Онлайн чтение книги Чхонсончжэ Cheongseonjae
1 - 24

— Я купила подарки для младших сестер. Ах да, и для двоюродной сестры тоже. Она сейчас живет у нас. Вы не против?

В тот день, когда она впервые приехала в Чхонсончжэ знакомиться, юная девушка, похожая на школьницу, сидела рядом с Мён Гён Хвой в гостиной и всем своим видом показывала, что хочет заговорить с ним.

— Дон Хва?

— Да, Дон Хва. Дочь папиной сестры.

— У вас в именах общий слог.

Се Хва тихо рассмеялась и объяснила:

— У нас в семье у девочек общий слог «Хва», а у мальчиков — «Хо». Дедушка сказал, что раз она дочь от выданной замуж сестры, то использовать семейный слог нельзя. Тетя возмутилась, почему к дочерям такое пренебрежение, и назвала её Дон Хвой.

Услышав эту историю, раскрывающую бунтарский дух тёти, Юн Хак тоже улыбнулся, вспомнив ту женщину в ханбоке, которая громко и радушно его приветствовала.

— Ах да, мы вечером ели в ресторане отеля, там очень вкусно. Завтра хочу спуститься туда на завтрак. Составите мне компанию?

То ли из-за того, что она привыкла постоянно быть в окружении людей — сотрудников в компании, гостей в ресторане, семьи дома, — а сейчас осталась одна, но Се Хва, обычно не склонная к болтливости, ловила себя на том, что говорит без умолку.

— С удовольствием. А что вы ели на обед?

От его положительного ответа на душе стало радостно. Значит, завтра ему не нужно рано уходить? Тогда завтра мне придется обедать одной... А, он же спросил про обед.

— Я ела бранч в универмаге. Секретарь... то есть ваш сотрудник сказал, что там вкусно, но мне показалось так себе. Вид оттуда, конечно, красивый...

— Вы ели вместе?

Слушавший её Юн Хак прищурился. Не заметив этого, Се Хва утвердительно кивнула.

— Мы ведь всё время ходили вместе, мне было как-то неудобно есть одной.

Всё время вместе? И по магазинам тоже ходили вместе? Он лишь приказал быть её водителем. Отвезти туда, куда она скажет, и благополучно доставить обратно в отель. С докладом о перемещениях. Около половины четвертого пришло сообщение, что он доставил её в отель, и список мест, где они были. Только два универмага, и ни слова о совместном обеде.

Еще утром, когда он велел отправить Мён Се Хве водителя-женщину, Ли Ён Джон закатила истерику, заявив, что её тошнит от одного вида охранниц, и Пэк Са Ын вызвался поехать сам. Уже тогда Юн Хак почувствовал легкое раздражение.

«Я с ней, Пэк Са Ын. Записи с камер, где они вдвоем пьют, я достал, но их дальнейшие перемещения пока отследить не удалось. От момента вызова трезвого водителя до приезда есть окно в три часа. Кажется, они расплачивались наличными, так что сейчас я прочесываю все ближайшие мотели».

Так докладывал Мин Джон Ги, собиравший доказательства измен Чо Ха Ны, отправляя ему видео с камер наблюдения из бара.

При разводе Юн Хак не стал поднимать вопрос о её связи с Пэк Са Ыном. У него и без того хватало доказательств. Он не уволил обманувшего его Пэк Са Ына только из-за Ли Ён Джон: найти человека, готового 24 часа в сутки терпеть её выходки, было непросто. К тому же у Са Ына были связи среди бывших сослуживцев, открывших частные детективные агентства, что было удобно в экстренных ситуациях. Да и в целом, он никогда не чувствовал себя мужем Чо Ха Ны, поэтому ему было глубоко плевать, с кем и как она развлекается.

Он посмотрел на Мён Се Хву, взгляд которой был абсолютно ясным. В ней не чувствовалось ни капли скрытности или фальши. Людный универмаг. Бранч. Она даже имени Пэк Са Ына не запомнила. Юн Хак допил остатки пива одним глотком.

— Лучше не обедать вместе с персоналом.

Словно провинившаяся школьница, Се Хва опустила ноги с дивана, выпрямила спину и, обхватив банку обеими руками, потупила взгляд.

— Да, поняла. Мне и самой было как-то не по себе, это моя оплошность.

Эта женщина с каждой минутой вызывала всё больше доверия. Намеренно она это делает или нет — неизвестно.

