Онлайн чтение книги Чхонсончжэ Cheongseonjae
1 - 7

Спустя два дня после побега Гён Хва вернулась домой. Вместе с Чон Уном.

Узнав, что её младшая дочь встречается не с кем-нибудь, а с сыном заклятых врагов семьи Хан, занимающихся разведением коров, мать схватилась за затылок и упала в обморок. А когда вдобавок выяснилось, что Се Хва всерьёз рассматривает брак с Квон Юн Хаком, она коротко вскрикнула, схватилась за голову и слегла.

С тех пор атмосфера в доме стала ещё более гнетущей, каждый день они словно ходили по тонкому льду.

Тем не менее, жизнь Се Хвы шла своим чередом.

Её расписание было строго определено. Каждый день в шесть утра она шла на йогу, а около половины девятого вместе с матерью приезжала в главное отделение «Мён Хва Хвегван», где они готовили соусы, бульоны и начинку для пельменей-манду. Затем в офисе головной компании она проверяла выручку за прошлый день, просматривала документы на подпись и проводила совещание с руководителями, после чего время уже переваливало за полдень. Когда было много работы, она помогала в «Мён Хва Кофе», а если нет — наскоро обедала, объезжала заведения с проверкой, помогала сотрудникам и возвращалась домой между шестью и семью часами вечера.

Поужинав, она читала в своей комнате или просто лежала, глядя в потолок, и засыпала до десяти часов вечера. Если не считать редких встреч с клиентами вместе с матерью, нечастых личных планов или ночных перекусов с сёстрами, её 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 30 дней в месяц и 365 дней в году проходили примерно одинаково. Выросшая в доме, где вставали в пять утра и гасили свет в девять вечера, она естественно впитала этот ритм жизни.

Но сегодняшний день относился к категории «редких». Всю неделю лили дожди, переходящие в ливни, что поставило под угрозу урожай пшеницы в этом году. Получив отчёт о том, что объём собранного урожая сократится более чем на 30% от ожидаемого, они весь день провели на совещаниях, пытаясь найти выход. Использование пшеницы собственного урожая было главной фишкой «Мён Хва», так что они не могли просто взять и перейти на импортную пшеницу из-за того, что урожай погиб. В качестве альтернативы нужно было найти хотя бы пшеницу отечественного производства. Чтобы обеспечить поставки, они обзванивали фермеров по всей стране.

День выдался изматывающим, поэтому Се Хва легла в постель чуть позже девяти, собираясь уснуть пораньше. Она уже почти провалилась в сон, когда зазвонил телефон.

Квон Юн Хак. Это был первый раз, когда он вышел на связь после того сообщения в день смотрин.

Посмотрев на светящийся в темноте экран, Се Хва ответила на звонок.

— Да, алло.

— Это Квон Юн Хак.

— Да.

— Вы спали?

Она постаралась прочистить горло, но он всё равно умудрился это заметить.

— Собиралась.

— Значит, выйти не сможете?

— Сейчас? А где вы?

— Перед вашим домом.

Глаза Се Хвы округлились. Она встала с кровати и подошла к окну. Перед воротами была припаркована машина.

— Машина перед домом... Это вы, исполнительный директор?

Дверца со стороны водителя открылась. Даже издалека было видно высокого мужчину, который с телефоном в руке смотрел на второй этаж. Се Хва включила торшер у кровати.

— Можете выйти ненадолго?

Чтобы выйти, ей нужно было переодеться и накраситься, а ей было лень. Бестактность мужчины, заявившегося без предупреждения, раздражала. К тому же из-за ночного побега Гён Хвы у матери, похоже, развилась паранойя, и теперь она выходила проверять улицу при малейшем шорохе. Се Хва не хотела добавлять стресса матери, которая и сегодня вечером устроила скандал с Гён Хвой.

— Мне неудобно выходить.

— Хорошо. Тогда поговорим по телефону.

Он отступил, не задавая лишних вопросов.

