Мужчина на экране прихрамывал на одну ногу.

Не может быть.

Соль Ип не верила своим глазам и перематывала видео снова и снова. Мужчина в черном костюме и темных очках, прихрамывающий при ходьбе, словно забросил костыли куда подальше, без сомнения, был Му Соном.

Надежда на то, что это не он, что она просто обозналась, с треском провалилась. Она словно отчаянно размахивала руками и ногами, пытаясь удержаться на краю обрыва, но хватала лишь пустоту, отчего на душе стало невыносимо тоскливо. Наверное, именно это имеют в виду, говоря, что сердце падает в бездонную пропасть.

Почему... почему Му Сон-оппа там? Откуда он знает эту женщину?

В голове роились тысячи самых разных предположений. Звук тревожно колотящегося сердца отдавался в ушах, еще больше нагнетая напряжение.

Дрожащими пальцами Соль Ип застучала по клавиатуре. В то же время она постаралась успокоиться и мысленно восстановить хронологию событий.

Вон До Гон трижды давал им с Му Соном задания в качестве проверки. Заслужив его доверие в профессиональном плане, они взялись за дело, за которое он сразу же выплатил им огромный аванс. В процессе Вон До Гон пошел на риск, раскрыв свою личность.

А что, если это был не риск, а ловушка, расставленная для нас с Му Соном?

Соль Ип не могла понять, зачем ему понадобилось устраивать ловушку. Но если бы она знала ответ, то не оказалась бы в такой растерянности.

Так или иначе, они начали работать над его делом, и в процессе она узнала его тайну: он — внебрачный сын. Вскоре после начала работы Му Сона сбила машина, и расследование было закрыто, так как виновника найти не удалось.

Но почему Му Сон-оппа при первой же встрече лично передал Вон До Гону свои контакты? Да еще и тайком?

Вместо Му Сона, попавшего в аварию, на встречу с Вон До Гоном отправилась Соль Ип.

Подозрительным был не только Му Сон, появившийся на экране, но и Вон До Гон. Она запуталась: то ли Му Сон сам подошел к До Гону втайне от нее, то ли До Гон первым вышел на Му Сона.

Встретившись на автобусной остановке, Вон До Гон отвез Соль Ип к супермаркету «Ом Ги». По пути он, проявив заботу о валившийся с ног от недосыпа Соль Ип, даже остановился в мотеле.

А что, если и это была ловушка, замаскированная под заботу, чтобы втереться ко мне в доверие?

Ослепленная ласковой добротой и нежной заботой, которых она никогда раньше не видела, она пожалела о том, что так сильно сблизилась с клиентом. Она уже жалела об этом раньше, но сейчас масштаб сожалений был совершенно иным.

Тогда её просто тянуло к привлекательному мужчине, и она смутно переживала, стоит ли ей так безрассудно отдавать ему свое сердце. У неё никогда не было опыта столь быстрого сближения с кем-либо, и от избытка чувств она предавалась расплывчатым сожалениям. Но сейчас от мысли, что это очарование может обернуться удавкой на её шее, сердце тяжело и гулко билось в груди.

В тот день, когда они заезжали в супермаркет «Ом Ги», он впервые поцеловал её. И Соль Ип, охваченная таким трепетом и возбуждением, что обвила его шею руками... А затем он отвез её в горную хижину и раскрыл суть задания: найти женщину, которая бросила его там.

Чтобы изучить окрестности, Соль Ип осталась в пансионате «Ом Ги», и дедушка-хозяин как нельзя кстати заговорил о женщине, которую она искала.

А та женщина на салатовом «Ревуэльто», приезжавшая к хозяину пансионата... не была ли она просто уловкой, чтобы отвлечь мое внимание?

А еще был случай, когда Соль Ип приехала в Сеул, а Му Сон внезапно исчез, бросив больничную одежду. Дедушка Му Сона, увидев, что внук ходил курить, в ярости вернулся в свою прачечную. Хоть он и упрекал Соль Ип, говоря, что не стоило привечать «зверя с черной шерстью», казалось, Му Сон разочаровал его куда больше.

Неужели Му Сон специально отослал дедушку обратно в прачечную, чтобы избавиться от его надзора?

Соль Ип пристально вглядывалась в застывшее изображение женщины и Му Сона.

Неужели Вон До Гон и правда поручил Му Сону какое-то опасное дело? А Му Сон скрыл это, зная, что я попытаюсь его остановить?

Соль Ип сильно нахмурилась.

Даже зная, что в итоге я всё равно выслежу их и всё узнаю?

Она вцепилась обеими руками в свои аккуратно завитые волосы, словно хотела вырвать их с корнем. Впервые в жизни у неё мозги закипали от напряжения.

Подобно тому, как вся грязь, разлившаяся по полу, стекает в один водосток, все ниточки вели к одному человеку.

Вон До Гон.

Соль Ип не могла его не подозревать.

