Онлайн чтение книги Игра через чёрный ход Backdoor Play
1 - 27

Соль Ип с силой надавила тупой стороной ножа на его выступающий кадык. Несмотря на то, что холодный металл впивался в гладкую кожу, Вон До Гон невозмутимо болтал. Даже не просто невозмутимо — казалось, он был рад. Он что, правда сумасшедший? Это заставило её прийти в себя. Вспомнив его печальное лицо в хижине, когда он дал ей фотографию женщины, бросившей его, она на миг растерялась. Сегодня вечером имя Вон До Гона звучало по всей Корее чаще любого другого. В новостях показывали кадры со стадиона: Вон До Гон стоит рядом с председателем Вон Ик Хёном, чье появление было беспрецедентным. Спортивные журналисты наперебой расхваливали их как образцовую семью чеболей и восхищались чеболем в 4-м поколении Вон До Гоном, который отдается каждой игре без остатка. Скандал с председателем Воном и его вечеринками на вилле был полностью погребен под новостями о матче сына. Видя в новостях, как Вон До Гон улыбается, принимая похвалу отца, Соль Ип почувствовала, как гудит затылок. Чеболь в четвертом поколении, печальный? Этот безупречный Вон До Гон? Соль Ип сверлила его взглядом, не убирая нож от горла. То ли от радости победы со счетом 8:3, то ли еще от чего, но на его лощеном лице сияла довольная улыбка. И даже больше — в глазах открыто читался странный жар и возбуждение, что только укрепляло её уверенность: он точно псих. Зеленая Revuelto... Может, он знаком с той женщиной из машины? Может, это игра — посмотреть, как далеко зайдет нищенка вроде Соль Ип за большие деньги? Гора подозрений росла, и в груди становилось тесно.

— Почему мы так сильно злимся?

Он без колебаний наклонил голову, словно ему было плевать, даже если острое лезвие рассечет кожу. Когда на его шее проступила капелька крови, Соль Ип сама невольно вздрогнула.

— Убери эту опасную игрушку, она тебе не идет.

Его большая рука мягко обхватила её правое запястье, но он не сжал его. Ему это нравится, ублюдку? Почувствовав себя игрушкой в его руках, Соль Ип ощутила, как по спине покатился холодный пот. Она перехватила рукоять ножа, приказывая себе сохранять ясность ума.

— Как бы ты ни ревновала, разве можно размахивать ножом? Сначала надо было спросить у меня, глупышка.

Его голос был нежным, как прикосновение к пушистому цыпленку на ладони.

— Я вообще не понимаю, что за чушь ты несешь с самого начала.

Опешив, пробормотала Соль Ип.

— Не понимаешь?

В глазах Вон До Гона появилось сомнение.

— Ты делаешь это не из ревности?

— К чему мне вообще ревновать?

Соль Ип переспросила, действительно не понимая, о чем речь.

— К Ча Хва Ён.

— К кому... А, причем тут она?

Он усмехнулся и попытался вырваться. Заподозрив его в каком-то трюке, Соль Ип с силой надавила лезвием на кадык.

— Хватит нести хрень.

С чего вдруг тут всплыла Ча Хва Ён?

— Хван Соль Ип-сси, давай сначала зайдем внутрь и поговорим.

Он медленно повернулся и отступил на шаг. Соль Ип, не меняя угрожающей позы, проследовала за ним в гостиную.

— Сядь.

Повинуясь её короткому приказу, он послушно сел на диван.

— Если я проткну эту пульсирующую плоть, ты быстро умрешь от потери крови.

Соль Ип нацелила острие ножа на его сонную артерию и угрожающе вытаращила глаза.

— Если есть что сказать — говори. Почему ты так разозлилась?

Его голос, пытающийся успокоить её, оставался мягким. Соль Ип достала из кармана ветровки жучок и поднесла к его лицу.

— Что это?

До Гон спросил так, словно действительно не понимал.

— Это ты установил в палате оппы Му Сона.

— Да что это такое?

— Прослушка.

Он резко нахмурился.

— То есть ты приставила нож к моему горлу не из-за Ча Хва Ён, а из-за Нам Му Сона?

Его голос внезапно похолодел. Просверлив Соль Ип взглядом, он посмотрел на нож, а затем снова на неё и пробормотал:

— Убери это.

— А если нет?

