Онлайн чтение книги Чхонсончжэ Cheongseonjae
1 - 35

Председатель Квон сделал замечание о том, что сын и невестка обращаются друг к другу по имени и говорят в уважительном тоне, как равные. Се Хва понимала, что муж старше её на пять лет, и его уважительный тон не мог не бросаться в глаза, но она думала, что он сам решает, как ему комфортно. Ей самой нравилось, что он говорит с ней уважительно. Но когда председатель приплел сюда её мать, она едва смогла удержать лицо.

«Я буду осторожнее».

Дождавшись, когда муж вернется с работы, Се Хва предложила изменить обращение. Сказала, что раз она младше, он может перейти с ней на «ты». Он долго молча смотрел на неё.

«Что вам наговорил отец?»

Она не стала отпираться. Всё поняв, он ослабил галстук и мягко погладил Се Хву по затылку. Это утешающее прикосновение растопило обиду в её сердце.

После этого он стал свободно смешивать официальный тон и «ты». В любом случае, главной проблемой было то, как Се Хва обращалась к мужу при посторонних, поэтому ей оставалось лишь следить за собой. К новому обращению «ёбо» (дорогой) она постепенно привыкла.

В его кабинете было огромное количество книг. Похоже, он пользовался им с самого детства, потому что на полках стояли даже старые учебники. Яркие солнечные лучи, преломляясь сквозь густую листву за окном, заливали кабинет светом, делая атмосферу помещения, обставленного мебелью из массива дерева, еще более уютной.

Се Хва села в свое кресло у окна, положила ноги на банкетку и взяла со стола книгу. Изначально это кресло стояло в её личном кабинете, но она перенесла его сюда. Она могла бы сидеть в кожаном кресле посреди комнаты, но ей хотелось обустроить здесь свой собственный уголок. Он был только за. Оказалось, что он человек куда более снисходительный, чем она думала.

Дочитав книгу, которую начала несколько дней назад, она вышла из кабинета, попросила подать обед и спустилась на первый этаж.

По пути в столовую ей попадались сотрудники, которые вежливо кланялись.

Чхонсончжэ — место закрытое. Здесь много глаз и много ушей. И эти глаза и уши не были настроены к ней благосклонно. Было ли это инициативой управляющей Пак или просто дедовщиной персонала — неизвестно, но было совершенно ясно: её не принимали как «младшую госпожу», которой надлежит служить.

Целую неделю её нижнее белье никто не стирал, и только когда она спрятала его среди одежды мужа и положила в его корзину, его наконец постирали. Но после этого случая горничные начали перебирать его одежду, выуживать её белье и снова сваливать в её корзину. Если бы она начала стирать сама, персонал стал бы смотреть на неё еще больше свысока. А если бы пожаловалась мужу, белье бы постирали, но это выглядело бы как донос, и ситуация только ухудшилась бы. Ей нужно было решить эту проблему самой.

Когда чистых комплектов почти не осталось, она вызвала управляющую Пак. Указывать только на свое белье было бы слишком неловко, поэтому она указала на корзину, куда бросила и спортивную одежду мужа, и сказала, что горничные стали часто пропускать вещи при стирке. Управляющая Пак извинилась и пообещала немедленно разобраться.

С другими делами она действовала похожим образом.

Помещения, которыми пользовался муж, сотрудники вылизывали так, что на люстрах не оставалось ни пылинки, но в кабинете Се Хвы убирались спустя рукава, а иногда и вовсе намеренно сметали комки пыли под её стол. Когда она вызывала горничную и указывала на это, та с абсолютно нераскаявшимся лицом кланялась, извинялась и убирала пыль. Если это повторялось трижды, Се Хва вызывала управляющую Пак. При таком раскладе отношения с управляющей просто не могли наладиться.

