Онлайн чтение книги Игра через чёрный ход Backdoor Play
1 - 32

До Гон пристально посмотрел в её дрожащие глаза и уверенно шагнул к ней. Она снова покраснела, и это было так мило, что ему захотелось подразнить её от души.

— Не поймите превратно. Я совсем не это имел в виду.

Ее лицо стало серьезным, а на лбу залегла морщинка. Она отвела взгляд и попыталась сделать вид, что ничего не произошло, но её мочки ушей уже пылали.

В его одежде, в его доме, осторожно наблюдая за его реакцией. То, как она надменно отвернулась, выглядело просто очаровательно.

— О каком еще «превратно» Вы говорите?

До Гон наклонился и, склонив голову набок, заглянул ей в лицо. Она тут же слегка отшатнулась и свирепо зыркнула на него.

— Я ведь даже не предлагал ничего делать, так почему же Хван Соль Ип-сси вдруг стала такой серьезной?

— Вы прекрасно поняли, что я имела в виду.

— Да. Понял. Вы спросили, чем мы вдвоем можем заняться в этом доме.

С лица До Гона не сходила лучезарная улыбка. В ответ она в отчаянии поникла плечами.

— Хорошо. Делайте то, что хочется Вон До Гон-сси.

— Думаете, этого хочется только мне?

Голос До Гона стал низким и хриплым. Когда он увидел, как она вздрогнула, его сердце забилось так, словно готово было вырваться из груди.

Раз уж Вы этого ждете, и я этого жду.

Он мягко приподнял её подбородок правой рукой. Ее взгляд метнулся вверх быстрее, чем поднялась голова. Как только их глаза встретились, он приблизился, и она медленно опустила веки. До Гон с громким чмоком поцеловал её в лоб и резко отстранился.

А затем тихо прошептал на ухо растерянной девушке, которая тут же распахнула глаза:

— Если не почистить зубы в течение трех минут после еды, появится кариес.

Она посмотрела на До Гона таким взглядом, словно хотела его ударить. Он был готов даже стерпеть удар, но она лишь вскочила с места и направилась в ванную.

Похоже, Вы очень сильно хотите меня поцеловать.

До Гон еле сдержался, чтобы не бросить эти слова ей в спину. Будет неловко, если она расплачется оттого, что он зашел слишком далеко со своими подколами. От одной мысли о том, что эти огромные глаза наполнятся слезами, ему перехватило дыхание. Конечно, вряд ли она так просто проронит хоть слезинку.

Казалось, она не умела выражать никаких эмоций, кроме вспыльчивости, холодности и гнева. Человек, перед которым такая девушка покажет слезы... должно быть, это тот, с кем она готова разделить глубокую привязанность. Возможно, именно поэтому в нем зародилось несколько извращенное желание увидеть, как Хван Соль Ип плачет, не скрывая своих чувств.

Если бы она прислонилась ко мне, сказав, что жизнь была невыносимо тяжелой, или если бы спросила, не было ли тяжело мне...

До Гон уже повернулся, чтобы пойти в спальню, как вдруг дверь ванной с грохотом распахнулась, и он почувствовал, как она поспешно приближается.

— Мне нужно срочно уйти!

Она взволнованно откинула волосы назад; её зрачки лихорадочно дрожали.

— Я сама выберусь, не переживайте. Смогу оторваться от репортеров.

Теперь явная дрожь слышалась и в её голосе.

— Куда Вы собрались?

— В больницу Ильвон.

Она отстранила До Гона и, направившись в спальню, спросила:

— Куда Вы положили мою одежду?

До Гон не был лесорубом, спрятавшим одежду феи, но ему вдруг захотелось притвориться, что он не знает, где её вещи. Причина, по которой она так рвалась в больницу Ильвон, несомненно, крылась в Нам Му Соне.

— Что случилось?

— Я спрашиваю, где моя одежда!

Она резко повысила голос. Чтобы успокоить её, взвинченную до предела, До Гон обхватил её мелко дрожащие плечи обеими руками и развернул Соль Ип к себе.

— Хван Соль Ип.

Её огромные глаза покраснели.

— Скажите мне. Что стряслось?

Её плечи дрогнули, словно она проглатывала слезы, и она пробормотала:

— Говорят, Му Сон-оппа исчез.

Грудь До Гона окаменела так же, как и её побледневшее лицо.

До Гон достал из сушилки её одежду, благоухающую кондиционером для белья, и протянул ей. Ей было абсолютно плевать, стоит ли кто-то рядом — она начала переодеваться так стремительно и без стеснения, что До Гону самому стало неловко, и он поспешил отвернуться.

Слушая шорох ткани, скользящей по её гладкой коже, До Гон набрал номер секретаря Хо.

— Секретарь Хо, нужно сейчас же ехать в больницу Ильвон. Нет, не мне.

Он уже собирался сказать, что поедет она, как вдруг:

— Не нужно. Я сама доберусь.

Вмешалась она, давая понять, что провожать её не требуется.

— Поднимайтесь к входной двери, — сказал До Гон в трубку.

Однако он не собирался прислушиваться к её словам. Как только он сбросил вызов, она выросла прямо перед ним.

— Я же сказала, что доберусь сама! Уж от репортеров я смогу оторваться.

Тогда почему же Вы до сих пор сидели здесь и не уходили?

