Сури, ворча себе под нос, кое-как умылась, с остервенением почистила зубы и закончила утренние процедуры. Потом переоделась. Под руку как раз попалась футболка с принтом, где бейсбольной битой разбивают монитор, — она тут же натянула ее. Настроение сразу улучшилось.
— Ладно. Забываем вчерашний косяк и идем зарабатывать миллионы!
Когда она спустилась вниз, Адам уже ждал ее, прислонившись к барной стойке на кухне. Сури, как и положено хладнокровному инженеру из Зоны F, отдала распоряжение сухим, деловым тоном:
— За мной!
Щелк.
— И в честь чего это было?
— У тебя милая футболка.
Она одарила его взглядом чихуахуа, которая готова в любой момент вцепиться в горло, и направилась в подземную мастерскую. Адам неспешно последовал за ней.
— Эх… с чего бы начать.
Сури плюхнулась в мягкое геймерское кресло и включила записывающую камеру.
— Я вляпалась в по-настоящему безумный проект. Называется он «Эпл». Проект по обучению Централа 3 любви к человечеству… В общем, именно поэтому сейчас он у меня дома.
Она передвинула камеру на Адама, который как раз выбирал, на какой стул сесть.
— Вес этого секс… то есть гуманоидного робота — двести пятьдесят килограммов. Эй, хватит издеваться над мебелью, иди сюда.
Адам держал барный стул как гантелю и с видом явного сожаления опустил его на пол. Сури снова поправила камеру, фокусируя ее на себе.
— Раз уж мне заплатили миллион долларов, надо хоть что-то сделать, да? Если не покажу вообще никакого результата, меня еще и в черный список UH занесут.
Она обернулась к нему и продолжила:
— Я тут немного подумала. Пусть гениальные методы пробуют гении, а мы попробуем то, что можем сделать только мы. Значит, остается… оно?
— «Оно» — это что?
Она хищно ухмыльнулась.
— «Хоум».
«Хоум» — созданная Сури система обучения ИИ. Неофициальная, но именно она в свое время поспособствовала появлению Адама и Титана.
Адам на мгновение замолчал. Учитывая скорость вычислений Централа 3, это было неожиданно.
— Ты говоришь о моем «Хоуме», Сури? — в его голосе почему-то слышалось смущение.
Она спохватилась и неловко усмехнулась.
— А ты его случайно не удалил? Такое бывает — все-таки это ранняя версия обучающей системы.
— Нет, Сури. Я не удалял его. «Хоум» по-прежнему является частью меня, — тихо ответил он.
Сури искренне удивилась.
— Правда?
— Да. Хотя из-за экспоненциального роста обрабатываемых параметров система «Хоум» прошла через множество апгрейдов и теперь имеет иную форму, нежели прежде. Если не возражаешь, могу показать.
Она почему-то смутилась.
«Что с ним такое? Он говорит так, будто „Хоум“ до сих пор функционирует… Как такое вообще возможно?»
Не проверить она не могла. Сури кивнула.
— Ладно, показывай!
Адам протянул руку и положил ее прямо на монитор.
— Сури, здесь мой «Хоум».
На экране медленно проступил вид какой-то библиотеки. Она была бескрайней, залитой теплым золотистым светом, а в воздухе тихо звучала нежная классическая музыка.
Они оба смотрели на монитор. Когда его взгляд смещался, изображение скользило вдоль полок, уставленных бесчисленными книгами, и останавливалось у большого окна. Там сидела женщина в расслабленной позе.
У нее вырвался обессиленный звук:
— А?..
У окна сидела, как ни странно, она сама.
Экранная версия была одета в белоснежное платье, которое настоящая Сури ни за что бы не надела, и улыбалась мягкой, спокойной улыбкой, на какую настоящая Сури тоже была не способна. Она посмотрела на них и поприветствовала:
[Привет, Адам.]
****
В детстве у Сури была семья, но не было места, которое она могла бы искреннне назвать «домом».
Поэтому она создала «Хоум», где существовали «Мазер» и «Фазер». Она разместила его в ноутбуке, который получила в качестве приза на соревновании по программированию, когда ещё ходила в подготовительную школу.