«Не пытайся понравиться персоналу. Зачем тебе их любовь? Хорошие отношения — это, конечно, прекрасно. Но если из-за желания со всеми дружить ты не можешь заставить их работать, какой в этом смысл? Мы что, благотворительностью занимаемся? Зачем в зале сидит сотрудник, если за кассой стоишь ты! Какого черта ты делаешь копии и отвечаешь на все звонки! Потому что молодая? При чем тут возраст, если ты моя дочь! Думаешь, если будешь так делать, сотрудники тебя полюбят? За спиной они все над тобой смеются. Мол, и это наш будущий руководитель?»

После замужества всё вокруг было чужим, а испорченные отношения с персоналом только добавляли дискомфорта и стресса. И всё же она терпела. Постоянно повторяя про себя советы матери.

— Я на втором этаже. Сейчас ухожу, так что приберитесь, пожалуйста.

После обеда она отдала распоряжение об уборке и пошла гулять в лес.

«Не ходите до самого озера».

Когда она рассказала мужу, что встретила в лесу сына смотрителя и планирует гулять там каждый день, он попросил её не заходить слишком далеко вглубь.

— Привет, Лео.

Стоило ей выйти на прогулку, как откуда ни возьмись появлялся Лео. Виляя хвостом, он крутился вокруг неё. Это была очень умная собака. Однажды она чуть не споткнулась о выступающий корень, и с тех пор, если Лео видел впереди препятствие, он преграждал ей путь.

Прогулки стали для неё вторым любимым временем дня после утренних сборов мужа. Во всем Чхонсончжэ благосклонность к ней проявляли только двое животных: Квон Юн Хак и Лео.

Она думала, что тропинка здесь только одна, но оказалось, что тропинок много и они разветвляются. Сегодня она пошла по новой. Лео, бежавший впереди по привычному маршруту, с опозданием догнал её.

В конце узкой тропинки, отходящей от главной дороги, оказалась маленькая игровая площадка. Две качели, горка и турник.

Шедший вровень с ней Лео вдруг взобрался по деревянным ступенькам, пристроенным к большому дереву за горкой, и скрылся внутри небольшого домика. Домик был явно не рассчитан на взрослых. Сквозь стеклянное окошко пробивался свет, и послышался радостный детский голос: «Лео!».

Се Хва тоже поднялась по деревянным ступенькам за собакой. В открытую дверь она увидела, как Лео облизывает шею ребенка, а тот обнимает пса и заливисто смеется. Это был Си Юн. Обнюхав мальчика, Лео вырвался из его объятий и начал кругами бегать вокруг Се Хвы.

Для компании взрослых домик был бы тесноват, но для игр одного ребенка места хватало. Мужу, наверное, пришлось бы пригибать голову, чтобы не задеть потолок.

Заметив Се Хву, Си Юн испуганно отпрянул назад, затем резко вскочил, натянул футболку пониже и низко опустил голову.

— Ты пришел после школы?

Перепуганный ребенок помялся, а затем робко кивнул. Значит, он ходит в школу. Она видела его только один раз, в тот самый день, когда переехала в Чхонсончжэ. За весь месяц они больше ни разу не пересекались. Присутствие Си Юна в доме было настолько незаметным, что иногда она вообще забывала о том, что у неё есть племянник. Словно его намеренно стерли.

— Ты тут один играл?

Даже на частной территории оставлять ребенка одного в лесу было небезопасно. Разве к нему не должна быть приставлена няня?

— Сегодня... у меня нет... академии (дополнительных занятий)...

Едва слышно пробормотал Си Юн. Будь он чуть постарше, она бы просто ушла, но оставить такого малыша одного она не могла. Пусть ему и обеспечивают «полный уход», он всё еще в том возрасте, когда нужен присмотр. Он мог заиграться и пораниться.

На полу была разложена трасса с игрушечными машинками, а рядом стояло детское кресло. К счастью, на столике возле кресла лежала какая-то книга. Когда Се Хва села в кресло, Си Юн растерялся еще больше.

— Не обращай на меня внимания, играй.

