Было удивительно, как он умудрялся прятать такое в штанах. Его член был поистине огромным и яростно топорщился. Когда этот кусок плоти, толщиной почти с её предплечье, дернулся, по спине Соль Ип пробежал холодок.

Вон До Гон был крупным во всем. Большие глаза, высокий, прямой нос, широкая, открытая улыбка. Его руки, которыми он орудовал хоккейной клюшкой, были покрыты литыми мышцами и казались такими же толстыми, как бедра Соль Ип. А его голые бедра... с ними её талия и рядом не стояла.

Поэтому было вполне логично, что и то, что находилось у него между ног, было такого выдающегося размера.

От смущения лицо вспыхнуло, и она быстро отвела взгляд. В этот момент он усмехнулся.

— Слишком поздно.

Ей стало неловко, словно её поймали на том, что она пялилась слишком откровенно. Он наклонился, прижимаясь к ней всем телом. Жар, охвативший их сейчас, не шел ни в какое сравнение с тем, когда они прижимались друг к другу через одежду.

— Ха-а.

От одного лишь прикосновения его кожи с её губ сорвался горячий вздох.

— Подождите. Вы же воспользуетесь защитой?

Она никогда не принимала противозачаточные и никогда не использовала презервативы. То, что она вспомнила об этом только сейчас, оказавшись голой, казалось ей признанием в собственной сексуальной неопытности, и ей было немного стыдно.

— Их тут полно.

Потянувшись к прикроватной тумбочке, он открыл ящик и достал оттуда хрустальную чашу. В сверкающей, переливающейся всеми цветами радуги чаше лежала целая гора презервативов в разноцветных упаковках. Даже круглые очертания, четко проступающие на квадратных упаковках, выглядели возбуждающе, отчего сердце забилось еще быстрее.

Соль Ип проглотила свой довольно поверхностный вопрос, не решаясь произнести его вслух.

— Вам интересно, почему их здесь так много и скольких женщин я сюда приводил?

Не дав ей и шанса возразить, он любезно продолжил:

— Менеджер Хон купила их сегодня.

Соль Ип инстинктивно зажмурилась. Когда он только привез её в этот особняк, и менеджер Хон вызвалась помочь ей с ванной, Соль Ип думала, что это просто предлог, чтобы следить за ней, чтобы она не сбежала.

— Как только я сказал ей, что привезу Вас сюда. Вот она и накупила.

Именно менеджер Хон заботливо высушила волосы Соль Ип после душа, помогла снять влажный халат и дала эту гладкую шелковую сорочку и легкий халатик.

— И менеджер Хон, и секретарь Хо... кажется, они отлично справляются даже с тем, о чем их не просят?

Сердце продолжало бешено колотиться, и от этого невыносимого волнения она специально перевела тему.

— Да уж. Делают то, о чем их не просят. И вполне удовлетворительно.

Легко усмехнувшись, словно не желая продолжать этот разговор, он поцеловал её в щеку. Пока его пухлые губы скользили по её векам, скулам и спускались к губам, его левая рука скользнула под её трусики. Её рот непроизвольно приоткрылся. Погладив кончиками пальцев лобок, он, глядя на нее затуманенным взглядом, опустился ниже, к влажной плоти.

— Ах..!

Он мягко раздвинул длинную щель. Он не делал ничего резкого, но её колени невольно дрогнули.

— Расслабьтесь. Я буду нежен.

Прошептал он, потершись носом о её гладкую переносицу.

— М-м...

Ощущение того, как кончики его пальцев исследуют её лоно, было невероятно четким, но в голове всё помутилось. Где-то внутри разгорался обжигающий жар, но она не могла точно определить где, и это сбивало с толку.

— Больно?

— ...Нет.

Боли не было совершенно, но незнакомое чувство вторжения немного пугало. И в то же время первобытный инстинкт заставлял её бедра слегка раздвинуться, словно желая втянуть его внутрь.

С улыбкой на губах он поцеловал Соль Ип. В тот момент, когда его толстый язык проник в её рот, его толстые пальцы тоже вошли в её тело.

— М-м-м.

Соль Ип нахмурилась от ощущения, как его пальцы уверенно надавливают на стенки, словно раздвигая тугую плоть. Где-то там, где он нажимал, скопилось столько жара, что казалось, нажми он чуть сильнее, и что-то бурным потоком вырвется наружу.

Словно оценивая её узость, он покрутил пальцем и ввел еще один.

— Ха-а!