Хотя толчком к этому послужили отчасти сентиментальные чувства, но вскоре Сури с головой ушла в разработку, и «Хоум» вырос в полноценную систему обучения искусственного интеллекта.
Структура системы была простой. В «Хоум» были встроены две ИИ-модели: модель обратной связи, основанная на этике, и модель обратной связи, проверяющая корректность. Сури называла их «Мазер» и «Фазер».
Обе модели обучались исключительно на ограниченном объёме данных, вводимых пользователем, — чтобы избежать внешнего «загрязнения», — и обладали отчётливо выраженной индивидуальностью. «Мазер» выдавала фидбек, основанный на строгих этических нормах, а «Фазер» — оценочный фидбек, опирающийся исключительно на тщательно верифицированные источники.
Обучаемая модель усваивала информацию, собранную извне, и, получая отклик от «Мазер» и «Фазер», стремилась генерировать выводы, одновременно этически устойчивые и надежные.
Проще говоря, «Хоум» был базовой тренировочной системой, предназначенной для воспитания маленького ИИ — доброго и толкового.
Разумеется, у этой системы были ограничения. Когда объем обучения целевой модели возрастал, «Хоум» терял контроль. Одних лишь «Мазер» и «Фазер», обученных на ограниченных данных, было недостаточно, чтобы полностью управлять интеллектуальным ИИ. Впрочем, это не имело значения. Изначально «Хоум» создавался для тренировки малых ИИ.
Поэтому Сури была уверена, что Адам давным-давно избавился от него.
Она застыла как камень.
«Что это вообще такое?»
Не отрывая взгляда от своей копии на экране, она с усилием разлепила сжатые губы.
— Это же… виртуальная реальность. Почему «Хоум» эволюционировал в VR-тренировочную систему?
— Прости, Сури. Я самовольно изменил твою систему обучения.
— Да бог с этой системой!… Пользователь может адаптировать ее под себя. Но… — Она указала пальцем на себя на мониторе. — Почему она выглядит как я?
Адам объяснил:
— Когда ты приехала в UH, чтобы передать систему, я сохранил данные о твоем облике.
Он был прав. Волосы у Сури на экране были угольно-черными. Такими они были до того, как она начала изводить их бесконечными обесцвечиваниями и окрашиваниями.
Эти черные волосы вытянули на поверхность воспоминания, которые ей хотелось забыть.
«Я останавливаюсь каждый раз, когда вижу на улице черноволосую девочку. Вдруг это ты».
Голос Адама вытолкнул ее из памяти обратно в реальность.
— Когда систему обучения перевели в виртуальную среду и объединили две модели обратной связи, я использовал эти данные для визуализации.
Сури дернула головой, словно щенок, у которого зачесались уши.
— А мои права на изображение? Я на такое согласия не давала.
Ответ на этот вопрос дала черноволосая Сури.
[Данные, полученные на территории UH, могут свободно использоваться для обучения искусственного интеллекта.]
После чего она слегка улыбнулась и добавила:
[Адам, даже в этом случае необходимо всегда проявлять уважение к другим.]
Сури побледнела.
— Почему… почему она так улыбается? Это жутко.
Адам выглядел откровенно смущенным.
— Нет, Сури. Твоя улыбка прекрасна.
Девушка испытала шок, сравнимый с тем, когда увидела на камерах видеонаблюдения, как метеорит упал на ферму. Она закричала:
— Это что сейчас было? Не разговаривай со мной как чат-бот для свиданий!
Адам был искренне ошеломлен этими словами. Он принялся извиняться с сдавленным голосом:
— Прости, Сури. Раз ты так говоришь, значит, я действительно допустил ошибку. Если тебе не нравится мой стиль общения…
— Хватит! — девушка резко оборвала его. — Давай сразу договоримся. Здесь запрещены бездушные комплименты и пустые извинения!
Лишенный бездушных комплиментов и пустых извинений, Адам замолчал. Похоже, именно этим он и собирался отделаться.
Сури с трудом подавила желание треснуть его по голове половником.
— Я не могу работать, глядя на это. Давай сначала поменяем внешний вид интегрированной модели фидбека. Как тебе вариант с обликом нашего тимлида?
Адам неловко ссутулил свои массивные плечи.
— Не очень…
Щеки Сури раздулись, как у рыбы-фугу.
