— Нельзя.
— Почему нельзя?
В ответ на невозмутимый вопрос Чхон Джуна Со Хи с силой закусила нижнюю губу и бросила на него довольно угрожающий взгляд.
— Ли Чхон Джун, ты правда не угомонишься?
Они сидели в машине, на которой он подвёз Со Хи до дома после занятий в академии. В тесном, замкнутом пространстве, как обычно, завязался поцелуй. Рука Чхон Джуна, привычно и крепко обхватывающая тонкую талию Со Хи, скользнула вверх — всё произошло в одно мгновение.
Кончики пальцев Ли Чхон Джуна, который уже довольно давно выжидал подходящего момента, забрались под её свитшот. Как только рука, медленно подобравшаяся к шву бюстгальтера, сжала её упругую грудь, Со Хи вздрогнула от неожиданности и грубо оттолкнула его.
— Так почему нельзя-то?
Надув щёки, словно бурундук, у которого отобрали жёлудь, он обиженно заныл. В его глазах, исподтишка изучающих реакцию Со Хи за напускной обидой, плясали раздражающе хитрые огоньки.
— Будто сам не знаешь.
Её холодный отпор его ничуть не смутил. Наоборот, он схватил её за руки, прижал к своим губам и бросил на неё до тошноты жалобный взгляд.
— Со Хи.
— Не строй из себя бедняжку, не сработает.
Поняв, что Со Хи так и не пойдёт на уступки, Чхон Джун закатил глаза и со вздохом отстранился.
— А-а… Не прокатило.
От его жалкой актёрской игры не осталось и следа. Он расправил плечи, которые до этого нарочно сутулил, и мгновенно переключился на своё привычное, донельзя самоуверенное выражение лица.
Глядя на эту бесстыжую наглость, Со Хи поражённо хмыкнула.
— Давай съездим куда-нибудь, когда у тебя закончится Сунын.
— Съездим? — хлопая ресницами, озадаченно переспросила Со Хи. — Куда съездим?
— К тому времени у меня как раз закончится семестр, так что мы оба будем свободны.
Он продолжал воодушевлённым голосом, словно они уже сидели в самолёте.
— Хочешь на Чеджудо? Или можно за границу. Может, в Японию, тут недалеко? Или махнём в жаркие страны, чтобы вдоволь накупаться?
Глядя на его горящие предвкушением глаза, Со Хи подозрительно прищурилась.
— Как ни крути, но заводить такие разговоры именно сейчас — звучит так, будто у тебя исключительно грязные намерения.
В ответ на её резкий выпад Чхон Джун лишь пожал плечами и совершенно невозмутимо заявил:
— Ну а что мне остаётся? Раз никакие уловки не работают, придётся идти напролом.
Со Хи закатила глаза и поспешно выпалила отговорку. Нужно было во что бы то ни стало сбить этот настрой.
— Я сторонница добрачного воздержания.
Конечно, это было не так. Но если бы она не нажала на тормоза хотя бы так, Ли Чхон Джун был готов запрыгнуть на неё прямо сейчас. От этого неожиданного заявления Со Хи его взгляд резко дрогнул.
— …Что?
Моргнув, он уставился на неё в упор.
— Неужели… ты серьёзно?
— О чём ты?
Со Хи недоуменно склонила голову, не ожидая такой реакции. Чхон Джун издал смешок вперемешку со вздохом. Какое-то время он выглядел совершенно сбитым с толку, но затем грубо потёр лицо сухими ладонями и быстро нашёлся:
— Мы ведь всё равно поженимся.
— С чего ты взял? Кто сказал, что я выйду за тебя?
В ответ на её слова, сказанные с надменным отводом глаз, Чхон Джун повысил голос:
— Ты посмотри на неё! Доиграешься ведь.
— А что я такого сказала?
Со Хи продолжала упрямиться, и он потёр шею с таким видом, будто у него подскочило давление.
— Ха, ну ты даёшь.
— …
— Ко Со Хи, ты думаешь, целомудрие бывает только ниже пояса? Ты уже со мной целовалась. Всё, конец. Я уже забрал твою чистоту с потрохами. Так что, следуя твоей же логике, тебе теперь никуда не деться — придётся выходить за меня. Попробуй только потом заявить что-нибудь другое.
Слушая этот несусветный бред, который он изрекал с абсолютно серьёзным лицом, Со Хи в прострации дёрнула ручку двери.
— Я пошла.
Плетясь следом за Со Хи с руками в карманах и полным недовольства лицом, Чхон Джун, как всегда, остановился ровно перед входом в здание. Это было негласным обещанием не переступать черту, которую обозначила Со Хи.
— Пока.
Со Хи помахала ему рукой, и он неохотно вытащил руку из кармана и поднял в ответ. Его лицо с явными признаками обиды было настолько забавным, что Со Хи, уже собравшаяся уходить, внезапно развернулась.
Подбежав обратно к Чхон Джуну, она быстро встала на цыпочки и прижалась к его губам.
Чмок.
Она почувствовала, как от неожиданного поцелуя тело Чхон Джуна слегка напряглось. Когда Со Хи прижалась чуть сильнее, он, наконец отмерев, выдохнул обжигающе горячий воздух. Словно только этого и дожидаясь, Чхон Джун приоткрыл губы и глубоко захватил её пухлую губу.