— Вы по-прежнему хотите выйти замуж?

Значит, он не выходил на связь, чтобы дать ей время? Зажав телефон плечом, Се Хва смотрела сверху вниз на мужчину, который, прикрывая огонь ладонью от ветра, прикуривал сигарету. В трубку донёсся тихий звук выдоха, и она увидела, как в воздух поднимается белый дым.

— Да, по-прежнему.

— Дать вам ещё время? Подумайте хорошенько.

— Вас это обременяет? Брак со мной.

Он говорил так, будто давал ей право выбора, но Се Хва чувствовала, что на самом деле сомневается именно он.

— Обременяет... Ну, не знаю.

Тихо пробормотав это, Квон Юн Хак выпустил длинную струю дыма и продолжил:

— Можно сказать и так. Я не уверен, правильно ли будет забрать способную наследницу и посадить её дома в качестве домохозяйки.

Се Хва крепко сжала тонкую штору.

— Я хочу выйти за вас замуж, исполнительный директор.

Ей казалось, что если она упустит этот шанс, другого уже не будет. Шанса покинуть дом, сохранив при этом и семью, и «Мён Хва».

Она знала: чтобы уйти, нужно просто взять и уйти. Но у Се Хвы не хватало на это смелости. Она не хотела поворачиваться к семье спиной. И, что самое главное, у неё не было ничего, чем бы она хотела заниматься, бросив «Мён Хва». Поэтому ей нужно было выйти замуж за Квон Юн Хака. Это был идеальный побег.

Он положил телефон на крышу машины и достал что-то из внутреннего кармана пиджака. Похоже, портативную пепельницу, чтобы выбросить окурок. Убрав предмет обратно, он снова взял телефон.

— Давайте завтра пообедаем вместе.

Он резко сменил тему разговора. Се Хва с трудом подавила подкатившее раздражение на мужчину, который так и не дал ей чёткого ответа по поводу брака.

— Где? Я завтра буду занята, так что далеко поехать не смогу.

— Вы будете в офисе «Мён Хва Кофе»?

— Завтра запуск сезонных тортов, так что я буду в кафе.

— В Чииль-доне?

— Да.

— Я за вами заеду.

Назначив встречу так же в одностороннем порядке, как и заявившись без предупреждения, Квон Юн Хак обошёл капот и открыл водительскую дверцу. Прежде чем сесть в машину, он поднял голову и посмотрел наверх. Несмотря на расстояние, их взгляды точно встретились.

— Во сколько вы проснётесь, если сейчас ляжете?

Он задал совершенно неожиданный вопрос.

— В половине шестого.

— Думаю, вы легко адаптируетесь в Чхонсончжэ.

В его мягкой, но в то же время жёсткой манере речи проскользнула лёгкая усмешка. Попрощавшись до завтра и повесив трубку, он завёл двигатель и выехал из переулка. Се Хва ещё долго стояла у окна, даже когда машина скрылась из виду.

В ту ночь она долго не могла уснуть. Его низкий голос всё звучал у неё в ушах, и она уснула лишь под утро, из-за чего на следующий день пропустила занятие по йоге. Впервые с тех пор, как записалась.

***

Завершив утреннее совещание, Се Хва спустилась на первый этаж в «Мён Хва Кофе» и встала за одну из касс. Поскольку он не сказал, во сколько приедет, утром она отправила ему сообщение, на которое пришёл ответ: «Буду около полудня». Поставив телефон под монитором кассы, она обслуживала клиентов, то и дело поглядывая на часы.

«Мён Хва Кофе» славилось не только кофе, но и выпечкой. Они наняли кондитеров из известных отелей, поэтому их десерты отличались высоким качеством и при этом относительно низкими ценами. Особенно славились их сезонные цельные торты, которые появлялись весной и зимой. Инфлюенсеры добровольно рекламировали их, поэтому в сезон сюда съезжались люди со всей страны.