Первым делом она позвонила Му Сону. Она знала Вон До Гона меньше месяца, а с Му Соном они были знакомы больше десяти лет.

Соль Ип считала, что Му Сона она знает гораздо лучше, чем До Гона.

Гудки шли один за другим, и когда Соль Ип уже решила, что он не возьмет трубку, раздался голос Му Сона.

— Ага, что такое?

— Ты где?

Соль Ип притворилась, что не знает, где он находится.

— Где-где, в больнице, конечно. А ты где?

Она не ожидала, что стрелки внезапно переведут на неё. Соль Ип ни разу не говорила Му Сону, что живет в квартире Вон До Гона.

— Да так, нигде.

— Поела?

— Ага.

— Без меня кушать скучно, да?

От непринужденного тона Му Сона ей стало досадно, и в груди сдавило.

— Мне пора на физиотерапию. Позже перезвоню.

Закончив разговор, Соль Ип снова посмотрела на Му Сона, запечатленного камерой видеонаблюдения. Ей хотелось увидеть выражение лица и глаза Му Сона, когда он смотрел на телефон. Когда он лгал, он никогда не мог смотреть Соль Ип в глаза и всё время отворачивался.

Оппа, зачем ты мне врешь?

В голове сам собой всплыл образ Вон До Гона. Она сходила с ума от бессилия, не понимая, что эти двое затевают.

И зачем Вон До Гон заманил меня в эту ловушку?

Неужели мне пока не дано разгадать эту загадку?

Соль Ип вспомнила его широкую, горячую грудь, когда он обнимал её. Его глубокие, ясные глаза, которые чернели, когда он вежливо просил у неё разрешения; его сбивчивое дыхание, когда их губы соприкасались; его руки, тяжело дрожавшие, когда он ласкал её кожу.

От одной мысли о том, что всё это было лишь притворством, сердце пронзила острая боль. Дней, проведенных с Вон До Гоном, было ничтожно мало по сравнению с годами, проведенными с Му Соном. Так почему же мысль о том, что До Гон обманул её, причиняла ей куда больше боли, чем ложь Му Сона?

Соль Ип начала отслеживать маршрут салатового «Ревуэльто», отъезжающего от супермаркета «Ом Ги».

Ближе к концу интервью в кафе-студию, где находился До Гон, неожиданно заявилась директор модного журнала. Поскольку они параллельно снимали видео для социальных сетей журнала, интервью проходило в арендованном кафе, подходящем для съемок. И директор явилась туда без предупреждения.

— Моя дочь сейчас учится в Америке, она ваша большая фанатка.

Директор, расхваливая свою двадцатитрехлетнюю дочь, даже не пыталась скрыть личную заинтересованность.

— Вы же с ней совсем рядом находитесь. Как насчет того, чтобы поужинать вместе, когда я поеду в Штаты где-то в сентябре?

До Гон с легкой, едва уловимой улыбкой посмотрел на директора. Не было ни одного журнала, в котором не публиковалась бы реклама «Ильвон Групп».

— Мой отец всегда говорил мне быть осторожным в общении с прессой.

Не было нужды специально вести себя высокомерно в подобных ситуациях. Достаточно было сказать одну фразу, прикрываясь волей родителей, и те, кому надо, всё понимали.

— Ха-ха! Было бы замечательно встретиться всем вместе, включая председателя Вона. Думаю, вашей старшей он тоже придется по душе. Она как раз на пять лет младше вас. Тоже с детства жила в Америке. Изучала компьютерную инженерию. Говорю это не потому, что она моя дочь, но она правда очень красивая и умная.

До Гон едва не рассмеялся в голос. Директор, чье имя он даже не удосужился запомнить, явно размечталась.

— Прошу прощения. Лишние встречи с посторонними во время сезона отвлекают от матчей. Если вам понадобится что-то еще для интервью, пожалуйста, свяжитесь с моим агентством или отделом по связям с общественностью группы.

Вежливо улыбнувшись, он четко обозначил границы. Его слова были резкими, но из-за сияющей улыбки и безупречных манер директора даже не успела оскорбиться, ей оставалось лишь кивать.

Менеджер Хон сообщила ему, что Хван Соль Ип, которая на пять лет младше него, действительно красивая и невероятно умная, уже закончила собираться и сидит в кабинете.

Ради нее, прождавшей дольше, чем планировалось, До Гон помчался домой со всех ног.

Тук-тук-тук.

Звук стука в дверь показался ему стуком собственного сердца, и До Гон перевел дух.

— Да?

Услышав её слегка удивленный голос, он открыл дверь кабинета. Она стояла перед столом, видимо, только что оторвавшись от ноутбука.

— Вы заняты?

Вместо того чтобы спросить, долго ли она ждала, он спросил, не занята ли она. Неизвестно, о чем она думала, но её щеки и шея так красиво покраснели, когда она встречала До Гона.