Глава 6
Хвиён крепко зажмурилась и размахивала веткой, зажатой в руке.
Тонкая ветка рассекла воздух с устрашающим звуком. Но это было лишь рассечение воздуха – не более того.
Она уже решила, что сейчас умрёт, и издала полный отчаяния вздох.
– С-стойте!
В этот момент раздался встревоженный голос…
По ту сторону лезвия, нацеленного ей прямо в лицо, она увидела знакомое лицо.
– Ты… жива…
У входа в пещеру, рядом с воином с факелом, стояла ЧхонЁн, вся перемотанная бинтами.
Опасения, что её могли привести как заложницу, развеялись, когда ЧхонЁн, оттолкнув поддерживавшего её воина, захромала к ней и закричала:
– Как вы смеете наставлять меч на Её Высочество? Немедленно уберите!
От её громкого голоса, разнесшегося по пещере, воин нахмурился, сделал шаг назад и убрал клинок.
Когда меч, ещё секунду назад готовый лишить её жизни, был убран, у Хвиён подкосились ноги, и она рухнула на землю. Отчасти это было облегчение от встречи с ЧхонЁн, которую она считала мёртвой.
– Ваше Высочество, вы в порядке? Вы не ранены?
ЧхонЁн, кряхтя и сгибаясь от боли, опустилась рядом и, ощупывая Хвиён, взволнованно спросила.
Кто кого должен был успокаивать?
– Я в порядке. Похоже, ты ранена сильнее меня. Как ты?
– Ваше Высочество…
От этих слов ЧхонЁн разрыдалась.
– Я правда… всхлип, я думала, что с вами что-то случилось… аааа…
– Мы снова встретились – и хорошо. Я тоже боялась, что с тобой что-то случилось. Но… кто эти люди?
Хвиён с подозрением разглядывала воинов, которые, хоть и убрали мечи, всё ещё стояли настороже. Похоже, это были не люди из Тхэсонгука. Может быть…
– Ах, эти люди…
– Значит, то письмо было правдой…
Чей-то голос перебил ЧхонЁн.
Хвиён посмотрела на вход в пещеру. Только что вошедший мужчина острым взглядом оглядывал пещеру. От его властной и пронзительной ауры у неё волосы встали дыбом. Когда он вошёл, воины почтительно поклонились, а ЧхонЁн замолчала с напряжённым лицом.
«Похоже, он их глава».
Заметив её взгляд, мужчина повернул голову. Их глаза встретились, и он криво усмехнулся, неторопливо направляясь к ней.
Враг или союзник?
Хвиён с напряжённым лицом смотрела на приближающегося мужчину. Судя по тому, что он позаботился о ЧхонЁн, он, казалось, был настроен дружелюбно, но она не могла быть уверена.
Остановившись прямо перед ней, он наклонился и протянул руку.
Хвиён, не понимая, что это значит, сузила глаза и уставилась на его руку.
– Пол холодный.
– Ах…
Услышав его слова, она наконец поняла, что он предлагает ей руку. Но она не могла просто так ухватиться за незнакомца.
Видя её настороженный взгляд, мужчина усмехнулся.
– Ваше Высочество, это главнокомандующий Хоегука, – прошептала ЧхонЁн, успокоившись.
– Главнокомандующий Хоегука?
То, что не простой солдат, а главнокомандующий целого государства пришёл её спасать, казалось невероятным. Хвиён снова оглядела мужчину. Она поняла, что его внушительная аура не случайна, но всё равно не могла расслабиться.
Видя, как она насторожена, словно ощетинившийся кот, мужчина с усталым видом заговорил:
– Как вы уже слышали, я главнокомандующий Хоегука Хон Ючхан. Если позволите, я вынесу вас на руках, – и добавил, приподняв бровь: – Как вы знаете, река довольно бурная.
Это прозвучало как вопрос: «Ну что, как поступим?»
Хотя он знал, что у неё нет выбора, Ючхан вёл себя так, будто проявлял заботу. Это было видно по его глазам. У него не было желания помогать ей, но он был вынужден прийти.
Они не были ни врагами, ни союзниками. Скорее, они могли стать врагами в любой момент.
Хвиён проглотила горькую усмешку и взяла себя в руки.
– Благодарю за помощь, командующий.
Получив разрешение, Ючхан уже наклонился, чтобы поднять её.
– Но до входа я дойду сама.
В ногах ещё не было сил, но Хвиён не хотела показывать слабость и встала сама.
– Как пожелаете.
Ючхан убрал руку и выпрямился. К счастью, он не выглядел обиженным.
Большинство царственных особ горды и упрямы, так что он, похоже, отнёсся к этому с пониманием и повернулся.
Хвиён, направившаяся к выходу за Ючханом, внезапно вспомнила кое-что и поспешно остановила его.
– Командующий, подождите.
– Какие-то проблемы?
– Мне нужно кое-что взять.
Она не могла оставить верхнюю одежду, которая, несомненно, принадлежала тому мужчине, который её спас. Если он вернётся в пещеру, то, возможно, заберёт её сам, но она хотела постирать её и починить, чтобы, когда они встретятся, вернуть.
Хотя она не знала его лица, если она оставит письмо, он, возможно, найдёт её.
Хвиён подошла к тому месту, где горел костёр, и взяла разложенную на полу одежду.
– Мужская.
Пока она складывала одежду, Ючхан, стоявший у входа, оказался рядом.
– Это принадлежит тому, кто меня спас.
– Где он сейчас?
Хвиён, отвечавшая небрежно, подняла глаза на Ючхана, который задавал вопросы, словно на допросе. Его взгляд был острым.
– Не знаю.
– Не знаете?
– Да, после того как он меня спас, он оставлял только еду, пока я спала.
На её ответ Ючхан рассмеялся.
– Что вас смешит?
– Просто мне пришла в голову мысль.
Хвиён молча смотрела на него, словно прося объяснить.
– А не было ли всё это спектаклем, устроенным вашим высочеством?
– Спектаклем? Что вы имеете…
– Спасти принцессу целого государства – за это можно получить большую награду. Но он не появляется, а оставляет записку. И вы, ничего не зная, в целости и сохранности находитесь в этой пещере, которую было бы трудно найти без этой записки. Если подумать, всё это вызывает подозрения.
Записка? Значит, тот мужчина дал знать Хоегуку, что она здесь? Она этого не знала, но сейчас это было не важно. Хвиён сделала недоумевающее лицо.
– И вы думаете, что я нарочно прыгнула с обрыва вместе со своей служанкой?
– Просто мысль, которая пришла.
Ючхан пожал плечами, мол, чего вы так остро реагируете, и усмехнулся.
«Мол, если это не так, то и ладно». Так он говорил.
От его легкомысленного тона у Хвиён кровь вскипела.
Она знала, что отношения между Тхэсонгуком и Хоегуком не очень хорошие. Но она не ожидала, что её будут подозревать в таком.
– На нас напали, и нам с моей служанкой чудом удалось выжить. И вы говорите, что это спектакль… с какой стати мне это делать?
– А если…
Ючхан наклонился к ней и прошептал низким голосом:
– Если бы принцесса не пострадала на земле Хоегука, вам бы не позволили войти не то что во дворец, а даже в столицу.
Это означало, что в Хоегуке никто не приветствует людей из Тхэсонгука. И командующий Хон Ючхан – не исключение.
Хвиён не отвела взгляд от его глаз, полных враждебности.
Хотя он не рад её видеть, он явно доставит её во дворец целой и невредимой. Каковы бы ни были его чувства.
Обдумывая это, Хвиён подавила подступающий страх.
– Я услышала ваши мысли, командующий. Надеюсь, в следующий раз вы не будете высказывать такие фантазии вслух.
Она дала ему понять, что его предположения ошибочны.
Видя, как она, дрожа от страха, но уверенно говорит своё, Ючхан громко рассмеялся.
– Хорошо, я учту. У вас есть ещё что взять?
Он указал взглядом на валяющиеся бамбуковые миски.
– Я хочу оставить письмо. Не одолжите бумагу и письменные принадлежности?
– Если вы позволите мне прочитать написанное, я с радостью одолжу вам всё, что угодно.
Похоже, Ючхан всё ещё не избавился от своих подозрений.
В любом случае в письме она хотела поблагодарить своего спасителя и пообещать награду, если он её найдёт.
Хвиён кивнула.
– Хорошо, читайте на здоровье.
Ючхан с видом «ну что она ещё задумала» посмотрел на неё и позвал своего подчинённого:
– Квак У.
На его зов один из подчинённых, стоявший позади, достал из-за пазухи походную тушечницу и кисть, которыми пользуются для отправки почтовых голубей, и подал их. Ючхан взял их и с притворным сожалением вздохнул:
– Вот беда, нет бумаги.
Конечно, должны быть маленькие листочки для привязывания к лапкам голубей, но Ючхан хотел, чтобы эта гордая принцесса склонила перед ним голову и попросила. Или чтобы она отказалась от письма.
Но она поступила иначе, чем он ожидал.
– Если нет бумаги, можно написать на чём-то другом.
Хвиён оторвала кусок ткани от своей порванной течением одежды.
Можно было бы отрезать ножом аккуратнее, но она не хотела ничего просить у Ючхана, который смотрел на неё недобрым взглядом.
Тушечница и кисть есть, а бумаги быть не может – это было явно намеренно. Её замысел был очевиден: «Я хочу, чтобы она попросила».
Хвиён мысленно фыркнула, положила оторванный лоскут на колени и начала писать. Конечно, чернила попали и на юбку, но неровный пол не оставлял выбора.
Написав краткое письмо, она протянула его Ючхану.
– Проверьте.
Ючхан долго и пристально вчитывался в короткое послание. Но в письме, где была лишь благодарность, не могло быть ничего подозрительного.
– Похоже, проблем нет, – неохотно признал он и вернул ткань Хвиён.
Его поведение ей не понравилось, но она молча взяла лоскут, аккуратно разложила его на том месте у костра, где лежала, и придавила небольшими камнями, чтобы его не сдуло. Надеясь, что её спаситель вернётся и найдёт письмо.