Контент удален!

Дождь, не прекращавшийся всю неделю, к выходным наконец-то утих.

Гон У пришёл в офис с пиццей — едой, которую можно было купить только во внешнем мире. Видимо, на работе был завал: волосы он не уложил воском, и они свободно падали на лоб, а на носу красовались очки, которые он обычно не носил.

В отличие от Руды, радостно скакавшего до потолка, лица Гон У и Да Чжин были мрачнее тучи, словно над ними нависли грозовые тучи.

Чха Гон У, разумеется, был категорически против её затеи. Если спрос на старые краплёные карты упал, значит, надо просто сворачивать лавочку, а не ввязываться в очередную нелегальную схему — вот к чему сводилась суть его претензий.

Сразу видно прокурора: он обладал талантом растягивать прописные истины в длинные, высокопарные речи.

Позиция Гон У в целом совпадала с мнением Да Чжин, поэтому у Га Гён, регулярно выслушивавшей подобные лекции, давно выработался иммунитет. Но в этот раз и ей было что сказать. Мораль и прочие высокие материи она выбросила на помойку ещё восемь лет назад.

— Нелегальную схему? С каких это пор изготовление краплёных карт на Гамидо стало нелегальным? Если судить по законам внешнего мира, то и проституция, и азартные игры, и то, как ублюдки из Тосына калечат людей и рубят руки, — всё это незаконно. Но тут-то всем плевать.

— Га Гён. Оппа не говорит, что всё это время ты занималась чем-то незаконным, я просто хочу сказать... ха-а... просто послушай меня и...

— Просто правила Гамидо отличаются от тех, по которым живёт общество оппы. Подумаешь, продаю фальшивые колоды. Раз уж здесь всё беззаконие считается нормой, значит, и мой бизнес абсолютно легален.

В глазах Га Гён, произносившей эти слова, читалась скорее отчаянная мольба, чем твёрдая уверенность. На этом спор и закончился. Ни Гон У, ни разделявшая его взгляды Да Чжин переубедить её не смогли.

Га Гён, как всегда, выехала за пределы Гамидо, спрятавшись на заднем сиденье прокурорского седана. Несмотря на уговоры Гон У сесть спереди, ведь машины на выезде не проверяют, она упрямо натянула на себя плед.

Впрочем, она вскользь упомянула, что у неё раскалывается голова. И добавила, чтобы он не переживал: до больницы дело не дошло, достаточно просто выпить таблетку и отлежаться.

С Чха Гон У она могла позволить себе любые капризы, и она не упускала этой возможности. Глядя на её пальцы, шевелящиеся под краем пледа, Гон У промолчал.

Над гигантским мостом Гами, раскинувшимся над морем, солнце в начале лета окрашивало пасмурное небо в удивительные, переливчатые цвета.

* * *

Место встречи назначили в одном из переулков Чхоннянни*.

*Чхоннянни — район Сеула.

Старый жилой район, где вовсю шла реновация, казался насквозь пропитанным дождевой влагой. Машина Гон У, проделавшая долгий путь, припарковалась на обочине узкой, разбитой дороги.

Мутный, словно сквозь пыльное стекло, закат освещал полуразрушенное кирпичное здание.

Улица была пуста. Работающих магазинов почти не осталось. Га Гён смотрела на выцветшую пленку на окнах давно заброшенной парикмахерской, а затем сверилась с часами. До встречи оставалось пять минут.

— Нет, так не пойдёт... Ты посиди здесь. Оппа сам сходит.

Опять двадцать пять. Чха Гон У снова включил режим гиперопеки.

— Я тебе уже сто раз говорила: у тебя на лице написано, что ты и казино — вещи несовместимые.

— Слишком опасно отпускать тебя одну.

— Да какая опасность? Мы же коллеги по цеху.

Га Гён легкомысленно фыркнула и, расстегнув поясную сумку, показала кошелёк. Ещё до выезда с Гамидо Гон У собственноручно спрятал туда GPS-трекер в виде пластиковой карты.

— К тому же господин прокурор уже позаботился о моей безопасности, верно?

Но и этого ему показалось мало. В кармане её джинсов лежала тревожная кнопка. Она была синхронизирована с телефоном Гон У, так что он мог отслеживать её местоположение в реальном времени, а при нажатии дольше двух секунд автоматически отправлялся вызов в полицию.

— Я все свои двадцать лет прожила паразитом на Гамидо, прошла через огонь и воду и до сих пор как-то умудрялась постоять за себя. Если будешь и дальше меня тормозить, оппа, я решу, что ты просто в меня не веришь.

Она припечатала это так уверенно, словно забила последний гвоздь.

— ...Га Гён.

— Я ценю твою помощь, но дальше я сама. Это мой бизнес.

Вдали показался минивэн. Интуиция подсказывала, что это и есть поставщики голографических карт. Га Гён сунула кошелек обратно и наглухо застегнула молнию на сумке.

То, что ей совсем не страшно, было, конечно же, наглой ложью.

Всю свою молодость она просидела взаперти на Гамидо, поэтому внешний мир был для неё сродни неизведанному континенту. Местом, куда она не могла попасть по своей воле и от которого остались лишь смутные воспоминания о лучших временах.

И вот в этом чужом мире ей предстояло пойти неизвестно куда с сомнительными поставщиками краплёных карт. Любой мужик на её месте струхнул бы, так что её дрожащие коленки — вовсе не признак слабости Чхэ Га Гён.

— Вы бронировали карты?

Старый серый минивэн поравнялся с машиной Гон У, и окно опустилось. На передних сиденьях сидели двое парней с откровенно гопнической внешностью. Видимо, колонки в тачке они прокачали, потому что из салона на всю улицу орал корейский хип-хоп.

— Да. Это я.

Га Гён слегка наклонилась, отвечая им. И хотя говорила она, взгляды гопников сфокусировались исключительно на лице Гон У.

— В машину садится только заказчик. У нас тут, вообще-то, серьёзный бизнес со своими правилами безопасности.

— Я еду одна.

Боясь, что они уедут, Га Гён торопливо выскочила из машины. В ту же секунду Гон У попытался открыть свою водительскую дверь. Да сиди ты уже спокойно, — подумала она. Он из тех, кому надо отказать трижды, прежде чем до него дойдёт.

— Оппа, жди здесь.

Га Гён захлопнула дверь с его стороны и выразительно на него посмотрела. Мол, не порть мне малину и сиди тихо. Заметив это, парень, небрежно свесивший локоть из окна минивэна, насмешливо спросил:

— Хахаль?

— Вы глухой? Я же сказала: оппа.

— А-а, братишка, значит.

Раздалось мерзкое хихиканье, которое тут же потонуло в грохоте басов. Гопник за рулём начал бубнить себе под нос рэп пятнадцатилетней давности, не пропуская ни единого слова.

Из тех, чья единственная цель в жизни — засветиться на «Show Me the Money».

Прикинув масштаб угрозы, Га Гён немного расслабилась. Прожив бок о бок с ублюдками из Тосына, она усвоила одно правило: настоящие гангстеры не играют в гангстеров.

А значит, эти дешёвые татуировки и золотые печатки лишь подтверждали, что перед ней обыкновенная уличная шпана. Взгляды Га Гён, забиравшейся в минивэн, и Гон У, сидевшего за рулем седана с мрачнее тучи лицом, на мгновение пересеклись.

Вжик. Дверь отъехала по полозьям, и внешний мир исчез.

Глядя на дешёвые занавески на окнах минивэна, Га Гён дала себе слово: если запахнет жареным, она сразу же сольёт им, что Чха Гон У — прокурор. Звучит не очень круто, зато во внешнем мире у него абсолютная власть.

Под ритмичное «тунц-тунц» машина тронулась с места. Единственная опора Чхэ Га Гён покорно осталась на улице, как она и велела.

* * *

Они долго петляли кругами, запутывая следы, но в итоге минивэн остановился в подворотне оптового рынка Тондэмун, не так уж далеко от Чхоннянни. Га Гён скользнула взглядом по горам рулонов ткани, сваленным за зданием, и мысленно прикинула их местоположение.

Строят из себя крутых конспираторов, а на деле — дилетанты.

Её внутренний калькулятор мгновенно вычислил, что перед ней шайка неудачников. От этого последние остатки напряжения испарились без следа.

Если они здесь, то Гон У доедет сюда минут за десять, максимум за двадцать. К тому же этот гиперопекающий страж порядка наверняка уже отслеживает её по GPS каждую секунду.

— Сюда.

Они миновали курьерскую кофейню, обшарпанную забегаловку и зашли в магазинчик электронных сигарет, спрятавшийся в самом углу. Несколько парней, резавшихся в карты прямо на стеклянной витрине, уставились на молодую девушку с нескрываемым любопытством.

Га Гён лишь гордо вздёрнула подбородок. Включая двух гопников из минивэна, среди всех присутствующих не было ни одного человека, который знал бы изнанку казино лучше неё. Здесь я — главный эксперт, усвоили?

— Ого, такие молоденькие к нам ещё не заходили.

Боковая дверь открылась, и из подсобки вышел мужик, вытирая тыльной стороной ладони соус от чачжанмёна с губ. На нём была кричащая рубашка в стиле «Версаче», расстёгнутая до середины груди.

Га Гён бегло осмотрела кабинет. На лице мужика не было и намёка на интеллект, зато стены были обвешаны постерами ИТ-компаний, а полки ломились от книг по искусственному интеллекту.

— Значит, нужны краплёные колоды? Даже не знаю, найдутся ли у нас очки для такой дамочки, — протянул он, роясь в ящиках металлического шкафа, занимавшего всю стену. — Дизайн у них больно топорный.

— А в казино важна мода или выигрыш?

— Ну конечно важна! Завалишься туда с таким миленьким личиком и в уёбищных очках — сразу спалишься.

— Тогда дайте те, что выглядят наименее уёбищно. А со спалюсь или нет — я уж сама как-нибудь разберусь.

Услышав это, мужик перестал ковыряться в ящике и медленно смерил Га Гён взглядом с ног до головы. Вопреки его обезьяньей внешности, взгляд оказался удивительно цепким и оценивающим.

— Вообще-то, у нас есть новинка специально для таких красоток, как ты.

Маленький пластиковый контейнер, размером с две фаланги пальца, со стуком лёг на витрину. Га Гён прищурилась, пытаясь разглядеть, что внутри.

— Это контактные линзы. За них придётся накинуть полтинник.