Хотя горная дорога была трудной, Хвиён полагала, что с командующим и его людьми перевал через Кымнёнсан не составит труда, но природную катастрофу предотвратить было невозможно.
Урррр, бабах!
Грохот, сотрясавший всю гору, был подобен грому.
– Все в укрытие!
Раздался тревожный крик, и испуганные лошади заржали.
Карета, и без того тряская на неровной горной дороге, сильно раскачивалась. Хвиён и Чхон Ён, точно листья на ветру, катались по карете, натыкаясь друг на друга и на стены. Всякий раз, когда ещё не зажившие раны ударялись о стенки или сиденья, из груди вырывались стоны.
Гром стих лишь через некоторое время. Вернее, он не столько стих, сколько отдалился и прекратился. Почти одновременно с этим прекратилась и тряска кареты. Опасаясь, что карета снова начнёт ходить ходуном, обе девушки сидели на полу, обхватив свои раненые тела, и не могли расслабиться.
– Вы в порядке?
Вместо того чтобы карета затряслась, открылась дверь. Ючхан, открывший её, был весь в грязи и пыли.
– …Что случилось?
Протянув руку побледневшей Хвиён, Ючхан коротко объяснил:
– Оползень. Камни могут упасть снова, так что выходите скорее.
В пещере она отказалась от его помощи, сказав, что дойдёт сама, но на этот раз пришлось принять её – ноги от страха совсем ослабли. Дорога вдоль обрыва была завалена грязью и камнями. Лошадей, что тянули карету, нигде не было видно – кожаные постромки были грубо перерезаны.
– Лошади сильно испугались, так что я их отпустил. Они обученные, так что найдутся, но по этой дороге карета вряд ли пройдёт.
– Да… похоже на то.
Крупные и мелкие камни перекрывали больше половины пути. Для лошадей ещё как-то, но для кареты проезд был невозможен. Судя по всему, Ючхан решил бросить карету – его люди уже вытаскивали и собирали багаж.
– Вы умеете ездить верхом?
На вопрос Ючхана Хвиён покачала головой и честно ответила:
– Нет. Я вообще впервые вижу лошадь так близко.
– Значит, у вас появится ещё одно первое знакомство.
Ючхан явно намеревался посадить её на лошадь.
– Командующий…
– Из-за дождя несколько дней назад почва размокла, так что придётся сделать крюк и ехать другой дорогой, даже если это займёт больше времени. И, разумеется, верхом.
С непреклонным лицом, давая понять, что другого выхода нет, Ючхан отрезал. Однако Хвиён не могла просто кивнуть. Взгляд её упал на Чхон Ён, которая сидела на земле, выбравшись из кареты.
– Я понимаю ситуацию. Но моя служанка ранена. Она не в состоянии ехать верхом.
Глядя на Хвиён, с тревогой смотревшую на Чхон Ён, Ючхан усмехнулся. В его кривой усмешке явно читалась насмешка.
– Если вы будете так добры, когда-нибудь жестоко поплатитесь.
– Что вы…
– Вашей служанке повезло – она встретила доброго и наивного хозяина. Я постараюсь ехать как можно медленнее. Но большего не ждите.
Сказав своё, Ючхан холодно отвернулся. Глядя ему в спину, Хвиён поняла, что он слышал их разговор в карете перед отъездом. Она видела, как он отошёл далеко… Видимо, правду говорят, что люди с необычайной силой легко слышат разговоры на расстоянии. Хвиён закусила губу, решив считать это ценой урока – впредь быть осторожнее, чтобы слова не разлетались.
Она никогда раньше не ездила верхом, поэтому ей пришлось сесть на лошадь вместе с Ючханом. Учитывая её состояние и состояние Чхон Ён, они двигались медленно, но и это было для них очень тяжело.
– Недалеко отсюда есть вооружённые люди.
Они остановились у воды, чтобы передохнуть. Услышав доклад разведчика, Ючхан, который как раз поил коня и гладил его гриву, замер.
– Разбойники?
Где-то неподалёку поднимался дым. Сейчас жизнь в Хоегуке наладилась, но ещё десять лет назад дела обстояли очень плохо. Тем, кому было нечем кормить себя, приходилось бросать дома и уходить в горы – они становились или перекатниками, или разбойниками. Даже после того, как пошли дожди и земля стала плодородной, они не спустились с гор.
Но из уст разведчика вырвались совсем другие слова:
– Нет. Похоже, это обученные воины.
– Воины?
Нахмурившись, Ючхан перевёл взгляд на Хвиён, которая сидела под деревом и заботилась о своей раненой служанке. Он не мог понять, почему она так беспокоится о служанке, которая боится не столько своей госпожи, сколько короля, и предана больше ему. Вздохнув от глупости держать рядом с собой того, кто может в любой момент ударить в спину, Ючхан отвернулся.
– Должно быть, эти парни из Тхэсонгука. Узнайте, с какой целью.
– Слушаюсь.
Разведчик бесшумно исчез между деревьями. Если обученные воины вошли на Кымнёнсан, причина была очевидна – искать принцессу Тхэсонгука Чжу Хвиён. Нужно было выяснить, для того ли, чтобы спасти, или чтобы убить.
– Вот это неприятности…
Острым взглядом окинув окрестности, Ючхан машинально ощупал рукоять меча на поясе. И тихо подал знак своим людям не ослаблять бдительности.
К счастью, столкновения, которого он опасался, не произошло. Лицо командующего Ючхана было хорошо известно. Поэтому, даже встретив воинов Тхэсонгука, они не приняли их за убийц, напавших на Хвиён.
– Отсюда мы сами сопроводим принцессу.
Мужчина, представившийся Чан Сонджэ – воином, которого король Тхэсонгука отправил охранять принцессу, – смотрел на Ючхана. Ючхан легко ответил:
– Ну, как хотите.
Лицо Чан Сонджэ, просветлевшее от мысли, что всё уладится, тут же окаменело от следующих слов Ючхана:
– Но я и мои люди тоже пойдём с вами. Мы ведь спасли принцессу, и если мы просто уйдём, то потеряем всю славу.
Чан Сонджэ нахмурился от поведения хоэгукского командующего, который, похоже, не знал ни стыда, ни совести. Молодой, но уже командующий – мастер, но характер у него, судя по всему, отвратительный. Встретившись с Хон Ючханом лично, Чан Сонджэ убедился, что слухи не врут. Высокомерный взгляд, которым тот смотрел на него, был неприятен, но затевать драку здесь было нельзя. Чан Сонджэ сжал кулаки.
– Мы будем следовать мнению принцессы. Имейте в виду, что если принцесса откажется, нам будет всё равно на ваши намерения.
Передав выбор принцессе, Чан Сонджэ прикусил губу.
– Действуйте по слову командующего. Нам одним будет непросто войти в королевский дворец.
***
Хвиён, которая, казалось, должна была возразить из-за неудобства соседства с чужеземными воинами, встала на сторону Ючхана.
– Ваше Высочество, что значит «непросто войти в королевский дворец»? Вы говорите так, потому что потеряли подготовленные дары? Не волнуйтесь, они прибудут через несколько дней.
Лицо Чан Сонджэ было таким, будто он получил пощёчину. В отличие от него, взволнованного, Хвиён была спокойна. Она повернулась и посмотрела на Ючхана, прислонившегося к дереву. Их взгляды встретились.
– Дело не в дарах. Дело в том, что мы люди Тхэсонгука.
Похоже, он опять слышал – в ответ донёсся его усмешка.
– Что за…
Хвиён перевела взгляд на Чан Сонджэ, который не понимал её слов, и вздохнула. Говорят, бьющий забывает, а битый помнит. Похоже, Чан Сонджэ и не думал о том, как Тхэсонгук обходился с другими странами.
– В любом случае, мы пойдём с командующим. Запомните это.
Твёрдо заявив о своём решении, Хвиён поднялась. Чтобы приготовиться к отъезду, нужно время, так что она решила немного прогуляться.
– Ваше Высочество, вы идёте гулять? Подождите, я пойду с вами.
Хвиён остановила Чхон Ён, которая, прихрамывая, попыталась встать, и покачала головой.
– Хватит, сиди и отдыхай. Я просто пройдусь немного.
– Но…
– Или хочешь, чтобы тебя снова укачало на лошади? Лучше отдохни. Отдыхай смирно.
Только тогда Чхон Ён снова села, а Хвиён направилась к воде. Вскоре Ючхан уже стоял у неё за спиной.
– Хотите что-то сказать?
– Просто подумал, что принцесса действительно невезуча на людей.
– Будь то фантазия или правда, командующему лучше бы не высказывать свои мысли вслух.
Истинно противный мужчина.
– Потому что я никогда не жил, сдерживая себя.
На замечание Хвиён Ючхан пожал плечами, показывая, что и не собирается меняться. Войдя во дворец, она вряд ли снова его увидит, так что это не её дело. Хвиён замолчала и уставилась на текущую реку.
– Если понадобится помощь, я помогу вам ровно один раз.
От неожиданных слов голова Хвиён сама повернулась к нему. Их взгляды встретились. В глазах, полных отвращения и раздражения, мелькнуло что-то другое, но время встречи было слишком коротким, чтобы понять, что именно.
– Похоже, вы достаточно отдохнули, пора отправляться.
Оставив Хвиён, Ючхан первым развернулся и пошёл.