На висках вздулись вены. Пульсирующая кровь так била в голову, что казалось, череп вот-вот расколется. Гнев зашкаливал, но До Гон изо всех сил старался сохранить рассудок.

Он не должен был совершать жестокость, набрасываясь на девушку, которая выглядела такой разбитой после потери Нам Му Сона, бывшего ей словно родной брат.

— Это я на работе получила, — она смотрела на До Гона печальными глазами, но концы её фраз едва заметно дрожали.

— Вот как... — выразил сомнение До Гон. — Разве я поручал Вам такую работу?

Она покачала головой и ответила:

— Это от другого клиента.

— От другого... клиента?

Лицо До Гона исказилось, и он невольно усмехнулся. Девушка, которая еще за ужином была ласкова, как кошечка, сейчас врала, не моргнув глазом.

— Меня Вам было недостаточно?

Её взгляд, казалось, спрашивал, что он имеет в виду, и был настолько невинным, что До Гону стало обидно — выходило, будто он один здесь плохой парень.

— Я спросил, недостаточно ли денег я Вам заплатил?

Она нахмурилась и опустила взгляд. А ведь еще недавно, в том заброшенном здании, До Гон проявил поистине сверхчеловеческое терпение, дав ей возможность договорить с Нам Му Соном и дожидаясь, пока она сама подойдет к нему.

Но сейчас он не мог вынести даже того, что её взгляд ускользает от него.

До Гон легонько щелкнул пальцами перед её лицом и прошептал:

— Сосредоточьтесь.

Ему нравилось, когда её взгляд снова возвращался к нему. Её блестящие темные глаза, дыхание, вырывающееся сквозь слегка приоткрытые губы — всё в ней сводило его с ума от любви.

Какое изменчивое сердце: радоваться только тому, что женщина, бросившая меня и сбежавшая, сейчас находится прямо передо мной.

— Я же спросил. Недостаточно ли денег я Вам заплатил?

— Вмешиваться в дела с другими клиентами... это превышение полномочий.

То, как она дерзко и четко отвечала ему, несмотря на то что открыто его обманула, было даже мило.

И что мне делать с этой Хван Соль Ип?

До Гон томно выдохнул и посмотрел на нее сверху вниз. Словно приняв важное решение, она крепко сжала кулаки, прижав их к бедрам.

— А то что, опять ударите кого-нибудь?

— Я не бью людей просто так.

Она процедила свой вопрос сквозь зубы, словно упрекая его, отчего До Гон почувствовал себя странно. Разве это преступление — избить Нам Му Сона, который осыпал её оскорблениями?

Но, приглядевшись, он понял: она не просто упрекала его, она сама чувствовала за собой вину, поэтому и пыталась казаться жестче.

Ах да, Вы же тоже ударили меня ногой?

— Вы так легко врете, да еще и так очевидно.

До Гон сунул руки в карманы спортивных штанов и слегка склонил голову набок.

— Мне бы хотелось, чтобы люди узнали, как Вы себя ведете.

Она указала на его хулиганское поведение, и кожа вокруг её глаз покраснела. Когда они только приехали в особняк, она таращила глаза, изо всех сил стараясь не терять бдительности, но, видимо, пока она принимала горячий душ и переодевалась в пижаму, напряжение немного спало.

— Для угрозы звучит как-то слишком вежливо.

Может, пора переходить к следующему периоду?

— А это не угроза. Я серьезно. Разве не тяжело жить только по правилам?

То, как Хван Соль Ип указывала на его двуличие, казалось ему милым. Конечно, мало кто знал о его истинном лице. Пожалуй, скоро Хван Соль Ип станет человеком, который знает До Гона лучше всех в мире.

— Только так можно заслужить любовь.

Публике нужно показывать то, что она хочет видеть. Какую же сторону себя мне нужно показать Хван Соль Ип, чтобы заслужить её любовь? — подумал До Гон и слегка улыбнулся.

Её темные глаза тревожно дрогнули. То, как она смотрела на него остекленевшим, словно околдованным взглядом, было неописуемо очаровательно.

— Мне кажется, Вас можно любить и без этого.

Неужели вся та комедия за ужином была разыграна ради этого сладкого момента?

Она сама не заметила, как выпалила это застенчивое признание, а когда осознала, её щеки густо покраснели.

— И кто же меня полюбит?

До Гон задал этот вопрос, не сводя глаз с её шеи. Ярко-красные следы на её коже от зубов какого-то ублюдка бросались в глаза.

