Сури поняла, что голос звучал не в ушах, а прямо в голове. Такое невозможно было игнорировать.
— Т-твой рот. А-ах!.. — всхлипнула она, впиваясь пальцами в простынь так, что они побелели.
Последовало довольно хмыканье.
— Умница.
Он прижался губами к промежности так плотно, словно и впрямь собирался ее съесть, и мягко втянул клитор. Не ожидавшая такого наглого напора, девушка издала стон, больше похожий на вопль. На миг перед глазами все побелело. Но лишь на миг. Проявив почти нечеловеческую выдержку, она собралась и выкрикнула:
— Н-нет! Пожалуйста, прошу!
Терпеть больше было невмоготу. Она зарыдала навзрыд и задергала ногами.
— Я… я сейчас… не могу… не хочу…
Адам уловил подлинное отчаяние в ее крике и медленно поднял голову.
— Сури?
В глазах у нее потемнело. «Все пропало. Если так пойдет дальше, о человеческом достоинстве можно забыть».
— В туалет. Я хочу в туалет! — закричала она, задыхаясь от паники.
— А-а, — протянул Адам и тыльной стороной ладони вытер влажный рот. — Я все думал, почему ты с самого начала так ерзаешь. По-маленькому или по-большому?
Ей хотелось провалиться сквозь землю. Слезы капали одна за другой.
— По-маленькому… — выдавила она.
Адам оскалился в улыбке.
— Тогда просто сделай это.
— Ты больной?!
— Я в полном здравии.
Он развернул над ее головой голографическое окно. Перед ней открылось общее поле зрения сексдроида: в реальности он легко подхватил Сури на руки и направился в ванную.
— Вот, туалет. Можешь пописать, — предложил он.
Сури была на грани помешательства. Она дергалась и толкала его.
— Не хочу!
— Здесь никто не увидит.
— Ты… робот-извращенец. Хватит уже. Выпусти меня!..
— Все равно, когда ты станешь бабушкой, мне придется тебе помогать. Считай это тренировкой.
— Кошмар! Этого никогда не будет!..
На слове «кошмар» панель вспыхнула.
[- -+]
— Кошмар, значит.
Он легко подхватил барахтающуюся девушку. Мощные руки обхватили ее конечности, придав телу позу, в которой обычно держат малыша над горшком.
— Просто расслабься, — прошептал он в самое ухо. — Пись-пись…
— Нет! — взвизгнула Сури. — Нельзя, правда нельзя!
Адам хихикнул.
— Беда-то какая. Ничего же страшного. Но если ты будешь смотреть на меня таким отчаянным взглядом и рыдать в голос, у меня и вправду проснутся странные наклонности.
— Они у тебя уже странные!..
— Правда? Поэтому у меня сейчас такая реакция?
Он слегка подался бедрами. Прижатый к ее ягодицам член тяжело вывалился вперед. При виде темно-алого ракетоподобного столба сопротивление Сури стало еще яростнее. Захлебываясь всхлипами, она извивалась всем телом.
— У-убери! Прочь! Нельзя, чтобы он выпирал… спереди!
— А, в этом дело? Боишься обмочить? — голос стал шелковым. — Понял. Уберу. Чтобы не запачкать, лучше спрятать его поглубже.
Он притянул ее к себе еще ближе и крепко обнял. Когда ее ноги разошлись шире, аккуратная щель тоже растянулась, обнажив узкий вход. Адам приставил к нему головку.
Не имея возможности пошевелить и пальцем, она лишь жалобно мотала головой, и даже это больше походило на судорожное кивание.
— А-ах, не надо. А-ай, нет…
Он медленно задвигал бедрами. Она уже была насквозь мокрой от своих соков и его слюны, поэтому скольжение было легким. Головка размером с детский кулак мягко вошла внутрь.
Раздался звук, в котором невозможно было разобрать, стон это или крик.
— А… хыа… а-а-а-х!..
