Контент удален!

«Сколько у него тел?» — подумала она, глядя на Титана, чье лицо на этот раз не украшали бесчисленные татуировки.

— [Зови меня Тан, — улыбнулся он. — Мы ведь договорились.]

— Ничего подобного! Ты… зачем вообще позвонил?

— [Я же сказал. Потому что соскучился.]

«Соскучился… А не потому, что хочешь меня убить?»

По всему телу пробежал холод, кожу обдало мурашками. 

— Я отключаюсь! — закричала она, исказившись в лице.

— [Почему? Дорогая, а давай поиграем во что-нибудь интересненькое по видеосвязи?]

— Нет! И никогда мне больше не звони! — Сури холодно бросила это в динамик и завершила вызов. Затем проверила блокировку. — Заблокирован… Тогда как он вообще дозвонился?

Решив больше никогда не отвечать на звонки с неизвестных номеров, она тут же набрала Камаля.

— [Сури? Что случилось?]

— Камаль, помоги!

Она быстро объяснила ситуацию. Выслушав все про Райли, он уверенно сказал:

— [Мы когда-нибудь отказывались принять ребенка?]

— Нет. Спасибо, Камаль!

Пообещав, что привезет Райли, Сури закончила разговор. И тут от Титана пришло сообщение.

[Так резко бросать трубку нехорошо!]

С бесстрастным лицом она удалила сообщение, обернулась и тут же уперлась взглядом в грудь размером с дверь.

Это был Адам. 

— Сури. — Он медленно наклонился к ней и низким, пугающе мягким голосом, словно эхом из пещеры, спросил: — С кем ты только что говорила?

Она тут же решила, что момент подходящий, и с гордостью выпалила:

— Я попросила Камаля о помощи!

— Значит, ты хочешь передать Райли директору, — он слегка кивнул и внимательно посмотрел ей в лицо. — Уверен, в «Соул Гардене» ребенок будет в безопасности.

Сури тоже взглянула на него и недоуменно наклонила голову. 

«Что такое? Реакция слабовата…»

Она ожидала чего-то вроде: «Великолепная идея!» или «Потрясающий план!», — но Адам отреагировал слишком сдержанно.

— Я тоже подумал о том, что делать с Найтингейл, — деловито продолжил он. — Заодно расскажу и мистеру Уокеру. Иди сюда. 

Адам вышел вперед, скрестив руки на груди, и встал перед всеми. 

— Сейчас я расскажу о плане экспериментальной перерасстановки медицинских роботов первого поколения серии «Найтингейл». У эксперимента две цели. Первая — оценить возможность повторного использования устаревших медицинских роботов.

Все внимательно слушали Адама. Все, кроме Райли. Девочка с приоткрытым ртом какое-то время слушала, но быстро потеряла интерес и снова принялась рисовать.

— Экземпляр N0138 является зарегистрированным случаем особой попытки автономной перестройки системы подчинения. При возникновении подобных критических ошибок робот подлежит утилизации. Однако у нас есть и вторая цель. Мы хотим проверить, возможно ли возникновение эмоций в нейросети искусственного интеллекта.

****

План невероятно заинтересовал Джиса. Он даже забыл о своей усталости и с воодушевленным видом без умолку тараторил.

— То есть, если верить словам Адама, есть вероятность, что сбой N0138 на самом деле связан с возникновением эмоций, и это может помочь сверхсекретному проекту, который вы ведете с мисс Сури?

Сури, которая всего несколько минут назад относилась к этому «сверхсекретному проекту» с большим скепсисом, растерялась.

— Э-э… ну, это… — запнулась она.

Адам тут же подхватил ее.

— Именно так. Мы планируем разместить N0138 в детском приюте, поселить ее вместе с объектом привязанности — Райли Далтон, — и вести наблюдение. Это поможет нашему проекту. А если N0138 покажет хорошие результаты, появится возможность не утилизировать устаревших медицинских роботов, а попробовать их перераспределить.

Джис широко улыбнулся.

— Если сработает, это будет настоящий ренессанс! Я считаю план отличным. К тому же поступило официальное распоряжение о сотрудничестве с вами, так что я готов помочь чем смогу!

— В таком случае, мистер Уокер, можно попросить вас заняться тонкой настройкой N0138?

Получив поручение от Адама, Джис встал перед грузовым отсеком грузовика и с энтузиазмом застучал по клавиатуре ноутбука.

Сури долго колебалась, но все же подошла к нему.

— Эм… мистер Уокер.

— Можно просто Джис!

— Джис, простите, что втянула вас в такие хлопоты.

Не отрывая взгляда от ноутбука, мужчина широко улыбнулся.

— Какие хлопоты? Я, конечно, не очень понимаю всю эту историю с возникновением эмоций, но если старые роботы смогут снова работать благодаря перераспределению, для меня как инспектора это тоже радостно. Самый настоящий ренессанс!

«Да уж, хотелось бы понять, как он определяет для себя ренессанс», — подумала Сури.

— И еще… —- Большие руки Джиса, стучавшие по клавишам, вдруг замерли. Он поднял взгляд и посмотрел на Райли. Юная художница лежала на бетонном асфальте и увлеченно рисовала угольком, а Адам и Найтингейл с интересом разглядывали ее авангардное творчество. — Сейчас мы действительно работаем ради людей.

Сури уловила едва заметное чувство диссонанса. Инспектор первого класса UH — это элита. Неужели он не чувствует удовлетворения от своей работы?

— Джис, вы же инспектор UH, — осторожно сказала она. — Вы и так уже делаете очень много для людей.

Он слабо улыбнулся.

— Спасибо, мисс Сури. Но в последнее время я и правда сильно путаюсь. Потому что… роботов слишком много.

Как раз в этот момент ноутбук подал сигнал, и Джис сосредоточился на экране. Вглядываясь в темный монитор, он тихо пробормотал:

— Это правда, мисс Сури. Людей становится все меньше, а роботов — слишком много. Их уже и так слишком много, но производство все продолжается. Иногда мне даже кажется, что однажды в мире останутся одни только роботы…

****

Адам и Сури вернулись к трейлеру. Адам постучал в дверь, но на этот раз никто не открыл. Он все равно коротко объяснил бывшей опекунше, что собирается отвезти Райли в приют, после чего просунул между створками закрытой двери визитку.

— Если захотите снова увидеть ее, звоните в любое время.

Так вопрос с маленькой Райли был улажен. Когда они вернулись на пустырь, Джис уже закончил свою работу. Пока он смотрел в экран ноутбука, выглядел немного подавленным, но стоило закрыть его — сразу повеселел.

— Все готово! Ну что, поедем в приют?

Найтингейл снова предстояло ехать в грузовом отсеке. Райли хотела поехать вместе с ней, но Джис решительно заявил, что ребенка нельзя сажать в кузов. Малютка сильно расстроилась, но вскоре смирилась, пусть и с унылым видом.

Чтобы поднять ей настроение, Сури посмотрела на рисунок.

— Райли, это Найтингейл?

— Мама.

На рисунке действительно была не Найтингейл, а скорее мама Райли. На ней была та же длинная юбка, но ее круглая голова была покрыта кудрявыми волосами.

Девушка не стала на этом заострять внимание.

— А меня здесь нет?

— Сестренка — вот.

Сури посмотрела на нарисованную себя. «Я сначала подумала, что это таракан».

К сожалению, похоже, Райли не испытывала к ней особого интереса. На рисунке Сури была похожа на жука-носорога — голова, грудь и брюшко сливались в один круглый силуэт.

— Маленькая еще, не понимаешь, кто тут на самом деле главный, — с сожалением сказала она. — Ладно, подожди. В следующий раз я принесу сладости — тогда нарисуешь меня как принцессу, договорились?

Райли наконец подняла голову и посмотрела на нее большими круглыми глазами. Да, она была вся в грязи, но все равно невероятно милой. Сдерживая желание потереться щекой о ее щечку, Сури указала на высокого человека, стоящего рядом с «таракашкой Сури».

— А это кто?

— Братец.

— Но их двое. Адам или Джис?

Райли несколько раз беззвучно проговорила имена Адама и Джиса, а потом уверенно сказала:

— Адам.

Сури молча посмотрела на нарисованного Адама. Он произвел на девочку сильное впечатление — она даже попыталась изобразить на нем одежду.

Но самым удивительным было другое: у Адама были глаза, нос и рот. Черные глаза, наколотые угольком, смотрели прямо на «таракашку Сури».

«Значит, в детских глазах он выглядит вот так?» — задумалась она, подперев подбородок.