К чести Хван Мугёна, он сдержал слово – дал ей время на раздумья и больше не появлялся. Но покоя это не принесло.
Хвиён нервно расхаживала по двору, когда вернулась Мэн Со, посланная с письмом. Хвиён встретила её с надеждой:
– Ты быстро. Передала?
– Да, госпожа Хвиён.
Хвиён просила слуг называть её по имени – титул «принцесса» в чужой стране звучал нелепо. Сначала они сопротивлялись, но теперь привыкли.
– Есть ответ?
– Письма нет, но внутренний слуга У сказал, что вам разрешён вход в библиотеку.
Хвиён писала не только о библиотеке, но и просила о встрече. Увы, ответ был только на первую просьбу.
– Что ж… ты устала, иди отдохни.
Она улыбнулась, хотя разочарование жгло изнутри. Библиотека – уже неплохо. Но почему он отказал во встрече? Хвиён сидела в беседке у пруда, глядя на гору Мурён, и думала. Враждебность Чхонмуна была очевидна – он едва скрывал желание избавиться от неё. И всё же он позволил остаться и даже дал доступ к книгам. Зачем? Хотел посмотреть, как она отчается? Усмехнувшись этой мысли, она поправила волосы и вдруг замерла.
Чей-то взгляд.
Она узнала это ощущение – такое же, как при встрече с Чхонмуном. Птицы умолкли, звери затаились. Мурашки побежали по коже. Взгляд шёл от тропы к горе Мурён. Хвиён напряжённо вгляделась в густую листву – никого. Но она знала: там кто-то есть. Она уже хотела встать, как вдруг раздался хруст ветки, и давящая энергия исчезла.
– Ха…
Она выдохнула, не понимая, откуда взялось это напряжение. В груди заныло – она прижала руку к сердцу.
– Госпожа Хвиён, вы в порядке?
Это была Мэн Со. Она вернулась с чаем.
– Я же велела тебе отдыхать… – начала Хвиён, но девочка уже ставила поднос.
– У вас бледный вид, – сказала Мэн Со, наливая чай.
Обычно этим занималась Чхон Ён, но, видно, они встретились по пути. Чхон Ён всё ещё хромала, и только Мэн Со помогала ей. Другие слуги были вежливы, но не более – делали минимум и не стремились помочь.
– Мэн Со, – тихо сказала Хвиён, – будь осторожна, не навлекай на себя гнев других слуг. Я беспокоюсь о тебе.
– Вы беспокоитесь обо мне? – глаза девочки широко раскрылись.
– Да. Я скоро уеду, а ты останешься. Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня.
Хвиён не хотела, чтобы из-за неё пострадал ещё кто-то, кроме Чон Чхона. Мэн Со склонила голову, глядя на неё с удивлением:
– Вы странный человек, госпожа Хвиён.
– Правда?
Хвиён тихо рассмеялась – боль отпустила. Она взяла чашку и снова посмотрела на тропу. Там по-прежнему никого не было, но чувство, что за ней следят, не исчезало.
– Когда вы пойдёте в библиотеку? – спросила Мэн Со с едва заметным волнением.
– Думала завтра… – Хвиён хотела пойти сегодня, но уже поздно. – Ты проводишь меня?
– Да, конечно!
Глаза девочки засияли. Хвиён улыбнулась, но внутри кольнула тревога: не слишком ли часто она берёт Мэн Со с собой? Но, видя её искреннюю радость, не могла отказать. «Буду осторожнее», – решила она и сделала глоток терпкого чая.
А в это время письмо Хвиён попало не к Чхонмуну, а к Юну. Никто в комнате не удивился – Юн взял конверт так же естественно, как если бы он был адресован ему. Его длинные пальцы вскрыли печать, и он пробежал глазами короткое послание.
– Разреши ей войти в библиотеку.
– Что? – Чхонмун широко раскрыл глаза. – Вы серьёзно? Там же…
– Перенеси важные книги в другое место, – отрезал Юн.
Чхонмун облегчённо вздохнул. В библиотеке действительно хранились секретные записи, но их можно было убрать. Он уже хотел спросить, куда, как Юн сказал:
– В тот дом.
– В тот? – Чхонмун опешил.
– Он и так в запретной зоне, да ещё и с иллюзией – никто не найдёт, – холодно ответил Юн и перевёл взгляд на внутреннего слугу У Доксона. – Твоё мастерство ещё при тебе?
– Разумеется, господин Юн.
У Доксон чуть заметно улыбнулся, и за его спиной на мгновение мелькнул пушистый хвост, который тут же исчез.
– И ещё, – Юн провёл пальцем по письму, – встречи с ней запрещены.
Он надавил на строку, где Хвиён просила о личной беседе.
– Я передам, – кивнул Чхонмун, не имея ни малейшего желания видеть её.
У Доксон, понятливый слуга, вышел, чтобы сообщить ответ Мэн Со. Юн молча смотрел ему вслед, затем поднялся, забрав письмо Хвиён. Чхонмун хотел спросить, зачем, но передумал. Юн, освободившийся от чар Тхэсонгука, стал ещё более непроницаемым.
– Я пошлю Хогёма, – сказал Юн. – Пусть заберёт книги. А позже подбросит в библиотеку что-нибудь обычное.
При имени Хогёма Чхонмун вздрогнул, но, смирившись, склонил голову:
– Я подготовлю.