— Я не хочу, чтобы ты поранилась, поэтому убери. Ты держишь его тупой стороной к себе. Если я выверну тебе запястье, порежешься ты, а не я.

В его глазах читались искреннее разочарование, настоящая обида и даже упрек.

— Разве это не ты установил?

Если прослушку поставил не Вон До Гон, ситуация становилась еще сложнее. Словно прочитав её мысли, До Гон достал телефон из внутреннего кармана пиджака и позвонил секретарю Хо.

— Да, секретарь Хо. Я на громкой связи, Хван Соль Ип-сси слушает. Ты случайно не прослушиваешь палату Нам Му Сона?

— Да. Когда вы в прошлый раз уезжали в хижину, приказали усилить бдительность, поэтому я сразу установил.

До Гон сдержал нервный смешок. Секретарь Хо неправильно понял приказ «усилить охрану» — он решил, что это значит «опасаться» Нам Му Сона, так как тот может представлять угрозу.

— Отключаюсь.

Завершив разговор, До Гон посмотрел на Соль Ип взглядом, кричащим о его невиновности. В её черных зрачках заплясало опасное замешательство.

— Прости. Мне показалось, что Нам Му Сон стал чьей-то целью, и я велел усилить охрану, но секретарь Хо, видимо, понял это по-своему. Это моя вина.

Услышав это легкое извинение, она растерялась, но затем её лицо снова исказилось от гнева.

— И ты хочешь, чтобы я в это поверила? Ты просто хотел шпионить, о чем мы говорим! Боялся, что разговоры о Вон До Гоне выльются наружу? Мы что, похожи на мелких шантажистов?

На лице До Гона появилась горькая улыбка.

— Извини, но мне совершенно неинтересно, о чем говорят Нам Му Сон и Хван Соль Ип-сси. О чем я действительно волнуюсь, так это...

Он замолчал на полуслове. Как сказать, чтобы она поняла? Точнее, какими словами можно выразить то, что он сейчас чувствует? Он купил человека за деньги. И его к ней неудержимо тянет. При этом он, словно надзиратель, следит за тем, кто ей как семья.

— Хван Соль Ип.

Он тихо произнес её имя. Вздрогнув, она наконец опустила нож. Кончики её пальцев, складывающих лезвие, едва заметно дрожали.

— Раз назвал по имени, говори дальше.

Она пробормотала это, отводя взгляд, и от её голоса у него по всему телу пробежали мурашки. Горькая улыбка на лице До Гона стала глубже.

— Не поняли, Хван Соль Ип-сси?

Вместо ответа она спрятала сложенный нож в карман, отвернулась и пробормотала:

— Держи своих людей на поводке. Чтобы больше не было таких недоразумений. Грань между верным псом и шантажистом очень тонка.

Её отчитывающий тон был так приятен, что между ног снова всё напряглось. Честно говоря, его возбуждало с того самого момента, как она приставила нож к его горлу, едва он вошел. Хван Соль Ип-сси, ты хоть знаешь, как часто я о тебе думаю? Если бы мы встретились при обычных обстоятельствах, как бы я тебя соблазнял? Отбросив бесполезные фантазии, он протянул руку к стоящей перед ним женщине.

— Что ты твор...!

Тело Соль Ип в одно мгновение оказалось на диване. Он притянул её к себе с силой, но на мягкую кожу дивана опустил бережно.

— Теперь я требую извинений.

Прошептал он, касаясь её носа своим. Горячее дыхание, срывавшееся с его пухлых губ, обжигало её кожу.

— В итоге-то прослушку поставил ты. За что мне извиняться?

Процедила Соль Ип сквозь стиснутые зубы. Стоило ей чуть шире открыть рот, и их губы бы соприкоснулись. Возбуждение, спровоцированное гневом на него, незаметно переросло в непреодолимое желание. Если она сейчас же не найдет выход этому жару, который разливался по всему телу, казалось, она сойдет с ума.

— Обидно. Я-то ничего не подслушивал. Зато Хван Соль Ип-сси приняла меня за мелкого шантажиста. С чего бы мне теперь вести себя вежливо?

Его губы в мгновение ока поглотили губы Соль Ип. Влажный язык проник в её рот.

— М-м...

Стон сорвался с её губ сам собой — это было слишком хорошо. Её рука, которая только что сжимала нож, теперь ласкала его твердую шею.