— Сосредоточьтесь, — просто и тихо прошептал он.

— Как тут можно сосредоточиться еще больше?

Её легкое кокетство сильно заводило До Гона.

— Мне показать?

Она медленно взмахнула ресницами и посмотрела на До Гона.

— Отвечайте.

Их прерывистое дыхание смешалось.

— Я же говорил Вам в прошлый раз. Что, если мы сделаем это снова, я обязательно спрошу Вашего разрешения.

До Гон прошептал это так, словно право принимать решение в их отношениях принадлежало ей.

— Покажите.

Наконец, разрешение было получено. До Гон низко склонил голову и припал к её губам. Она широко приоткрыла рот, принимая поцелуй.

— М-м-м.

Вскоре послышался приятный стон. Он ласкал её тонкую шею, гладил плечи и руки. Даже от этих нежных прикосновений гладкий, легкий халат соскользнул, обнажив кожу. Он спустился ниже, целуя её шею и плечи.

— М-м...

Словно прося снова поцеловать её в губы, она капризно повернула голову, ища его рот. Шелковый халат соскользнул и упал на пол. Он крепко сжал её грудь, проступающую сквозь гладкую ткань, и их губы слились воедино.

— Х-м-м.

Теперь им не нужно было время, чтобы подстроиться под дыхание друг друга, их языки привычно переплелись. Он сосал её язык так, что втягивались щеки, и проникал вглубь, словно щекоча нежную плоть у самого горла. Она запрокинула голову, и её тонкие руки отчаянно обвили шею До Гона.

Это был отчаянный жест, словно она висела на краю обрыва и умоляла бросить ей спасательную веревку. До Гон вынул язык из её узкого рта и позвал:

— Хван Соль Ип.

А затем, целуя её влажные от слюны губы, он вдохнул её драгоценное дыхание.

— Соль Ип-а.

Когда он назвал её по имени, круговыми движениями разминая её пышную грудь, её красивые брови сошлись на переносице.

— У-м-м.

От этого чувственного звука, который она издала, съежившись в плечах, его разум словно выбелило.

— Попробуйте только исчезнуть снова. Я в любой момент отправлюсь за Вами и поймаю.

До Гон опустил голову, слизывая красные следы с её шеи, и обхватил её тонкую талию.

— И не возвращайтесь с подобными метками.

Когда он начал дразняще работать языком, она задергалась, словно от щекотки. Подхватив её извивающееся тело на руки, он направился к кровати. Поняв, куда направляется До Гон, она напряглась и замерла.

— Вы пьяны?

— Нет.

Соль Ип широко раскрыла глаза и покачала головой.

— Я абсолютно трезвая. К чему вдруг этот вопрос?

Не похоже, чтобы она, будучи в стельку пьяной, пыталась храбриться. Но всё же она была навеселе, поэтому, на всякий случай...

— Вы же не просто поддались пьяному порыву?

— Нет. Я правда не пьяна. Я запомню каждую мелочь. Всё, что я делала с Вон До Гон-сси, всё до единого.

— А Вы всё-таки пьяны.

Усмехнувшись, До Гон опустил её на кровать. Он уже собирался выпрямиться, когда её маленькие ручки схватили его за лицо. На её лице явно читалось сожаление. Всё то время, что они жили вместе в его квартире, он оставлял её спать в спальне одну.

Словно боясь, что До Гон сейчас снова внезапно уйдет, она зашевелила губами, собираясь что-то сказать.

— Что такое? Хотите что-то сказать?

Он ожидал, что она спросит: «Зачем Вы тогда просили разрешения, если собирались остановиться?» Учитывая её дерзкий характер, это было бы в её стиле.

— Вон До Гон-сси, не бросайте меня здесь одну.

Она была похожа на плачущего ребенка, у которого сорвали засохшую болячку, беззащитно обнажив кровоточащую рану. В тот момент сердце До Гона словно остановилось, в груди так защемило, что он не смог ответить и лишь смотрел на нее сверху вниз.

— Я имею в виду, хотя бы сейчас.

Видимо, его короткое молчание она восприняла как нерешительность. Поэтому и добавила это «хотя бы сейчас».

— Я никуда не уйду.

Ни сейчас, ни когда-либо.

До Гон завел руки за спину и стянул с себя футболку. Как только одежда слетела через голову, её щекочущие руки коснулись его голых плеч.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver