Онлайн чтение книги Леди-малышка Lady Baby
Глава 60

Госпожа Брижель внезапно нахмурилась. 

Прежде чем она успела что-либо сказать, госпожа Рустичель продолжила: 

– Я была поражена, увидев, как вы легко поднимаете руку на Калиопу. Но сегодня слышала, что вы систематически избивали ребёнка. 

Слово «систематически» вызвало у Брижель ледяной трепет в груди. 

Насколько же много она знает? 

Страх, сжимавший сердце, накрыл её словно невидимая хватка. 

С бледным, застывшим лицом и презрительным взглядом Брижель покачала головой: 

– А… нет. Нет, госпожа Рустичель придумывает это из обиды. 

Её голос дрожал без пощады. Рот был пересохший и стянутый. 

Искренне оскорблённые глаза блуждали по залу, будто она искала поддержку у кого-то ещё. 

Она выглядела скорее бедной жертвой, подвергшейся ужасной несправедливости, чем виновной, загнанной в угол. 

– Вы обмануты госпожой Рустичель. Всё её высокомерное поведение – лишь искусная игра. Она заставляет некоторых детей вести себя как взрослые… 

– Ну, по крайней мере, я не думаю, что госпожа Брижель лишена чуткости, чтобы быть обманутой, – прозвучало холодно. 

Брижель замолчала. Её слова превратились в обвинение в том, что она «не умеет разбираться в людях». 

– Нет, я… я видела Калиопу в тот день очень близко… 

– Я тоже видела Калиопу на прошлой пикнике госпожи Самоны, – сказала гсопожа Рейд, и госпожа Роахин кивнула, улыбаясь. 

Хотя ситуация была напряжённой, воспоминание о том дне вызвало у неё тёплую улыбку. 

– Такая смышлёная. 

– Умная. 

– Правда, прелестная! Я так завидовала, что у кого-то есть такая дочь. 

– Всё так? Я впервые вижу, чтобы её хвалили так единодушно. 

Богатая дама, которая не была на пикнике госпожи Самоны, с любопытством засияла глазами. 

Хотя она уже слышала о Калиопе несколько раз, это оказалось удивительно. 

– Выглядела словно фарфоровая кукла, но наблюдать, как она делила тарт на части, чтобы понять деление – это восхитительно. 

– И насколько же рассудочна в поступках. 

– Госпожа Рейд хвалит её редко. Хотелось бы и мне встретиться. 

Обстановка стала необычайно тёплой. 

Брижель, ошарашенная внезапной переменой ситуации, сжала зубы. 

«То есть меня сейчас обманывают. Почему же никто не слушает меня?» 

Но если она снова скажет это, это будет выглядеть как уничижение чужого мнения. 

– Госпожа Рустичель… 

Госпожа Брижель резко сменила направление атаки. 

– Извинитесь. 

Она выпрямила плечи и прямо встретила глазами всех присутствующих, требовательно произнеся: 

– Что вы говорите, будто я систематически избивала собственного ребёнка? Честно говоря, за всю мою жизнь я никогда не слышала такой оскорбительной клеветы. 

Её величественная уверенность заставила замолчать не только госпожу Рустичель, но и всех остальных дам. 

Сколько бы злости ни копилось из-за привычки бить собственного ребёнка и попыток при этом дотрагиваться до чужих детей, теперь она не знала, с чего начать объяснения. 

– Госпожа Рустичель, разве вы не знаете, что ребёнок для меня важнее моей собственной жизни? Такие дети, которых я люблю, не пострадали бы от моих рук. Я клянусь, этого никогда не было. 

Брижель с удовлетворением улыбнулась, видя, что Рустичель не смогла возразить. 

– В конце концов, никто не видел, доказательств нет. 

Даже если бы слуга и донёс что-то, его можно было бы подкупить. 

Синяки на телах детей — единственное доказательство, которое невозможно отрицать. 

Но как в такую ночь привести детей сюда? 

Нужно просто справиться с этой ситуацией и потом как-то выкрутиться. 

– Хуф… – выдохнула госпожа Рустичель, чувствуя, как её дыхание дрожит от ярости на Брижель, тревоги за детей и ужасного характера происходящего насилия. 

– Действительно… – продолжила она, с трудом сдерживая дрожь в голосе. – Я хочу спросить, как можно… как родитель… как можно так сильно бить ребёнка, который для вас дороже собственной жизни? 

Просто представляя это, руки начинали дрожать. 

Люциус, Роберт и Калиопа… 

Даже если они заболевают, моё сердце сжимается, а как же я могла своими руками причинять им боль? 

– Как страшно маленькому ребёнку, который подвергался систематическому насилию, сколько ужаса и отчаяния он испытывал… 

– С чего вы это всё говорите, а доказательства есть? – внезапно прозвучал вопрос. 

Почему-то между дамами раздался тихий смех. 

«…Что это?» 

Брижель, уверенно заявлявшая о доказательствах, вздрогнула и стала наблюдать за реакцией. 

– Слышали, говорят, что только преступники, боящиеся, что докажут их вину, всегда спрашивают о доказательствах. 

– Так как ничего не происходило, доказательств быть не могло, вот я и спросила, – спокойно ответила Рустичель. 

Да, доказательств не существует. Это всего лишь проверка. В такие моменты нужно оставаться уверенной. 