Легонько оттолкнув его за плечи, Соль Ип со стоном выдохнула. Его глаза, ставшие еще более затуманенными, чем раньше, внимательно изучали её лицо. При этом его рука не прекращала своих ласк.

— А-ах...

Когда он с силой нажал на место, которое она даже не могла определить, веки Соль Ип затрепетали.

— Так вот где.

Как он это понял, для Соль Ип оставалось загадкой. Он продолжал стимулировать это место, ритмично надавливая и потирая точку, от которой она вздрагивала. Каждый раз, когда его ладонь ударялась о её промежность, раздавался громкий влажный шлепок.

— А Вы любопытная. Даже в такой ситуации Вам интересно?

Хотя она лишь тяжело дышала и непрерывно стонала, он пробормотал это так, словно читал её мысли.

— Когда я нажимаю сюда, ты крепко сжимаешься.

— Я... я этого не делала. М-м.

Только начав оправдываться, Соль Ип поняла, что он, возможно, просто дразнит её.

— Прекратите... издеваться.

Чуть не плача, Соль Ип уткнулась лицом в его плечо. Она не хотела этого, но в её голосе зазвучали слезливые нотки.

— Я не издеваюсь. Я серьезен как никогда.

Он легонько прикусил её мочку уха.

— Моя ладонь вся мокрая. Насквозь.

Слова, щекочущие ушную раковину, проникали прямо в мозг. Его дыхание было гораздо горячее обычного, казалось, оно расплавит её изнутри. Его слова, действия, дыхание, движения — всё было настолько обжигающим, что ей казалось, будто она сломается, если они будут прижаты друг к другу слишком долго.

— И из-за кого же моя ладонь вся мокрая?

Он спрашивал так ехидно, что ей казалось, она вот-вот задохнется.

— Люди... правда должны узнать. Какой До Гон-сси... испорченный.

Он протолкнул пальцы еще глубже.

— Ху-у.

Стон вырвался у него, хотя это Соль Ип пронзали и стимулировали.

— Повтори. Что ты сказала?

А затем он спросил низким, хриплым голосом.

— Должны узнать, какой Вы испорченный.

— Нет, не это.

— Люди.

— Нет. Как ты меня назвала?

В этот момент в голове помутилось. Как она ни пыталась вспомнить, что именно вылетело из её рта, она не могла. Дойти до того, чтобы не помнить, что сказала секунду назад...

Пока Соль Ип мешкала:

— Ты сказала «милый».

Соль Ип отроду не произносила таких приторных слов.

— Не может быть... такого!

Покачав головой, Соль Ип стала отрицать это. Его гладкая кожа коснулась её губ. И в тот момент, когда у нее возникло желание впиться зубами в его шею:

— Или это было «оппа»?

Его пальцы закружились, взбалтывая всё внутри, отчего низ живота болезненно свело.

— Нет... М-м-м.

Ей было стыдно лежать вот так, беспомощно раздвинув ноги и истекая соками. Но в то же время внутри нарастало желание, чтобы он вошел еще глубже и заполнил эту сосущую пустоту.

— ...До Гон-сси... Ах...

Она произнесла то, что он хотел услышать, слегка приподняв таз. Лежащий на её бедре член дернулся. Пальцы, будоражившие её изнутри, плавно выскользнули.

— А-а...

С её губ непроизвольно сорвался вздох, в котором смешались разочарование и облегчение. Он снова опустился на колени между её бедер и, глядя на её мокрые трусики, разорвал упаковку презерватива.

— Я сама сниму.

Ей казалось, что если она увидит, как он разрывает её трусики, возбуждение станет настолько невыносимым, что она упадет в обморок. Подцепив пальцами край трусиков и стягивая их вниз, она, сама того не ведая, завороженно наблюдала за тем, как он надевает презерватив на свой толстый член.

Она думала, что он просто большой, прямой и твердый, но на красноватой коже отчетливо вздулись вены.

Разве такое вообще может поместиться внутри?

Соль Ип громко сглотнула.

— Если сделаю больно.

Он наклонился и в конце концов разорвал трусики, висевшие на её ногах.

— Скажи.

— И что тогда?

Она спрашивала, остановится ли он на полпути, если она скажет.

— Если я потеряю голову — ударь меня.

Тупой конец члена в презервативе надавил на вход, словно требуя впустить его.

— А если назовешь меня «милый», я остановлюсь.

На этот раз он начал медленно проникать внутрь, словно собираясь разорвать её нежную плоть.