Эти слова, которые так и подмывало высказать, вертелись на кончике языка. То ли она сама осознала это противоречие, то ли по другой причине, но она быстро опустила взгляд. Сердце До Гона заколотилось как сумасшедшее.

— Если Нам Му Сон-сси исчез, значит, Хван Соль Ип-сси тоже может грозить опасность.

До Гон произнес это жестким тоном, призывая её смотреть правде в глаза.

— Вот именно.

Она крепко зажмурилась, затем снова открыла глаза и посмотрела на До Гона.

— Поэтому я и говорю, что поеду одна. Вы что, не понимаете? Из-за меня Вон До Гон-сси тоже может оказаться в опасности!

В её глазах скопился жар, словно призванный растопить холодный голос До Гона.

Из-за того ли, что она беспокоилась о Нам Му Соне, или из-за беспокойства о До Гоне...

Ему очень хотелось верить, что это второе, но осознание того, что это, скорее всего, не так, оставило горечь во рту.

— Вы поедете вместе с секретарем Хо.

— Я же сказала, не нужно!

— Неужели нельзя просто меня послушать?

В конце концов До Гон тоже сорвался на крик. В этот момент раздался звонок в дверь. Похоже, секретарь Хо уже поднялся.

***

Вслед за секретарем Хо Соль Ип покинула квартиру и села в черный седан. Несмотря на её слова о том, что она доберется сама, До Гон упрямо настоял на том, чтобы приставить к ней секретаря. Он был настолько непреклонен, всем своим видом показывая, что она ни на шаг не выйдет из квартиры, если не поедет с ним, что ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Секретарь Хо, сидевший за рулем, и сегодня был в темных очках. Его глаза скрывали абсолютно черные линзы, но Соль Ип отчетливо чувствовала, как он то и дело бросает на неё взгляды через зеркало заднего вида. Несмотря на всю сумбурность ситуации, она понимала, что должна сохранять ясность ума, и оттого её бдительность была на пределе.

— Если хотите что-то сказать — говорите.

Соль Ип произнесла это так, будто поведение секретаря Хо нисколько её не пугало. В ответ тот качнул головой, немного помедлил и сухо ответил:

— Говорю это только потому, что Вы годитесь мне в младшие сестры. Выслушайте и не поймите превратно.

Это прозвучало как объявление войны — предупреждение о том, что он собирается сказать нечто такое, что она наверняка поймет «превратно». Вполне естественно, что внутри у неё вспыхнула жгучая враждебность.

— Чрезмерное любопытство подобно яду.

Соль Ип едва не рассмеялась в голос.

Какое еще любопытство?

Секретарь Хо не мог не знать, что Вон До Гон поручил ей задание. Поэтому его слова о том, что нужно усмирить любопытство, звучали весьма странно. На мгновение она запуталась: он призывает её забыть о любопытстве к самому Вон До Гону или требует бросить текущее дело?

Разве он не верный пес Вон До Гона? Или кто-то приказал ему шпионить, и он поэтому трется рядом с ним?

Её нервы натянулись как струна.

— Боитесь, что Вон До Гон-сси доверяет мне больше, чем секретарю Хо?

Стерпеть, когда об нее вытирают ноги, было не в характере Соль Ип. Секретарь Хо снова помедлил, словно тщательно подбирая слова, прежде чем заговорить:

— Не имеет значения, насколько сильно он мне доверяет. Потому что я сам принял решение следовать за ним.

Неожиданная реакция. Секретарь Хо оказался не настолько глуп, чтобы вспылить и повестись на провокационный вопрос.

— Так значит, у Вас есть младшая сестра?

Вместо того чтобы выдать свои истинные мысли, Соль Ип перевела стрелки на секретаря Хо.

— Да.

На этот раз он ответил без колебаний. Однако в его словах крылось нечто большее, чем просто нравоучения из-за того, что она напомнила ему сестру.

— Я высажу Вас в переулке за больницей Ильвон. Войдете в дом с синими воротами, откроете входную дверь и спуститесь в подвал — там есть проход, ведущий прямо в больницу.

Она вспомнила, как в день, когда Му Сон попал в аварию, видела секретаря Хо в прачечной на цокольном этаже больницы Ильвон.

— Вы так хорошо осведомлены о внутренних ходах больницы.

Секретарь Хо, не выказав ни малейшего замешательства, повернул руль и ответил:

— Моя сестра находится в больнице.

— Наверное, она медработник.

Она произнесла это, заранее зная, что это не так. Если бы его сестра была медиком, он не стал бы тайно вымогать данные у охранника больницы.

— Она попыталась дотянуться до того, что ей не пара, и в итоге поплатилась — сейчас лежит в больнице.

Машина свернула в переулок позади больницы Ильвон.

— Мне очень жаль Вашу сестру.

Хотя это и не касалось Соль Ип, она не забыла выразить соболезнования.

— Поэтому и Вы...

Продолжение фразы секретаря Хо оказалось настолько нелепым, что на губах Соль Ип заиграла усмешка.

— Я что, тоже пытаюсь заполучить того, кто мне не пара?

Её переспрашивающий голос прозвучал сухо.

— Разве нет?

Припарковав машину в переулке, секретарь Хо обернулся. Атмосфера в салоне накалилась до предела.