Очередь, стоявшая с самого раннего утра, немного рассосалась к одиннадцати часам. Распродав ограниченную партию, приготовленную для ранних пташек, персонал смог немного перевести дух.

— Айс кофе и... хлеб вам с собой? Если не будете есть сразу, храните в морозилке. Спаси...бо.

Уже более расслабленно пробивая чек и складывая хлеб, Се Хва увидела, как в кафе входит Юн Хак. Его взгляд, скользнувший по помещению — всё ещё полному людей, несмотря на то что основная толпа спала, — остановился на Се Хве. Проигнорировав очередь, он направился прямо к ней. Взгляды всех присутствующих — и посетителей, и персонала — устремились на него.

— Выглядите занятой.

Погода испортилась, шёл дождь, и снова похолодало, поэтому поверх костюма на нём было тонкое пальто.

Она думала, что он свяжется с ней, когда подъедет, и никак не ожидала, что он зайдёт прямо в заведение. Се Хва растерялась. Стараясь не обращать внимания на чужие взгляды, она посмотрела на него снизу вверх. Кафе, в котором на мгновение повисла тишина, словно время остановилось, вскоре потеряло к ним интерес и снова наполнилось шумом.

— Можете подождать немного? Я переоденусь и выйду.

— Не торопитесь. Я пока поднимусь наверх, поздороваюсь с директором Кан.

К маме? Одно потрясение за другим. Се Хва несколько раз моргнула.

— Мы пойдём пешком, так что оденьтесь потеплее.

Сказав это, он оставил растерянную Се Хву с открытым ртом и вышел. Видимо, он зашёл только для того, чтобы поздороваться.

— Кто это, директор? Ваш парень? — игриво прошептала проходившая сзади сотрудница с хлебом для подарочной упаковки.

Но Се Хве было не до шуток. Всё её внимание было приковано к тому, что происходило наверху.

Квон Юн Хак вернулся в кафе ровно через 25 минут. И долго, и коротко одновременно. Она ожидала, что её вызовут в офис, но никаких новостей не было. Се Хва переоделась и вышла.

Увидев её наряд — тонкое пальто, — он слегка нахмурился, но тут же разгладил морщины на лбу. Он был человеком, скупым на эмоции. В этом они с Се Хвой были похожи.

Он повёл её в сторону улицы Чииль-дон. Хотя это и не было официальным названием, местные жители называли этот район, где было полно хороших ресторанов и магазинчиков сувениров, «улицей Чииль-дон». «Мён Хва Кофе» находилось в самом её начале.

— Куда мы идём?

— Я забронировал столик.

Движение транспорта по улице Чииль-дон было запрещено. Здесь всегда было людно, независимо от того, будни это или выходные. Было много туристов, но и местных жителей хватало.

Каждый раз, когда они проходили мимо знакомых лиц, те провожали их взглядами. Некоторые узнавали Квон Юн Хака. Се Хва чувствовала, как слухи расползаются в реальном времени.

Он направился не по главной улице, а свернул в переулки. Он свернул несколько раз. Он не смотрел в карту и не блуждал, словно хорошо знал дорогу. Для Се Хвы этот путь тоже был знаком. Следуя за ним, она подумала: «Да ладно...»

— ...

Когда они свернули направо в самом конце переулка, Се Хва поняла, куда они пришли. В конце этой улицы находился небольшой итальянский ресторан всего на пять столиков, специализирующийся на пицце из дровяной печи.

Квон Юн Хак остановился перед зданием, переделанным из жилого дома. Спустившись по ступенькам, он остановился перед дверью ресторана, расположенного на цокольном этаже. Затем посмотрел на Се Хву, стоящую на самом верху лестницы.

— Говорят, здесь вкусно готовят.

Это был ресторан Тэ Хвана.

Слегка опешив, она не могла сдвинуться с места и смотрела на него сверху вниз. Его лицо, по которому было невозможно прочесть ни единой мысли, оставалось пугающе невозмутимым.