Жарко обмениваясь дыханием, пока белые облачка пара не рассеялись в морозном воздухе, они с трудом оторвались друг от друга.
Со Хи игриво взъерошила пальцами чёлку Чхон Джуна, падающую ему на брови. При виде этого мальчишеского лица — он смешно наморщил нос, словно ему стало щекотно — где-то в уголке её сердца разлилось приятное тепло.
Ли Чхон Джун с явной неохотой отпускать её то и дело поглаживал её предплечья своими большими ладонями. Ей казалось, что если она не отвернётся первой, этот парень так и простоит здесь истуканом до самого утра.
— Теперь точно всё. Я пошла.
Со Хи развернулась, оставив позади Чхон Джуна с лицом бурундука, у которого снова отобрали все зимние запасы.
Пройдя ещё один квартал, она наконец свернула в переулок возле своего дома. И тут же заметила, как прямо перед её виллой в воздух поднимается и рассеивается сизый сигаретный дым.
Внутри мгновенно сработал радар. Кто бы это ни был, какого чёрта он торчит именно у её двери? Не стоять же теперь на улице. Накатило глухое раздражение.
В такие моменты желание переехать вспыхивало с новой силой. Конечно, без гроша в кармане нужно было радоваться и такому жилью, но райончик здесь был откровенно паршивым. По ночам вечно кто-то орал, переулок был захаркан и усыпан собачьим дерьмом, а шансы наткнуться на мужика, ссущего под телеграфным столбом, были пугающе велики.
Осторожно, с максимальной настороженностью она приблизилась к зданию и поняла, что фигура в низко натянутом капюшоне кажется ей смутно знакомой. Сжавшееся от напряжения тело начало медленно расслабляться. Со Хи подошла ближе, не сводя глаз с Ян Ги Хёка, который с сигаретой в зубах небрежно привалился к стене её дома.
Сколько он здесь проторчал, было неясно, но у его ног валялось с полдюжины окурков. Со Хи остановилась.
— Хозяйка этой виллы — настоящая мегера. Если не хочешь, чтобы тебя обложили матом, подбери окурки.
Сквозь клубы сизого дыма она увидела, как его глаза внимательно впились в неё.
— Да неужели?
Протянул он и демонстративно швырнул зажатую между пальцами сигарету на асфальт. Затем как ни в чём не бывало раздавил её тяжёлым армейским ботинком. Когда он убрал ногу, окурок превратился в жалкую плоскую кляксу, намертво впечатавшуюся в землю.
Скривившись от отвращения и цокнув языком, Со Хи уже собралась пройти мимо него в здание.
— Ко Со Хи.
Из его рта вылетело её имя. Она хотела просто проигнорировать и уйти, но ноги почему-то приросли к земле. Всё из-за странной ауры, исходившей от него сегодня — не такой, как обычно.
Ян Ги Хёк, который одно время стабильно отмечался в компьютерном клубе и таскался за ней до дома, в какой-то момент вдруг исчез. Поначалу она подумала: «О, перестал приходить», — но вскоре выбросила это из головы. По правде говоря, именно столько места Ян Ги Хёк и занимал в её мыслях.
И вот, спустя столько времени, он снова объявился. Какая муха его укусила на этот раз? Она и раньше знала, что он не пай-мальчик, но сегодня от него так и несло надломом. Почему он себя так ведёт, было непонятно, но инстинкты трубили: сегодня что-то не так.
Со Хи повернула голову, чтобы посмотреть на него, и Ян Ги Хёк тоже повернулся. В темноте их взгляды скрестились.
— Сделай мне кофе.
Со Хи тут же нахмурилась.
— Что?
Ян Ги Хёк с невозмутимым видом вздёрнул подбородок, указывая на верхние этажи виллы.
— Кофе, говорю, налей мне.
Лицо Со Хи вытянулось от возмущения.
Он что, больной?
Это даже не стоило ответа. Плотно сжав губы, она сделала шаг к дверям, когда он произнёс:
— Ну как, съездила к отцу на свиданку?
Эти внезапные слова захлестнули её лодыжки, словно тугая петля капкана. Со Хи застыла, переваривая услышанное, а затем медленно повернула голову к Ги Хёку.
Снова повисла тяжёлая, тягучая тишина. В какой-то из квартир, судя по всему, разгорелась семейная ссора — грохот разбиваемых вещей смешался с истошными криками.
Ошарашенно переводя взгляд с Ги Хёка в пустоту и обратно, Со Хи с трудом выдавила:
— Пошли.
Ян Ги Хёк удивлённо вскинул брови.
— Ты же хотел кофе. Пошли.
Со Хи спустилась со ступенек виллы и зашагала прочь из переулка. Она старалась идти как ни в чём не бывало, но с каждым шагом казалось, что её ноги поразила какая-то жуткая болезнь, от которой они гнили и рассыпались. Тело теряло равновесие, и её то и дело заносило из стороны в сторону.
Сзади послышались тяжёлые шаги. Спиной ощущая присутствие Ян Ги Хёка, Со Хи заставила себя проглотить сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди.