Онлайн чтение книги Леди-малышка Lady Baby
Глава 55

— Извини, мама. Но теперь я снова нормально дышу, всё в порядке.

Миссис Рустичель некоторое время молча смотрела на дочь.

Когда уголки улыбающихся губ Калиопы слегка задрожали, миссис Рустичель снова крепко обняла дочь. При этом её прикосновение было гораздо более осторожным и нежным, чем в предыдущий раз.

— Извини, что я рассердилась. Я злилась не на тебя, Липе.
— Я знаю.
— То, что ты заболела, — не твоя вина.
— И не твоя тоже, мама.

Глаза миссис Рустичель широко раскрылись. Она ещё сильнее прижала Липе к себе и поднялась.

— Теперь действительно ничего не болит?
— Да, всё нормально.
— Тогда пошли домой.

Липе на мгновение замялась, но кивнула и взяла мамину руку.

«В такой ситуации осматривать всё вокруг уже не получится… Жаль, но сегодня придётся остановиться, придётся прийти в следующий раз», — подумала она.

Мысль о том, что после сегодняшнего случая ей будет трудно выйти из дома, вызвала тихий вздох.

И вдруг раздался знакомый голос:

— О, миссис Рустичель?

Она вздрогнула от неожиданности.

— Миссис Брижель.

Из соседнего здания вышла миссис Брижель и быстро подошла.

Глаза Липе слегка сузились. В памяти всплыли неприятные воспоминания с первого чаепития после возвращения в прошлое.

«Хорошее нужно делить, а вы, миссис Рустичель, так не смотрите… Вы слишком жадная», — вспомнила Липе слова Брижель, когда та обвиняла её мать в лжи, сказав, что та не нанимает учителя этикета.

Эти воспоминания теперь отчетливо наложились на лицо миссис Брижель.

— Здравствуйте, миссис Брижель, — вежливо произнесла Липе, слегка держа подол платья и скрывая свои внутренние переживания.

— Здравствуй, Липе.

Миссис Брижель всё так же странно и оценивающе смотрела на Калиопу, воспитанную в безупречных манерах.

— А что случилось? На улице такой шум, я решила выйти…

На эти слова миссис Рустичель взглянула на здание напротив.

— А, это салон миссис Брижель…

В салоне миссис Брижель Калиопа уже несколько раз бывала.

Миссис Рустичель заботливо провела рукой по голове Липе:

— Кажется, Липе нехорошо. Вдруг она начала задыхаться…

— Ох…

Миссис Брижель привычно выразила обеспокоенность. Её мысли бурно вращались в голове, а зелёные глаза мельком оглядывали окрестности.

Она заметила, что из-за шума несколько человек обратили внимание на их сторону.

— Сейчас ехать в карете было бы не лучшим решением для здоровья, — предложила она мягко. — Почему бы вам не отдохнуть в моём салоне?

— Благодарю вас, — учтиво ответила миссис Рустичель, ценя такое внимание.

***

«Хмм… как неожиданно, я оказалась в самом подозрительном месте», — подумала Калиопа, лёжа на раскладной кушетке.

Когда служанка салона принесла тёплую воду, Калиопа взяла её. Она не чувствовала жажды, но тело всё же приняло воду с благодарностью — и та приятно скатилась по горлу.

Сейчас Калиопа отдыхала в комнате отдыха за салоном миссис Брижель.

Так как это была комната для служанок, места было мало, а миссис Рустичель и миссис Брижель, в основном, находились в зале, где принимали гостей.

Миссис Рустичель хотела быть рядом с дочерью, но миссис Брижель попросила понять, что гостей в подобное скромное помещение пригласить нельзя.

Калиопа, в свою очередь, заявила, что хочет спокойно побыть одной и ни о чём не думать.

Миссис Рустичель на мгновение колебалась, но в итоге последовала за миссис Брижель в зал.

«Наверное, маме нужно успокоиться больше, чем мне…» — подумала Калиопа.

Тёплый чай должен помочь снять напряжение.

«И мне самой нужно немного разобраться в ситуации», — продолжала она размышлять.

Что это за давящее чувство было? Оно похоже на то, которое она ощущала, когда не хотела петь…

«Но теперь это намного сильнее».

Одно воспоминание о давлении, которое она чувствовала, вызывало мурашки по коже, а его сила была почти невыносимой.

«Воздух всё ещё липкий», — отметила Калиопа про себя.

Только здесь воздух ощущался таким образом, поэтому это место казалось самым подозрительным.

Она выбрала побыть одной и спокойно собраться с мыслями.

Служанка тоже просто подала воду и вышла из комнаты отдыха.

Калиопа тупо смотрела в потолок.

Вдруг, словно кровь снова пошла по телу, затылок пронзила дрожь. Только тогда Калиопа осознала, что была напряжена.

Хотя это был короткий момент, ей подумалось, что она может умереть прямо здесь.

«А… в такой момент…»

Страшно, больно или тревожно — в такие моменты нельзя позволять себе увлекаться этими чувствами.

«Нужно думать, думать.»

Сейчас нужно понять, что происходит, что делать дальше, как защитить семью.

И с этого нужно было начать.

«Я понимаю…»

Но мысли не складывались. Хоть она и старалась сосредоточиться, мысли рассыпались.

Калиопа тихо смотрела на дрожащие руки и сжала их в кулаки.

Когда она осталась одна, бездна окончательно поглотила её.

Калиопа закрыла глаза.

***

— Должно быть, вы очень испугались, — сказала миссис Брижель, предлагая чай.

Миссис Рустичель взяла за ручку чашки и слегка улыбнулась — это было выражением благодарности.

— Да, хорошо, что могу отдохнуть здесь. Поездка на карете тоже могла бы сильно нагрузить тело, — сказала миссис Рустичель, полностью сосредоточив внимание на дочери в комнате отдыха.

Она понимала, что её дочь необычна.

Хотя для неё Калиопа оставалась маленькой и ребёнком, объективно, по сравнению со сверстниками, она была очень взрослой.

Её интеллектуальные способности, включая учебные навыки, были на высоком уровне, а заботливость и терпение тоже поражали.

По этой причине она ещё сильнее переживала.

На самом деле, не было ли так, что всё это время, пока она бродила по улицам, ей было плохо?

Неужели она просто скрывала это, чтобы мама не волновалась?

В тот момент, когда миссис Рустичель тихо вздохнула, миссис Брижель заговорила:

— Как раз случай совпал. Дети иногда внезапно сильно заболевают, так что беспокоиться стоит.

— Хотя она и не слишком крепкая, но не настолько слабая…

Конечно, когда она была младенцем, у неё бывало лёгкое недомогание. Но такого, чтобы внезапно началось сильное гипервентиляционное состояние, ещё не случалось.

Миссис Рустичель заранее связалась с лечащим врачом, чтобы тот сразу провёл обследование, как только они вернутся домой, но всё равно чувствовала тревогу.

— Наверное, ничего серьёзного. Симптомы гипервентиляции могут проявляться и без какой-либо болезни, — сказала миссис Брижель, будто это было пустяком. Она уже начала уставать подыгрывать остальным.

Миссис Брижель не забыла унижение, которое она испытала на прошлой чайной вечеринке вместе с миссис Рустичель и Калиопой.

Она даже не думала о том, что сначала сама обвиняла миссис Рустичель в жадности и лживости.

«Я ведь не обвиняла, я просто проявила разумную подозрительность».

Но тут вмешалась маленькая девочка, рассуждала о правилах этикета и противостояла ей.

А после этого на неё смотрели другие дамы…!

До сих пор эта сцена иногда всплывает ночью, и она дрожит при воспоминании.

«И почему же в тот день миссис Самона обратила внимание именно на Калиопу…»

И без того взгляды других дам были недружелюбны, а когда миссис Самона проявила особый интерес к Калиопе, она стала ещё более настороженной.

В тот день миссис Брижель после этого ни слова не сказала и сидела, словно мышь, просто пила чай.

Вернувшись с чайной вечеринки, она заставила дочь читать книги и обучала её основам учтивых приветствий, но всё шло не так легко, как хотелось.

Всё это время всплывали слова Калиопы:

[Мадам Брижель, я понимаю, что ваша младшая дочь на два года младше меня. Естественно, что трёхлетняя девочка ещё не освоена в правилах этикета.]

Спокойное лицо и ровный голос, с которым она говорила.

[Если с ребёнком обращаться с чрезмерными ожиданиями и насильно пытаться учить его, это может повлиять на его эмоциональное развитие.]

«Да кто тут кого учит, наглость какая!»

И ведь семья Рустичель тоже использовала Калиопу, чтобы привлекать внимание светского общества.

«При этом делают вид, что нет».

Если бы не было наблюдающих взглядов, миссис Рустичель и Калиопу бы в салон не пустили.

«Зато это улучшит мою репутацию. Я проявила доброжелательность к той, кто меня оскорбила».

Миссис Брижель сделала глоток чая и украдкой посмотрела на миссис Рустичель.

От лица дочери было видно, что она измучена болезнью. Миссис Брижель сдержала усмешку.

«Я ведь сейчас оказываю услугу, так что небольшая хитрость позволительна».

Она улыбнулась мягко и сказала:

— Кстати, слышала новости, миссис Рустичель?

— Что?

Миссис Рустичель, погружённая в заботу, подняла голову.

— Говорят, вы были на пикнике у миссис Самоны.

— Ах, да. Мы получили приглашение.

— Это было приглашение с той чайной вечеринки, да? Тогда миссис Самона так много говорила о вас…

Слова казались комплиментом, но на самом деле указывали на недовольство, что атмосфера на вечеринке сместилась в сторону одной стороны.

В тот день самой обсуждаемой была миссис Самона.

Люди, близкие к высшему свету, но не способные пробить крепкие барьеры, были особенно раздражены.

Но сама миссис Сомона обратила внимание только на Калиопу, поэтому неудовольствие у других возникло вполне закономерно.

－Особенно с миссис Брижель тогда была маленькая ссора.

Миссис Рустичель отнеслась к недовольству миссис Брижель с улыбкой.

－Это пустяки. Тем более, что моя дочь больна, и я не хочу ввязываться в борьбу за влияние.

— В тот день Липа и Хильдерт подружились. Кажется, миссис Самона осталась довольна вашей дочерью, — добавила она.

— Я была просто поражена. Даже если миссис Самона понравилась, почему только Калиопу пригласили? Разве не всех детей семьи Рустичель приглашали?

— Друзья по возрасту — это полезно для детей. Пригласить всех детей семьи — значит укрепить близость между семьями.

Миссис Брижель нарочито выразила удивление, но миссис Рустичель спокойно отнеслась к этому.

«Если это хоть немного поможет больной Липе отдохнуть, я готова это терпеть».

Миссис Брижель прикрыла губы чашкой, уголки рта слегка поднялись криво.

«А на самом деле, она радуется сама, а прикрывает это ребёнком».

Самое раздражающее для миссис Рустичель было то, что эти выгоды, возникающие из дружеских отношений между семьями, не интересовали её. Она держалась высокомерно, а затем метнула острый вопрос:

— Вам нравится использовать ребёнка, чтобы угодить влиятельным людям?