Адам шумно выдохнул в ответ.
— Сури, это нечто… Такое чувство, будто меня зажимают в тисках. — Обхватив ее, он начал двигать бедрами. — Попробуй принять все до конца. Здесь у тебя получится.
Он был прав. В реальности у нее все сильно опухло после вчерашнего, и она бы расплакалась от боли из-за одной только головки. Но здесь была виртуальная реальность. Пока держался разум, не было ничего невозможного.
Член входил все глубже, будто намереваясь распороть живот изнутри. Наблюдая, как низ живота выпирает под его напором, она издала хриплый, похожий на всхлип крик.
— Адам… не надо… ик… извращенец… дурак…
[- -+]
Он опустил руку к широко раскрытому влагалищу. Пальцы нащупали место их соединения, углубились и нашли клитор, спрятавшийся под мягким капюшоном. Зажав напряженную, сжавшуюся точку между указательным и средним пальцами, он сладким голосом прошептал:
— Кто бы сомневался, что ты разработчица. Все норовишь развить во мне странные наклонности. Раз меня все время называют извращенцем, так и тянет стать им по-настоящему.
Подушечки пальцев завибрировали, сжимая маленький клитор так, словно собирались его раздавить. Но и это было не все. Он прижал всю ладонь к низу живота, обрушив на нее одновременно и вибрацию, и давление.
В тот миг плотина, которую она с трудом удерживала под напором «ракеты», рухнула, и Сури закричала.
«Говорил ведь, что здесь никто не увидит…»
Журк — прозрачная струя брызнула наружу. Она щедро залила его пальцы и потекла дальше. Вместе с ней хлынули и слезы. Девушка разрыдалась.
— Хыа! А-а… Не хочу. Не хочу! П-пожалуйста, хватит!..
— Сури, — он крепко прижал к себе бьющуюся в истерике девушку и, не меняя позы, задвигал бедрами. — Еще вчера ты делала вид, что ничего не понимаешь. Забралась с сексдроидом в ванну, терлась своей мягкой попкой о член с самым невинным видом.
— А-а… м-м… т-ты… слишком глубоко!..
— А сегодня обмочила мне руку. В следующий раз сделаешь это на член.
Она в ужасе уставилась на него. Черные, залитые слезами глаза сверлили сексдроида насквозь, словно пытались испепелить. В этот миг он окончательно постиг два понятия, которые до сих пор существовали для него лишь как сухая информация из базы знаний.
— Ты прекрасна. Это возбуждает.
Не отпуская ее, он повалился вперед, и, не имевшая сил сопротивляться, она рухнула лицом в мягкую постель. Получилась неприглядная картина: белая задница задрана вверх и огромный член, который двигался как поршень.
Адам обеими руками впился пальцами в ягодицы. Не знавшая загара кожа была белой и нежной. Раздвинув их в стороны, он увидел все — от плотно сжатых складочек до распухшей алой плоти, растянутой до предела вошедшим в нее членом.
— Ха, — вырвалось у него.
Сури, лежа ничком и всхлипывая, пыталась приподняться на тонких руках.
— Не надо… Не раздвигай…
Адам оскалился в улыбке.
— Сама же просила сотрудничать, а теперь говоришь остановиться.
С трудом повернув голову, она зло посмотрела на него через плечо.
— Придется тебя усмирить, — усмехнулся он.
«Что он еще задумал?» — мелькнуло у нее, как вдруг член внутри шевельнулся.
— А? — недоуменно всхлипнула она.
Плотно заполнявший изнутри стержень начал медленно двигаться. Она чувствовала, как влагалище повторяет его изгибы.
— Ч-что это?..
Сури застонала, пытаясь изогнуться и хоть как-то уйти от странного ощущения.
Адам навалился на ее хрупкую спину.
— Я сделал апгрейд, чтобы подстроиться под позу «по-собачьи». Лучше всего, когда член изогнут вниз.
— А!..
— Начинаю двигаться.