— Впредь такого не повторится.

Естественно, не повторится. Он позаботится о том, чтобы она больше никогда не пересекалась с Пэк Са Ыном.

— Пора закругляться и ложиться спать. Вам, Се Хва-сси, уже давно пора.

Юн Хак забрал у неё банку из-под пива. Оказалось, что она уже пуста, — когда только успела всё выпить?

— Идите умываться первой.

Услышав его слова, Се Хва неловко улыбнулась и встала.

Ложиться спать? В смысле... просто спать? Или...

С замиранием сердца она почистила зубы и вышла. Затем в ванную пошел он. Вскоре Юн Хак вернулся в спальню, задернул шторы и присел на край кровати. Матрас под ним прогнулся, и кровать слегка качнулась. Ненадолго задержав взгляд на телефоне, он выключил весь свет с помощью панели на стене и лег.

Се Хва затаила дыхание и ждала. Матрас больше не шевелился. Никаких рук, тянущихся к ней в темноте. Никаких попыток приблизиться.

Значит, он правда имел в виду просто спать.

Она лишь слегка повернула голову и посмотрела в его сторону. В темноте угадывался силуэт мужчины, лежащего строго на спине.

— ...Юн Хак-сси.

— Да.

Его голос не был сонным — он прозвучал низко и отчетливо. Низ живота слегка свело.

Мы не будем спать вместе?

— ...У вас завтра тоже есть планы?

— Мне нужно ненадолго встретиться с адвокатом. Вы ведь тоже говорили, что уходите?

— Да, из-за налога на дарение.

— Я забронирую столик на ужин.

Хочу прикоснуться. Хочу, чтобы ты прикоснулся. Она призналась себе в этом желании, которое накатывало каждый раз, когда она смотрела на него.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Но она не могла сделать первый шаг. Разве не мужчина должен проявлять инициативу? До сих пор мужчины всегда сами тянулись к ней, начинали первыми. Парни, с которыми она встречалась раньше, только и думали о том, как бы к ней прикоснуться, как бы затащить в постель, так почему Квон Юн Хак ничего не делает? Я ему не нравлюсь? Потому что наш брак по расчету? Но всё равно... Неужели я настолько не привлекаю его как женщина? Надо было хоть бюстгальтер снять.

Она отвернулась от него и легла на бок, крепко сжав одеяло. В спальню не проникало ни звука с улицы — стояла абсолютная тишина. Если затаить дыхание, можно было услышать его тихое, размеренное дыхание. Чужое тепло ощущалось спиной. Она попыталась уснуть.

***

На следующее утро они проснулись примерно в одно время. Они договорились позавтракать вместе, но Се Хва, взявшая с собой только одежду на выход, поняла, что у неё нет ничего удобного, и стояла в нерешительности, думая, не надеть ли ей платье. Заметив её заминку, он спросил, в чем дело.

— У меня нет удобной одежды. Забыла положить.

— Возьмите мою.

Он протянул ей футболку и шорты из своего спортивного комплекта. Для Се Хвы они были огромными — даже затянув шнурок на поясе до предела, шорты всё равно болтались. Он не стал переодеваться и просто натянул кепку. Се Хва, забывшая удобные вещи, но почему-то не забывшая кепку, тоже надела её. Он достал тапочки. Вещей у него было немного, но всё самое необходимое имелось. Се Хва же распаковала шлепанцы, купленные вчера в универмаге. Она купила их, потому что натерла ноги в балетках; если бы не купила, пришлось бы туго.

В дверях лифта отразились их фигуры: они стояли рядом в удобной одежде и надвинутых на глаза кепках, выглядя как настоящая семейная пара. Се Хва захотелось сфотографировать их отражение на память, но она так и не решилась достать телефон.

Она удивилась, увидев, сколько людей было на завтраке в формате шведского стола, но потом вспомнила, что сегодня пятница. Без работы чувство времени совсем притупилось.

Несмотря на то что кепка скрывала половину его лица, его рост и фигура выделялись из толпы настолько, что люди то и дело бросали на него любопытные взгляды, гадая, не знаменитость ли это. Он же не обращал на них никакого внимания и занимался своими делами. Не тратя время на то, чтобы осмотреть все блюда, он уверенно накладывал еду, словно заранее знал, что будет есть. Понаблюдав за мужем, Се Хва тоже переключила внимание на пестрое изобилие еды.

