Контент удален!

«С какой стати?» — хотелось сказать ей.

Видимо, то, как она подавила вспыхнувшее возмущение, показалось ему согласием. Он достал из кармана что-то круглое и плоское и покрутил в пальцах. Глаза Га Гён расширились.

Чёрная фишка «Весперы». Матовая поверхность, словно поглощающая свет; на лицевой стороне — золотой логотип казино, а на обратной — число 1000.

Она слышала, что существуют фишки по десять миллионов вон каждая, но видела такую впервые. В обычных игровых залах чёрные монеты не водились. Ими пользовались только в зонах типа «Роял Джанкет», где минимальная ставка начиналась от десятков миллионов, или в Дэбане «Весперы», где безлимит* был нормой.

* Безлимит (No-Limit) — термин в казино, означающий отсутствие верхнего предела для ставок.

Шок от встречи с «единорогом» прошёл, и на смену ему пришло глубокое, укоренившееся отторжение. Га Гён инстинктивно отступила на шаг и сказала:

— Я не играю в азартные игры.

— А я предлагал азартные игры? Я сказал: давай сыграем в игру.

— Мне нечего ставить.

— То, что ты нищебродка, и так ясно.

Ну и зачем вы тогда мне чёрной фишкой в лицо тычете, раз знаете, что я нищая? — Га Гён недовольно зыркнула на него.

Хотя эти слова прозвучали лишь в её мыслях, мужчина, словно всё расслышав, усмехнулся и подбросил фишку в воздух. Чёрный кругляш, перевернувшись в полёте, шлёпнулся ему на тыльную сторону ладони. Бом Он накрыл его второй рукой и спросил:

— Орёл или решка.

Судя по его поведению, если она не подыграет, живой до дома сегодня не доберётся. Га Гён глубоко вздохнула и опустила на землю сумку с фруктами.

— А что здесь орёл?

— Говорила, что не играет, а сама вон как в детали въедается, — хмыкнул он.

Отхлынувшая было кровь прилила к кончикам пальцев так, что под ногтями зачесалось. Она несколько раз сжала и разжала кулаки.

— Допустим, логотип — это орёл. Тогда орёл.

— И что поставишь на орла?

— ...Я же сказала, у меня нет денег.

— Ну так поставь что-нибудь другое.

Га Гён снова крепко сжала кулаки. Требование было до боли предсказуемым. Сколько она видела таких игрищ в борделях — игры на раздевание, игры в «короля»... Однажды она пошла купить сигарет по поручению, а её приняли за проститутку и чуть не выставили на аукцион.

До Бом Он, по её мнению, был из тех, кто может зайти ещё дальше, но суть от этого не менялась. В прошлый раз, прикрываясь леденцом, он бесцеремонно засунул ей в рот язык, а сегодня, прикрываясь игрой в орлянку, явно задумал что-то похуже поцелуя. Прямо здесь, у помойки на задворках «Весперы».

— Извращенец... — невольно сорвалось с её губ.

Услышав это, мужчина нахмурился, вынул изо рта палочку от леденца, а затем, вытянув губы трубочкой, с силой дунул ей в лицо. Резкий запах клубники ударил в нос, как отравленный дротик, отчего в переносице аж заныло.

— Блядь. Это ты у нас тут извращенка с грязными мыслишками.

— А что тогда? — потёрла нос Га Гён. — Можно подумать, у тебя самого мысли чистые.

— Исполнение желания. Или типа того.

— Исполнение желания или игра в «короля» — разница невелика.

— Игра в «короля»? Это ещё что за хуйня?

— ...Ладно, давайте желание.

Странное дело — она чувствовала, как всё больше втягивается в эту игру. Страх, ещё недавно холодивший спину, почти испарился. То ли из-за До Бом Она, который вёл себя на удивление по-детски, то ли из-за чего ещё, но её инстинкт выживания притупился, словно онемевшие без крови пальцы.

Мужчина пожал широкими плечами и убрал руку, накрывавшую фишку. Га Гён увидела цифру 1000 и поспешно выкрикнула:

— И-играем до трёх побед! Вы же знаете, что по правилам нужно три попытки?

— Сразу видно воровку. Жадность так и прёт.

Тем не менее он щелчком подбросил фишку в воздух. Чёрная пластиковая монета взмыла вверх, и на этот раз её поймала Га Гён.

— Орёл, — первым занял сторону Бом Он.

Га Гён коротко кивнула и убрала руку. Снова выпала цифра 1000.

— Есть! — тихо ликовала Га Гён под гогочущий смех Бом Она.

Так незаметно подошёл последний раунд. Чёрная фишка, описав в воздухе длинную дугу, опустилась на его жилистую руку.

— Что выбираешь? — спросил он. Видимо, решил поиграть в джентльмена и уступить право первого голоса даме.

Естественно, нужно выбирать решку. Ведь решка выпала уже дважды. Фишки казино только кажутся обычным куском пластика, но на самом деле в них напичкана куча технологий для защиты от подделок. Дядя-Самоделкин как-то рассказывал ей об этом.

УФ-чернила, лазерная гравировка, уникальный серийный номер. А в фишки номиналом от ста тысяч вон и выше вшивают RFID-чипы, чтобы отслеживать их перемещение в реальном времени и автоматически аннулировать в случае кражи или подделки.

Именно поэтому Дядя-карманник, который тащил всё, что не приколочено, никогда не трогал фишки. Разумеется, из-за всей этой начинки лицевая и обратная стороны должны отличаться по весу. А значит, фишка каждый раз будет падать тяжёлой стороной вниз, и сейчас тоже наверняка...

— Решка, — с серьёзным видом заявила Га Гён.

Она начала лихорадочно соображать, что загадать, когда выиграет: попросить денег или потребовать, чтобы он делал вид, что не знает её. Нужно было придумать что-то, что не разозлит его, но принесёт хоть какую-то пользу её жизни.

Возможно, придётся использовать желание, чтобы попросить его не трогать её, но если он уже всё решил, вряд ли это его остановит.

— Тогда я орёл, — сказал Бом Он и убрал ладонь с фишки. Га Гён непроизвольно поджала пальцы на ногах.

— ...

Результат — орёл. Золотой логотип «Весперы» издевательски поблёскивал.

Может, дать дёру прямо сейчас? — мелькнула в голове отчаянная мысль.

— Я выиграл, — усмехнулся Бом Он, со звонким хрустом разгрызая остатки леденца. В воздухе снова разлился слабый аромат клубники. Га Гён рефлекторно отступила на шаг.

— Желание...

Если я сейчас предложу забыть обо всём, он меня ударит? Или, раз в первую встречу он заикался про орал, лучше самой предложить отсосать?

Она никогда этого не делала, но видела, как это делают девчонки в квартале красных фонарей, так что, наверное, смогла бы сымитировать. Если можно откупиться ртом и сохранить всё остальное — это не самый плохой вариант. Мозг Га Гён работал на пределе возможностей.

— Дай-ка подумать. Мне вроде ничего и не надо, — ответил он, шаря по карманам. Каждое его движение только подстёгивало её напряжение. — Скажи, как тебя зовут.

— Имя?

Из кармана, который он так долго обшаривал, появился новый леденец на палочке. Судя по обёртке, тоже клубничный.

— Ага. Ты-то моё знаешь, а я твоё — нет.

Он ловко снял обёртку и закинул леденец в рот. Красный от красителя язык принялся перекатывать новую конфету.

— Чха Гон У. Моё имя.

Га Гён ответила не раздумывая, осторожно наблюдая за его реакцией. Мужчина, чьё лицо было точной копией лица Гон У, зажал огромный леденец между коренными зубами и хмыкнул:

— Хуйню не неси.

— А я и не несу.

— Блядь. Это же мужское имя.

— Может, вы знаете кого-то с таким именем?

Вопрос был настолько провокационным, что казалось, у неё напрочь отключился инстинкт самосохранения, но она не могла удержаться. Любопытство сводило с ума. Как два человека, находящиеся на совершенно разных полюсах жизни, могут быть настолько похожими?

— Хочешь, чтоб я ещё раз твой язык засосал? А?

Мужчина щёлкнул пальцами в воздухе, словно давая невидимый щелбан. И что это значило? Что он знает его или нет? Неудовлетворённое любопытство жгло грудь, но Га Гён понимала: если спросить ещё раз, он может не сдержаться.

— ...Чхэ Га Гён, — пробормотала она, крепко вцепившись в лямки рюкзака и глядя на ручки сумки с фруктами, стоявшей на земле.

— Что?

— Это моё имя.

Мужчина перекатил леденец, зажатый между зубами, на другую сторону рта. Раздался громкий хруст. И хотя она не смотрела на него, красный язык, орудующий во рту, живо предстал перед глазами.

— Повтори.

— Чхэ... Га Гён.

Он несколько раз произнёс её имя: «Чхэ Га Гён. Чхэ Га Гён», словно пытаясь попробовать на вкус.

— А Чха Гон У кто тогда? Твой хахаль?

Столько бормотал, чтобы спросить такую чушь. Он правда не знает? — Га Гён украдкой взглянула на лицо Бом Она и ответила:

— Нет.

— А кто тогда?

— Просто... первое, что в голову пришло.

Он снова усмехнулся.

Как ни посмотришь — так он постоянно лыбится. Видимо, у людей с такой одеждой, такими туфлями и такими часами в жизни много поводов для смеха.

Га Гён захотелось поскорее уйти. Вернуться домой, где спят Да Чжин и Руда.

— А у тебя желаний нет? — спросил он, когда она подняла с земли сумку.

— Нет.

— С чего бы это? Мне кажется, у тебя их должно быть дохуя.

— И быть не должно. В игре победитель забирает всё. От ожиданий до удовлетворения... А проигравшему лучше вообще ни о чём не думать, чтобы потом не расстраиваться.

То ли виноград в сумке напитался влагой из воздуха, то ли что, но он казался тяжелее, чем когда она его только положила. Силы снова покинули её. Путь до дома казался бесконечным.

— То есть желание было, но ты его быстренько забыла? Специально?

— Да.

Га Гён отвесила ему глубокий поклон.

— До свидания. Господин До Бом Он, возвращайтесь благополучно.

Хотя вам-то точно ничего не грозит.

— Чхэ Га Гён.

Она сделала всего пару шагов, когда он окликнул её. Девушка лишь повернула голову. С такого расстояния он выглядел как настоящий император ночи.

— Ты когда мне сигарету вернёшь?

Правда ли он До Бом Он из клана Тосын? Один кусочек пазла никак не хотел вставать на место в её голове.

— При следующей встрече.

— Или сдохнешь.

Она решила больше не загадывать, чтобы они никогда не встретились. Всё равно встретятся. Чхэ Га Гён — паразит, живущий на теле Гамидо, а он, судя по всему, — хозяин этого острова.