовать всю священную силу, заключённую в этих камнях… правда?»
Той ночью Папа, чувствуя странную тяжесть в груди, лёг спать и посреди глубокой ночи подскочил от ужаса.
Буууум!
Снаружи его покоев прогремел оглушительный взрыв.
— Святейший отец! В Великий Храм проник нарушитель!
Вскоре в его покои ввалились побледневшие жрецы.
— Нарушитель?!
Грр-рах!
На этот раз раздался звук обрушения, от которого задрожала сама земля. Казалось, ещё немного и здание храма рухнет, поэтому Папа, накинув лишь верхнюю одежду, в панике выбежал наружу.
— Э-это же!..
Папа остолбенел. Тот самый жрец Морис, которого он совсем недавно назначил архиереем…
— Как эта скверна вообще проникла в храм?! Рыцари ведь несут строжайшую охрану, а всех проверяют святой водой!
Перед ним был самый настоящий демон. А жрец Морис с рогами демона на лбу, зажатый Святой за ворот, не успевал даже перевести дыхание под градом её ударов.
* * *
С самого начала Исидор относился к моей поездке в Хеллейю без энтузиазма. Он предполагал, что если где-то и остались остатки еретических чёрных магов, то именно там.
— Похоже, в Хеллейе есть силы, подстрекающие народ.
— К чему подстрекающие?
— К тому, что Святая должна ниспослать святость не только столице, но и Хеллейе. Там ведь расположен Великий Храм, и это родина Святой Найлы.
— Хм…
— На первый взгляд звучит логично, но уж слишком рьяно.
— Раскачивать общественное мнение столь целенаправленно…
— Да. Возможно, они просто прощупывают, как мы отреагируем.
— Зачем?
— Это лишь моё предположение, но, может быть, кто-то из своих, знающий о том, что цвет реликвии помутнел, решил, что и состояние Святой тоже не в порядке.
— !..
— К тому же, по моему опыту, чёрные маги прекрасно пользуются тем, что «под фонарём темнее всего».
— То есть храм — идеальное слепое пятно.
— Да. К тому же это автономия: без веских причин империя не может направить туда войска.
— Но чтобы входить в храм, ведь нужно подтверждать личность святой водой…
— И всё же лучше перестраховаться. Ни в коем случае не отходите от меня.
— Хорошо.
Я и подумать не могла, что найдётся настолько безумный демон, который станет разгуливать по храму, но слова мыслеобраза лишь подтвердили догадки Исидора.
— Всегда помни: где есть свет, там есть и тень.
— Значит, в храм всё-таки проникло что-то подозрительное.
Он не стал возражать словам Исидора, наоборот, словно в знак согласия испустил мягкую волну.
«Он ведь буквально разжевал нам, что в храме затаился чёрный маг».
Поэтому, вернувшись в храм, я первым делом поспешно спрятала вновь ослепительно белые чётки.
«Будем и дальше делать вид, что с реликвией проблемы».
Чтобы затаившиеся отбросы сочли этот момент подарком судьбы.
«У меня действительно была утечка силы, и я вела себя тихо в последнее время, так что обмануть их будет легко».
То, что я, прикрываясь очистительным ритуалом, тянула время и снова и снова требовала у Папы целительные камни, имело две причины.
Во-первых — дать понять, что с моей священной силой не всё в порядке.
«Папа наверняка не станет скрывать это изо всех сил».
Храм хотел быть со Святой в хороших отношениях, но при этом втайне желал, чтобы её сияние хоть немного померкло. Каждый раз, когда появлялись чёрные маги или демоны, храм реагировал слишком поздно, а после истории с ложной святой и вовсе оказался под шквалом критики.
«Да ещё и пожертвования резко сократились».
Как и ожидалось, Папа не стал сразу отдавать мне собственные камни высшего класса, а сначала изъял целительные камни у подчинённых под предлогом очистительного ритуала.
«И во-вторых…»
Чтобы заставить затаившихся отбросов нервничать.
Я рассчитывала, что нечто, испугавшись, будто я вот-вот восстановлю силы, заполучив даже целительные камни Папы, решится на внезапную атаку и явится «сюда».
— Так это был ты. Имя… Морис, кажется?
Как и ожидалось, поздней ночью у святилища объявился подозрительный тип. Он ошивался у секретной двери, соединённой со статуей богини.
«А в самом святилище сейчас одиноко стоит лишь кукла, подаренная мне Мишель».
Вход, ведущий к огромной статуе богини, с виду напоминал крышку канализационного люка, и потому стража, приведённая мной, не несла здесь полноценный дозор.
«Я, собственно, специально его не ставила».
Зато я раздала соратникам свитки телепортации на короткое дистанции с привязанными координатами этого места, чтобы они могли примчаться, стоило мне подать сигнал.
— Это место когда-то было моей родиной. Вы правда думали, что только вам известно о тайном ходе в святилище?
Морис с его неизменной улыбкой осматривался вокруг, но, когда я подошла ближе, его глаза продолжали улыбаться, а губы странно перекосились.
— П-погодите… что вы делаете? Святая!
— Это я хочу спросить: что ты бродишь тут посреди ночи? Подозрительно, знаешь ли.
— Я просто… не спалось, вот и вышел прогуляться…
— Такие, как ты, иначе не понимают.
Я, как когда-то с Мией, схватила его за руку и влила в него священную силу.
— Кха-а-а-а!
Только тогда даже его «улыбающиеся» глаза исказились, словно у злого духа, кожа начала плавиться, а на лбу стали проступать рога.
«Значит, он выдерживал святую воду потому, что был демоном среднего ранга».
Я внутренне поразилась — это была весьма серьёзная добыча.
— Кхх!.. Как ты догадалась?! — демон, корчась от боли, выдавил вопрос.
— Ты с самого начала слишком уж лыбился — это было подозрительно.
Согласно воспоминаниям Найлы, демоны, маскирующиеся под людей, часто вот так чрезмерно улыбаются, пытаясь вызвать симпатию.
«Сложные человеческие эмоции им не по плечу, вот и улыбаются на всякий случай».
Но в тот день, когда он явился меня сопровождать, мой отец смотрел на него таким змеиным, убийственным взглядом, а этот всё равно не чувствовал атмосферы и продолжал скалиться.
«Сразу было ясно: с ним что-то не так».