То, что у них не было повода для долгих разговоров, означало, что за эти несколько дней ей даже не выпадало возможности нормально посмотреть ему в лицо. Возможно, поэтому ею двигало желание задержать его еще немного, посмотреть на него хоть чуточку дольше, и она окликнула его, несмотря на то что он выглядел уставшим.

Но когда он остановился, она поняла, что ей нечего ему сказать. Отчет по работе она уже сдала, а спрашивать о личных делах казалось неуместным — между ними словно образовалась пропасть.

А ведь в тот день у озера мне казалось, что мы стали довольно близки.

В груди болезненно защемило. Если они и дальше будут сохранять такую дистанцию, то, закончив работу, каждый вернется к своей жизни, и всё закончится так, будто ничего и не было. Но чувство сожаления заставляло Соль Ип колебаться.

Что бы ему сказать?

Он смотрел на Соль Ип, слегка прищурившись. Из-за его взгляда, казалось, утратившего прежнюю теплоту, одна секунда тянулась как целый день, и в то же время из-за желания побыть с ним подольше время, казалось, летело с невероятной скоростью.

— Что Вы хотели сказать?

Спросил он, слегка приподняв подбородок. От напряжения кончики пальцев онемели, а к шее прилил жар. С трудом сглотнув, Соль Ип наконец выдавила из себя слова.

— Я слышала, завтра Вы не заняты.

Во время ужина менеджер Хон вкратце рассказала ей о его расписании. Когда-то Соль Ип взломала аккаунт менеджера Хон, чтобы узнать его график, но после того, как та сбросила все пароли, Соль Ип больше не лезла в её дела.

— Как же так, Вы каждый день едите в одиночестве. Наверное, завтра молодой господин тоже будет свободен. Поужинали бы вместе...

Сказав это, менеджер Хон посмотрела на реакцию Соль Ип и замолчала. Менеджер Хон, видимо, была уверена, что он привел Соль Ип в дом из-за чувств к ней, и теперь с недоумением наблюдала за Соль Ип, которая целыми днями в одиночестве сидела за ноутбуком.

— Как же Вы можете быть такой вялой? Кушайте побольше! Вы же так скоро в обморок упадете.

Поскольку она всё время сидела дома, ей не хватало физической активности. Из-за этого ухудшилось пищеварение и пропал аппетит, что очень расстраивало менеджера Хон. Видимо, она считала, что всё дело в равнодушии До Гона.

«У меня просто характер такой. Я выгляжу депрессивной? На самом деле я просто сосредоточена на работе», — Соль Ип хотелось сказать это вслух, но не было нужды оправдываться. Да и сама она сомневалась, правда ли это. В любую свободную минуту она проверяла записи с камер у супермаркета «Ом Ги» и настроила уведомления на случай, если в кадре появится машина с нужными характеристиками.

У меня никогда не было депрессии из-за того, что дела не идут... Кого же я на самом деле жду?

Она была уверена, что ждет женщину на салатовом «Ревуэльто», которая должна появиться у супермаркета «Ом Ги». Но в тот момент, когда она увидела лицо Вон До Гона, она всё поняла.

Поняла, что весь день ждала именно его.

— Да, утром у меня только одно интервью. А что?

Спросил он, медленно моргнув.

— Мне показалось, что прошло слишком много времени с тех пор, как мы укрепляли нашу дружбу.

На губах До Гона заиграла легкая улыбка. Раздражение, накопившееся после долгого визита в родительский дом, вмиг улетучилось. Она смотрела на него с волнением и страхом, словно признаваясь, что ждала времени, проведенного с ним. Тревожась, что он может сослаться на занятость и отклонить предложение, она слегка прикусила нижнюю губу.

До Гон едва подавил в себе порыв броситься к ней и впиться в её губы. Чтобы успокоить сбившееся дыхание, он откинул голову и посмотрел на потолок. Свет торшера рисовал на гладком потолке мерцающие волны. Эти волны мягко расходились в стороны, но не могли дотянуться до того места, где стояла она.

— Нет, забудьте.

Она поспешно добавила эти слова еще до того, как До Гон успел ответить. Видимо, она решила, что его пауза означает поиск подходящего предлога для отказа.

— Извините, что отвлекаю занятого человека. Не обращайте внимания.

Её сухой тон очень задел До Гона.

Он изо всех сил сдерживал желание обнять её, поцеловать, зайти в её спальню посреди ночи десяток раз, просто чтобы убедиться, что она там.

Он был тем, кто нанял её за деньги. Если бы он поддался импульсу и переспал с ней до того, как смог бы донести свои истинные чувства, она могла бы всё неправильно понять. Хван Соль Ип была слишком умна и привыкла всё тщательно обдумывать, включая собственное поведение. Поэтому ему приходилось быть осторожным.