– Нахальная особа, – пробормотала одна из дам, сжимая губы от негодования. 

– Я и не ожидала другого, – вздохнула госпожа Самона, с лёгкой усмешкой наблюдая за сценой. 

Госпожа Брижель достала из сумки небольшой предмет. 

"Коммуникационный кристалл?" – подумала она, одновременно облегчённо выдохнув. 

«С помощью этого кристалла связаться с детьми?» 

Ха, довольная предстоящей победой, Брижель улыбнулась самой себе. 

С помощью кристалла можно было лишь связаться с другой стороной. 

"И за такой разговор они берут немалые деньги…" 

По этой причине Брижель редко пользовалась коммуникационным кристаллом. Так поступали и другие. Эффективные телеграммы заменяли срочную связь. 

«В таких случаях удобно сразу проверить, что говорит собеседник, но здесь я ошиблась». 

Брижель, полностью спокойная, посмотрела на кристалл: 

"Дети никогда не скажут, что их били". 

Даже если среди слуг есть предатели, контакт с ними не повредит. 

Достаточно будет, если дети скажут, что никто не пытался их заменить. А если их разбудили поздно ночью и задали шокирующие вопросы — они просто пожалуются и вернутся. 

Даже если завтра кто-то придёт присмотреть за детьми, Брижель будет в безопасности: достаточно сказать, что ночью её постигло огорчение и она лечь отдохнуть. 

"Идеально". 

Госпожа Брижель гордо подняла голову и обратилась к госпоже Сермоне: 

– Похоже, кто-то подкуплен и дал ложные показания. Я невиновна, разберитесь с этим. 

При этом она не забыла улыбнуться госпоже Рустичель. 

"Я победила. Пусть официальное письмо уйдёт от меня". 

Приятно было лишь представить, как лицо высокомерной Рустичель искажается от раздражения. 

– Нет, никаких свидетельств нет, – покачала головой госпожа Самона. 

Нет свидетельств? Брижель задалась вопросом и тут же начала манипулировать кристаллом. 

– Доказательства есть, – сухо пояснила она. 

Кристалл засветился и из светового потока сложилась фигура. 

Маленькая фигурка, появившаяся перед Брижель, заставила её глаза дрожать от волнения. 

Все предыдущие её тревоги казались ничем по сравнению с этим. 

"Что… как? Почему это…?" 

– Кристалл передаёт не только голос, но и изображение, – спокойно объяснила госпожа Самона, слышно было лишь в голове Брижель. 

– Конечно, расход маны велик, поэтому его используют редко. Я сама впервые получила видео. 

Брижель, владеющая значительной торговой сетью, была ошеломлена. 

Даже высшие дамы светского общества использовали дорогие коммуникационные кристаллы как телеграф, хотя сами редко прибегали к ним из-за высокой стоимости. 

Однако обмен видео был настолько дорог, что даже эти дамы практически не использовали его. К тому же нужды в передаче видео обычно не возникало. 

Но несколько дней назад одновременно на кристаллы всех дам поступили видео. 

Оказалось, что оно было шокирующим. 

На видео взрослая женщина била маленького ребёнка, которому было около трёх лет, а затем пинала его, когда он упал. 

[Почему! Почему ты не можешь даже это сделать! Это же всего лишь привет! Из-за твоей слабости меня унижают!] 

[Мама,мама,прошу остановись…] 

Слабый детский голос раздавался, но удары не прекращались. 

Женщина, пока не остыла её злость, продолжала применять насилие, задыхаясь, а затем, изнемогая, остановилась, чтобы перевести дыхание. 

Она подняла ребёнка, дрожащего и не способного даже всхлипывать, и проверила его тело на наличие травм. 

Все дамы, смотревшие видео, глубоко вздохнули, увидев ужасные синяки на маленьком теле ребёнка. 

Синяки не появляются сразу; по их цвету и состоянию можно определить, сколько времени прошло. 

Судя по состоянию ребёнка, его били регулярно. 

Даже после окончания видео дамы долго не могли прийти в себя. 

Некоторые из них, с чувствительной психикой, впоследствии даже заболели. 

Установив контакт с отправителем, выяснилось, что это был неизвестный код. 

Каждая из дам пыталась связаться со своими близкими через кристалл, но никто не знал код отправителя. 

И все поняли, что получили одно и то же видео, а женщина на нём, видимая только со спины, — госпожа Брижель. 

Отправить столько видео мог только представитель высшей знати. 

Дамы пришли к выводу, что слуга, не выдержавший насилия хозяина, пытался сообщить об этом, но сделать это было нелегко. 

Он не сдался и, благодаря связям с влиятельной семьёй, использовал такой способ. 

Использование нового кристалла с сокрытием отправителя, вероятно, означало нежелание публично вмешиваться. 

Нельзя было обвинять его за это. 

То, что он выслушал одну лишь слугу и потратил огромные средства, уже делало его выдающимся человеком. 

Дамы решили уважать его намерение. 

В результате госпожа Брижель больше не могла ничего сказать. 

Её ноги полностью подкосились, она опустилась на пол, тело дрожало. 

Она бормотала несвязные слова, как сумасшедшая, терзая голову руками. 

Рядом с её ухом серьги с жёлтым бриллиантом излучали яркий свет и тяжело покачивались.