Когда Се Хва вернулась за столик с полной тарелкой, он уже сидел и смотрел в окно. Се Хва оглянулась на шум позади них. В ресторане появилась известная актриса, и все взгляды были прикованы к ней. Се Хва снова посмотрела на Квон Юн Хака. Увидев, что она подошла, он приподнял брови: «Пришли?». К актрисе он не проявил ни малейшего интереса.

Ей всегда было неприятно, если парень на свидании смотрел на других женщин, по какой бы причине он это ни делал. Но такое с ней было впервые. Чтобы мужчина даже не повернул головы, когда рядом известная красавица-актриса.

По сравнению с горой еды на тарелке Се Хвы, его тарелка казалась почти пустой. Немного салата и пара тостов — вот и весь его завтрак. Видимо, дожидаясь её, он взял вилку и съел кусочек салата только после того, как Се Хва села.

Она начала с жареного риса.

— Вы предпочитаете на завтрак хлеб, а не рис?

— Здесь неплохая выпечка.

Значит, в следующий раз нужно будет набрать выпечки.

— Хотя до «Мён Хва Кофе» им, конечно, далеко.

От его добавления Се Хва тихо рассмеялась.

— Вы часто здесь бываете?

— Когда приезжаю в Сеул, обычно останавливаюсь в этом отеле.

— Вы часто бываете в Сеуле?

— Не особо. В основном мотаюсь по делам из Чхонсончжэ и обратно.

Это хорошо, не люблю, когда муж часто ночует вне дома. Он терпеливо ждал, пока Се Хва доест всё до последней крошки. За второй порцией он принес себе лишь немного фруктов, а Се Хва набрала целую гору выпечки и прихватила кофе.

— Вы как-то мало едите.

— ...Впервые такое слышу.

— Правда? По-моему, очень мало.

И как при таком скудном питании он поддерживает такую гору мышц?

— Вы на диете?

— Я не ограничиваю себя в еде. Скорее, больше тренируюсь. Просто не люблю наедаться до отвала.

В этом они были похожи.

— Я тоже. Когда переедаешь, потом тяжело двигаться.

Он бросил взгляд на её полную тарелку, затем перевел глаза на Се Хву и посмотрел на неё с откровенным нед оумением. Ах. Се Хва поняла, что означал этот взгляд. Из-за её миниатюрного телосложения люди часто думали, что она ест как птичка. И всегда удивлялись, увидев, что она ест ничуть не меньше обычного человека: «Ого, а ты неплохо ешь для своих размеров».

После легкого завтрака он сказал, что пойдет тренироваться в фитнес-центр отеля, а Се Хва вместо тренировки решила походить по номеру, чтобы утрясти еду.

Прождав его какое-то время, она решила пойти в душ первой. Как только она вышла, в номер вернулся он после тренировки. Его волосы были влажными.

— Вы уже приняли душ?

Он кивнул:

— Там была сауна.

Так вот почему он так долго. Он пошел в ванную досушить волосы. Се Хва достала одежду и зашла в спальню. Сбросив халат, она обернула бюстгальтер под грудью и застегнула крючки.

— Се Хва-сси, насчет сегодняшней встречи...

Открыв раздвижную дверь, он шагнул в спальню и замер как вкопанный. Се Хва тоже застыла. Их взгляды встретились, его глаза скользнули чуть ниже, после чего он резко развернулся и вышел.

Осознание настигло её с секундным запозданием, и кожа Се Хвы вспыхнула ярко-розовым румянцем. Просунув руки в лямки бюстгальтера, она поспешно прикрыла обнаженную грудь. Она до боли прикусила губу, когда раздвижная дверь закрылась. Зажмурившись, она спрятала пылающее лицо в ладонях.

Кое-как одевшись и дождавшись, пока бешено колотящееся сердце и пылающее жаром тело успокоятся, она осторожно приоткрыла дверь. Окинув взглядом пустую гостиную, она не увидела его. Заметив, что дверь в ванную закрыта, она тихо опустилась на диван.

Прошло немало времени — она даже успела проверить часы, — прежде чем он вышел из ванной.

Тонкий темно-синий джемпер подчеркивал рельеф его мощного торса. Вспомнив бугры его мышц, она почувствовала, как остывший было жар снова приливает к лицу. Украдкой глядя на его спину, пока он заправлял ремень в бежевые брюки, она невольно задержала взгляд на его узких ягодицах. Почувствовав, что он поворачивается, Се Хва поспешно отвернулась к окну.