Сначала нужно было добиться результатов. Решение порученного До Гоном дела было важно не только для него самого. Ей нужны были доказательства того, что они вместе не из-за огромных денег и не потому, что вынуждены сотрудничать, а потому, что их связывают чувства.

Конечно, До Гону тоже нужна была уверенность в её расчетливом сердце.

Действительно ли она хочет его, или же это просто временная связь по необходимости?

— Давай поужинаем завтра вместе.

Оторвав взгляд от потолка, он посмотрел на нее. На её побледневшее лицо вмиг вернулись краски. Её блестящие глаза были полны ожидания, и До Гон, улыбнувшись, отвернулся.

Пусть твои ожидания совпадут с моими желаниями.

Это было единственное, о чем молил До Гон.

***

Как бы ни были скучны интервью, До Гон всегда выкладывался на полную. Популярность в массах была обоюдоострым мечом, но для До Гона она служила отличным оружием. Пока Корея сходила по нему с ума, а весь мир следил за его успехами, «Ильвон Групп» не могла просто так избавиться от него.

— Недавно вы привлекли много внимания, появившись на товарищеском матче вместе с председателем Вон Ик Хёном.

Журналиста из модного журнала, похоже, больше интересовала не карьера До Гона, а его происхождение — принадлежность к так называемой современной королевской семье.

— Да, отец приходил.

— Похоже, даже председатель Вон, который держит в руках весь деловой мир, тает перед младшим сыном. Какие у вас отношения с отцом в обычной жизни?

До Гон натянул на лицо дежурную, предназначенную для прессы, широкую улыбку.

Отношения отца и сына, значит... Сказать, что отец страдает из-за того, что пятно на его репутации пользуется такой любовью публики?

Конечно, семья владельцев «Ильвон Групп» не доходила до того, чтобы, подобно европейским монархам прошлого, заключать браки между родственниками ради сохранения чистоты крови, и они не были теми, кто полностью изолировал До Гона. Они позволили ему наслаждаться богатством выше определенного уровня, и это они называли «признанием его членом семьи».

Да, проблема крылась именно в этом. Не естественная семья, а «признание членом семьи». В этих словах читалось негласное предупреждение: при малейшей оплошности они могут от него избавиться. И если бы его просто выгнали из семьи, это было бы еще полбеды. Наверняка он бы бесследно исчез, как и его родная мать.

— Ничем не отличаются от отношений других отцов и сыновей. В детстве я просто слушал его истории вполуха, как и все сыновья. Но сейчас я стараюсь прислушиваться к словам отца.

До Гон защищал себя от них с помощью собственных навыков и репутации, которые создал сам. Поэтому он всегда старательно работал над своим публичным имиджем. Чтобы показывать именно то, что хочет видеть публика.

— И что же он обычно вам говорит?

Вам интересно узнать об уникальных методах воспитания в семьях чеболей? Они наверняка думают, что в таких семьях существуют какие-то особые традиции.

Тогда, может, стоит восхвалить их безграничное великодушие за то, что они приняли внебрачного ребенка?

— Он часто говорит о том, с каким отношением нужно подходить к жизни. Каждый день он вставал в пять утра и до недавнего времени работал по четырнадцать часов в сутки. Мой отец — человек с сильным чувством ответственности. Даже если он уже лег спать, стоило возникнуть проблеме в компании, он тут же отправлялся на совещание. Он на собственном примере показал мне, что такое трудолюбие и искренность. Когда я чувствую, что начинаю лениться или даю слабину, я вспоминаю отца. И тогда мое тело само начинает двигаться.

В те моменты, когда он был так измотан, что хотел всё бросить, До Гон действительно вспоминал председателя Вон Ик Хёна. Ведь тот был человеком, который больше всех желал его исчезновения. Для председателя Вона, который во всем стремился к совершенству, внебрачный сын До Гон был ошибкой, способной разрушить его брак, и вечным слабым местом.

Поэтому До Гон выстоял, думая о председателе Воне. Не будет преувеличением сказать, что он из кожи вон лез, чтобы доказать, насколько он живой и успешный.

— Знаете ли вы, что многие говорят, будто в последнее время выражение лица спортсмена Вон До Гона стало намного спокойнее? Говорят, что Ледяной Принц превратился в Солнечного Принца.

У До Гона везде были преданные фанаты, которые следовали за ним по пятам. Он знал, что недавно они выложили в социальные сети его фотографии с мероприятий и что пошли слухи, будто он стал чаще улыбаться.

— Видимо, это потому, что я давно не был в Корее.

До этого момента До Гона ничего особо не связывало с Кореей.

— Превратить лед в солнечный свет — задача не из легких. Когда в вашей жизни произошел этот переломный момент?

До Гон стер улыбку с лица, на мгновение задумался, а затем ответил:

— Сейчас.

В тот самый момент, когда Хван Соль Ип ждет Вон До Гона в его доме.