Онлайн чтение книги Граф и горничная The Count and the Maid
1 - 3

Работа, порученная Шаде, была очень проста. Она была личной горничной графа. В ее обязанности входило прислуживать ему, готовить еду, заваривать чай и убирать. Это было гораздо проще, чем работать во Дворце принцессы.

Шада наслаждалась тем фактом, что могла мирно проводить свои перерывы, не подвергаясь издевательствам; это было потрясающе. Жалованье тоже было хорошее. Если говорить о том, что беспокоило Шаду… 

Новый хозяин был гораздо спокойнее и добрее прежнего. Не могу сказать, что меня что-то не устраивает в отношении ко мне или в удобствах, но не могу рационально объяснить, почему я испытываю сильное беспокойство. По какой-то причине я не могу избавиться от подозрений и неприятного чувства досады.

Она вытерла подоконник и коснулась воротничка на шее. Поскольку у графа Кирчнера был аккуратный и опрятный характер, у него был безупречный особняк. Удивительно, но у него даже была привычка самостоятельно заправлять постель после пробуждения, и поэтому Шаде оставалось не так много работы по дому.

Шада прикоснулась к своим нежным щекам, пока полировала предмет, который в этом почти не нуждался. Именно на этой щеке принцесса излила свой гнев. На следующий день она так распухла, что на нее было больно смотреть.

Я попыталась снять припухлость холодной водой, но это не помогло. В конце концов, я кое-как, со своими ужасными навыками, нанесла поверх припухлости слой макияжа и направилась на работу, случайно столкнувшись с Графом по пути. Увидев его в костюме для верховой езды, я вспомнила слова дворецкого, который сказал мне, что граф ежедневно катается на лошадях.

Я быстро отступила в сторону и опустила голову. И тут же мое лицо было поднято вверх. Шада напряглась, а граф, державший ее подбородок, своими длинными пальцами, нахмурился. Кажется, синяк на моей щеке не удалось скрыть макияжем.

— Что случилось? Почему ты так выглядишь?

— Ну...

"Меня избила ваша невеста, без какой-либо на то причины. И я чуть не умерла". 

Шада отвела взгляд и плотно поджала губы. Сложно было говорить подобную правду, а лгать было неловко и неправильно. К счастью, он не стал расспрашивать дальше; возможно, он вспомнил то, что случилось вчера. Вместо этого он задал другой вопрос:

— Ты нанесла мазь?

Лекарства от ран и ушибов стоили дорого. Простолюдины, располагающие финансами, частенько пользовались мазями, но Шада была настолько бедной, что ей приходилось неустанно работать с юных лет, чтобы попасть в Королевский Дворец. Конечно, она не могла позволить себе купить лекарства.

В Королевском Дворце множество людей, страдающих из-за принцессы, считали необходимым хранить лекарства в своих комнатах. Однако, Шада, новая горничная, только что прибывшая на пост, не знала, как залечить раны, полученные в этом особняке, да и не могла себе этого позволить.

Граф, глядя на ее растерянное выражение лица, нежно провел указательным пальцем по ее опухшим щекам. Легкое, словно перышко, прикосновение, но Шада нахмурилась. Не то чтобы это было больно, но это вызывало беспокойство.

Говоря откровенно, мое сердце учащенно билось при виде его красивого лица, которое находилось слишком близко. Он усмехнулся, когда она нахмурилась. Но не опустил руку.

— Ты неважно себя чувствуешь?

— Немного. 

Его руки были грубыми и большими; это было естественно, потому что он был рыцарем, и вместе с тем неожиданно, потому что его окружала аура утонченного и элегантного джентльмена.

Оголённые ладони без перчаток отчетливо ощущались на теплой коже. Его пальцы скользнули вниз и коснулись моего подбородка, а затем мочки уха. Прежде чем он убрал руку, я в изумлении отступила на шаг. Но это не помогло. Напротив, он схватил меня за запястье и потащил за собой.

— Угх!

— Идем, тебя надо вылечить. Это выглядит ужасно.

Он говорил спокойным и добрым тоном, но был непреклонен. Шада не могла ни возразить, ни воспротивиться его действиям, поэтому молча переступила порог графского дома, пока он вел ее за собой. Граф повернулся к ней, и в тот же миг двери за ее спиной закрылись.

Ее сильно впечатлила комната, полная антиквариата, с приглушенным светом. В воздухе витал запах сухого можжевельника. Большая часть лица мужчины была закрыта тенью от лампы, пока он хладнокровно рассматривал её рану.

"Всё в порядке, не случилось ничего особенного, и, хотя место спокойное, я, почему-то, странно нервничаю".