Она сделала вид, что не замечает готового расплакаться ребенка, взяла запыленную книгу и открыла её. Лео, всё это время крутившийся вокруг Си Юна, улегся у ног Се Хвы. Она лениво перелистывала страницы старого классического романа, когда услышала шорох. Скосив глаза, она увидела, что Си Юн сидит на корточках и катает машинку по трассе. Се Хва едва заметно улыбнулась и сделала вид, что читает.

Поиграв с машинками, Си Юн переключился на Лего, потом схватил двух роботов и начал устраивать битвы, озвучивая их. Было видно, что он привык играть один.

— Извините...

Се Хва оторвалась от книги. Си Юн, теребя штору, переминался с ноги на ногу.

— Да, что такое?

— Мне... пора идти.

Он с трудом выдавил эти слова, глядя в пол и не решаясь встретиться с ней взглядом. Посмотрев на время, она увидела, что уже почти четыре часа. Положив книгу на место, Се Хва встала с кресла. Лео, дремавший у её ног, почувствовал движение и открыл глаза.

— А как ты пойдешь? — спросила она Си Юна, когда они вышли из домика. Си Юн указал пальцем за домик. Видимо, там была еще одна тропинка.

— Пойдем.

Глаза мальчика округлились от удивления.

— Я тебя провожу.

Се Хва пошла первой.

Как и сказал Си Юн, за домиком начиналась тропинка. Судя по направлению, она вела мимо флигеля прямо к его дому. Это частный лес, так что посторонних здесь быть не могло, но тропинка была глухой. В отличие от прогулочных дорожек у главного дома, эта была менее ухоженной, и под ноги то и дело попадались ветки.

Идущая впереди Се Хва оглянулась и протянула руку. Си Юн, шедший позади и нервно грызущий ногти, удивленно переводил взгляд с её руки на её лицо. Немного помедлив, он всё же вложил свою руку в её. Крошечная ладошка целиком поместилась в её руке, которая и сама была небольшой.

Подстроившись под его шаг, она пошла медленнее. Лео то забегал вперед, то отставал, обнюхивая кусты и оставляя свои метки.

Минут через десять показался дом. Си Юн потянул её за руку.

— Дальше я сам. А то если тетя увидит, меня отругают...

— ...Хорошо. Иди осторожно.

Си Юн, всё еще не отпуская её руку, посмотрел на Се Хву снизу вверх.

— А вы не расскажете дяде и председателю? Это наш секрет?

— Что мы были на площадке?

— И это, и то, что мы шли вместе...

Дядя — это Юн Хак, а председатель — его дедушка. В памяти всплыло ледяное лицо председателя Квона, не питавшего к Си Юну ни капли любви.

— Хорошо.

Лицо ребенка просветлело. Отпустив её руку, он побежал к дому. Пробежав немного, он оглянулся: увидев, что Се Хва всё еще стоит на месте, он замер на секунду, а потом побежал дальше. Пока он бежал до дома, он еще несколько раз оборачивался, проверяя, там ли она.

Простояв до тех пор, пока Си Юн не скрылся из виду, Се Хва повернула обратно. Что же такое произошло в этой семье, раз они так пренебрегают ребенком? Ей было его жаль. Какая бы история за этим ни стояла, ребенок точно ни в чем не виноват.

Зазвонил телефон. Это был муж.

— Да, алло.

— Вы где?

В его низком голосе слышалось раздражение.

— Гуляла в лесу. Уже возвращаюсь.

— До вас было не дозвониться. Я же просил не ходить до самого озера.

Видимо, сеть снова пропала. Она уже хотела сказать, что была не на озере, а на детской площадке, но в ушах зазвучала просьба Си Юна не говорить дяде, и она проглотила слова.

— ...Просто зашла чуть дальше, чем обычно. Вы сегодня задержитесь? Да. Я поняла.

Мы просто случайно встретились и немного посидели на детской площадке. Такой маленький секрет она вполне могла сохранить.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver