Глава 8
– И что вы
теперь намерены делать?
– Не знаю…
Юон ответил без особого энтузиазма на вопрос Хогёма, не сводя взгляда с удаляющейся кареты. Взгляд Хогёма последовал за его взглядом. Между деревьями то появлялась, то исчезала тёмно-гнедая карета и лошади, медленно двигавшиеся по горной дороге. В карете сидела та самая девчонка из Тхэсонгука.
Хогём, глядя на профиль Юона, чьи мысли были совершенно нечитаемы, наконец задал мучивший его вопрос.
– Вы действительно собираетесь оставить её в живых?
Юон заговорил только после того, как карета, мелькавшая между деревьями, скрылась за густой листвой.
С губ медленно сорвались слова:
– Не твоё дело.
Это было то же самое, что он слышал и раньше. Но на этот раз Хогём не собирался отступать.
Он думал, что рано или поздно Юон избавится от неё. Но вместо этого он не только не убил девчонку, но и помог ей добраться до Хоегука. Если бы она была обычным человеком, можно было бы счесть это добрым делом. Но…
– Господин Юон, она же из рода Чжу Яюля! Она сама пришла на нашу землю – и вы просто отпускаете её?
Чжу Яюль. Имя, которое знал каждый, кто служил Юону. Подлый человек, посмевший посягнуть на силу господина. Девчонка была его кровью. Энергия, которую она несла в себе, была настолько отчётливой, что чувствовалась, даже когда она была далеко, и её трудно было разглядеть. В отличие от беспорядочной и шаткой энергии рядом с ним, внутри неё была маленькая, но твёрдая сила – и каждый раз, когда Хогём чувствовал её, его внутренности кипели от гнева. Он хотел убить её, отнять силу и немедленно вернуть её господину.
Ррррр. Из горла вырвался звериный рык, на тыльной стороне ладони вздулись вены. Мышцы бёдер Хогёма пульсировали, словно готовясь в любой момент сорваться с места и броситься в ту сторону, куда уехала карета.
Но.
– Хогём.
Холодный и твёрдый окрик вернул рассудок Хогёму, охваченному инстинктами. Грудь, вздымавшаяся от прерывистого дыхания, успокоилась, а глаза, горевшие звериным блеском, прояснились.
– Я же говорил: решать, что с ней делать, буду я, а не ты.
Встретившись взглядом с его золотыми глазами, в которых не было и следа тепла, Хогём почувствовал, как его боевой дух мгновенно угас, а по коже побежали мурашки. Хотя Юон потерял большую часть силы из-за козней Чжу Яюля, а его энергия была нарушена, он всё же мог одним движением раздавить такого, как Хогём. Ощущая давление, от которого перехватывало дыхание, Хогём упал на колени у ног Юона.
– Простите. Я был недальновиден.
Юон холодно посмотрел на извиняющегося Хогёма и отвернулся. Как только взгляд упал, дыхание, наконец, освободилось. Хогём жадно глотнул воздуха и украдкой взглянул на Юона. Всего несколько дней назад было то же самое, но он забыл об этом и повторил ту же ошибку – не зря Чхон Мун называл его зверем, у которого нет способности к обучению.
Хогём, охваченный чувством стыда, тяжело вздохнул. Юон, не обращая внимания на Хогёма, сосредоточился на слабо ощущаемой энергии. За это короткое время расстояние, видимо, увеличилось, и энергия почти не чувствовалась, если не прилагать усилий, чтобы её уловить. Это почему-то не нравилось Юону – на его лбу появилась лёгкая морщина.
Юон, дремавший в глубине озера на горе Кымнёнсан, проснулся несколько дней назад. Знакомая энергия, ощущавшаяся неподалёку, пробудила в нём инстинкт, стремящийся заполнить пустоту, и разбудила его. Проснувшись, Юон понял, что его потерянная, вернее, украденная часть сама пришла на его землю, и злобно усмехнулся.
«Видно, не знает, что будет, если покинуть ту землю».
С трудом подавив остро вспыхнувшее желание убивать, Юон сразу же направился туда, где чувствовалась энергия. Он намеревался наглядно показать, что бывает, когда посягают на то, на что посягать не следует.
Следуя за энергией, он увидел вооружённых убийц.
«Похоже, мне не придётся пачкать руки».
Юон, наблюдая с высоты, с интересом следил за их действиями.
Но… когда из загоревшейся кареты вышла женщина, он перестал улыбаться. Хотя она успела вырасти из ребёнка во взрослую женщину, он узнал её мгновенно.
«Разве я могу забыть это лицо…»
Это была та, что освободила его от ненавистного проклятия и оков.
Глядя на женщину, которую преследовали убийцы, Юон, не свойственным ему образом, колебался.
Все потомки Чжу Яюля заслуживают смерти. Долг за то, что женщина помогла ему, был давно оплачен. Так что, если бы она погибла от рук убийц, его это не касалось.
Но… когда он пришёл в себя, он уже спас её.
«Ха! Какая глупость…»
Юон, глядя на женщину, которую держал на руках, горько усмехнулся. Из раны на плече, которую задела стрела, капала кровь. Он почувствовал, что те, кто уловил энергию, исходящую из крови, приближаются.
«Жадные твари…»
Проглотив ругательство, Юон распространил свою энергию, словно предупреждение, и двинулся дальше. Найдя подходящую пещеру, он уложил женщину и разорвал полу своей одежды, чтобы перевязать ей руку. Он знал, что если бы передал ей немного своей энергии, такая рана быстро зажила бы, но он не собирался больше давать свою энергию потомку Чжу Яюля.
Он знал, что эта женщина отличается от других. Но прошло много времени. За это время она могла стать такой же жестокой и жадной, как другие потомки Чжу Яюля.
Но, думая так, он не мог отвернуться.
«Я не понимаю, что делаю».
Чтобы согреть дрожащую от холода женщину, он разжёг костёр и сел поодаль. Он мог бы уйти сразу, но не мог легко покинуть это место.
«Когда она очнётся… я только проверю это и уйду».
Так он остался на месте.
Проснувшись, женщина приняла его за убийцу. Его разозлило, что, спасши её, он получает такое недоразумение.
«Если бы я хотел тебя убить, я бы не стал тебя спасать».
Он всё ещё не знал, почему спас её, но было ясно, что он не хотел оставлять её умирать. И это, вероятно…
«Считай, что это была простая прихоть».
Прихоть. Да, как он и сказал женщине, это, наверное, было так.
Поэтому то, что будет дальше, нужно просто подождать и посмотреть. Если бы он отправил её обратно в Тхэсонгук, он не смог бы видеть, что там происходит, поэтому он отправил её в Хоегук, как она и хотела. Но даже по прибытии в Хоегук её желания не сбудутся.
Юон отвёл взгляд от энергии и повернулся, начав спускаться с горы.
– Господин… куда вы?
Похоже, Юон забыл, что Хогём был рядом. Оставшийся Хогём поспешно вскочил и последовал за ним.
– Куда вы направляетесь? Если то место, которое я выбрал для вас в прошлый раз, вам не понравилось, у меня есть ещё несколько мест на примете. Там суровая горная местность, и люди редко туда заходят. Если там, вы сможете спокойно проспать не десять лет, а сто.
Хогём, не умеющий держать язык за зубами, видимо, забыв о недавних извинениях, быстро болтал, следуя за Юоном.
– Или, может, прикажете Чхон Муну объявить это место запретным?
Юон ненадолго остановился и обернулся – Хогём смотрел на него сияющими глазами, словно готовый выполнить любой приказ. Он высоко ценил слепую преданность Хогёма, но иногда это было утомительно. Особенно когда, как сейчас, нужно было многое обдумать.
– Я сам пойду к Чхон Муну, а ты ступай за каретой.
– Что?
Если речь о карете, значит, о той, в которой сидит та самая девчонка из Тхэсонгука. Лицо Хогёма просветлело – он подумал, что ему разрешили убить её.
– Не убивать, а охранять.
– Ох…ранять!? Эту девчонку?
– Да. И если по пути будешь создавать препятствия, чтобы задержать её прибытие в столицу, будет ещё лучше.
Хогём с недовольным видом смотрел на Юона, словно спрашивая: «Зачем отдавать такой приказ?»
– Если не хочешь, не делай. Я позову Квак Чхона.
– А, нет! Я! Я сделаю! Дней на пять задержать?
При упоминании другого подчинённого простодушный Хогём тут же вызвался сам.
– Хорошо. Дней на пять – достаточно.
Юон кивнул, как будто этого достаточно, и Хогём, как ветер, помчался в ту сторону, куда уехала карета. Видимо, он боялся, что Юон передумает и позовёт Квак Чхона, с которым у него были плохие отношения.
Юон, провожая взглядом удаляющегося Хогёма, тоже тронулся в путь. Его цель – королевский дворец Хоегука, куда направлялась женщина. Там было кое-что, что нужно было сделать заранее.