Онлайн чтение книги Муравьиная нора Ant Tunnel
1 - 17

Глава 17

Гробовщик, Чан Хи Джо.

Недавно Ким Кван Су рассказал ей историю появления этого прозвища.

Всё случилось здесь, в этом самом подпольном клубе. В честь двадцатилетия Чан Хи Джо его брат, Чан Бэк Джо, устроил грандиозную вечеринку.

Ходили слухи, что началом всему послужил подмешанный в выпивку Чан Хи Джо наркотик. Позже Чан Бэк Джо оправдывался, что это был новейший препарат фармацевтической компании, уже прошедший клинические испытания и не вызывающий привыкания, но проблема заключалась в том, что под воздействием этого вещества Чан Хи Джо слетел с катушек прямо на месте.

Шатаясь, он рухнул на сидевшего рядом Чан Бэк Джо. А когда поднялся, произнес фразу, от которой у многих пробежал мороз по коже:

— А почему на мой день рождения ты притащил нож для сашими?

Говорят, он вытащил этот самый нож из одежды Чан Бэк Джо и спросил об этом совершенно спокойным тоном. Чан Бэк Джо инстинктивно схватил за грудки сидевшего рядом члена банды и дернул на себя, прикрываясь им. Нож вонзился бедолаге прямо в сердце.

С этого момента началась резня.

И не в маленькой комнате, а в огромном зале. Как и заметил Чан Хи Джо, все люди Чан Бэк Джо пришли вооруженными. Чан Хи Джо методично перерезал глотки тем, кто на него нападал, забирал у них оружие и бросал своим людям.

Говорили, запах крови не выветривался две недели. А труба крематория рядом с Муравьиной норой дымила, сжигая трупы, целую неделю.

Это была самая массовая бойня в истории Муравьиной норы. После этого поползли слухи, что Чан Хи Джо видел больше трупов, чем любой гробовщик. Так и прилипло прозвище «Гробовщик». Говорили, оно подходит ему куда больше, чем будущая должность директора.

Бэк Ён тоже помнила этот тошнотворный запах гари. Председатель Чан, узнав правду, отправил Чан Хи Джо в армию под предлогом долга перед родиной, чтобы разлучить братьев.

Все гадали: сможет ли Чан Хи Джо отслужить без происшествий? И что случится, когда он вернется?

И вот, отслужив и проведя время в Гонконге, Чан Хи Джо вернулся несколько дней назад.

— Ну да. Ты же не знаешь, как этот ублюдок с улыбкой на лице кромсает людей.

— Знаю.

Ответ вырвался у Бэк Ён мгновенно. Чан Хи Джо осекся. Может, всё остальное — ложь, но это прозвучало искренне. Тэ Гён говорил, что она ненавидит Чан Бэк Джо. Можно ли этому верить? И почему ему так хочется ей верить?

Хи Джо накрыл ладонью бугор в штанах и с силой надавил.

Он прижал набухшую плоть, чтобы она не выпирала, отчего внизу живота приятно заныло, а по спине пробежала дрожь. Сам того не замечая, он начал потирать член через ткань. Глядя прямо в глаза Бэк Ён.

— Если знаешь, не ошивайся рядом с ним. Сопротивляйся. Ха…

Из горла Хи Джо вырвался тихий стон. Чхве Бэк Ён, глядя ему в лицо, больше не опускала взгляд. Она знала, что делает его рука, но притворялась, что не замечает. А он, даже не пьяный, наглаживал свой член перед ней, не зная стыда.

Он ничего не пил в подвале, но чувствовал себя так, словно его накачали наркотиками.

Сначала он просто хотел убрать эрекцию, но рука начала двигаться быстрее и жестче. Дыхание сбилось. Казалось, Чхве Бэк Ён ловит каждый его стон.

Вентиляция работала исправно, но Чан Хи Джо чувствовал только едкий запах собственного возбуждения. Он и подумать не мог, что однажды будет дрочить в грязном общественном туалете перед женщиной, которую видел всего пару раз.

Всё, что он так тщательно сдерживал — и характер, и инстинкты — вырвалось наружу одновременно.

Чхве Бэк Ён слишком бросалась в глаза, и его бесило, что другие мужчины зовут её.

В тот момент, когда он это осознал, его ладонь стала влажной.

Стон Чан Хи Джо оборвался.

— …Принести вам брюки кого-нибудь из персонала?

Чокнутая. Она всё поняла, но даже не скривилась, а проявила своеобразную заботу. Волна стыда накрыла Чан Хи Джо, смешиваясь с паршивым ощущением после оргазма. Он машинально потянулся рукой к лицу, чтобы вытереть пот, но Бэк Ён в испуге перехватила его запястье.

— Что…

— Лицо испачкаете.

— Блять.

Он чуть не размазал собственную сперму по лицу. Она держала его липкую руку, испачканную густым семенем, и краснела. Она точно чувствовала этот запах.

— Я принесу одежду.

— Соседка.

Когда Бэк Ён попыталась отпустить его руку, Чан Хи Джо окликнул её. Белое лицо, красные губы, которые она недавно облизывала.

— Раз уж я кончил, глядя на тебя, давай ты и закончишь это.

Прежде чем она успела спросить, что он имеет в виду, его липкая ладонь накрыла её нос и губы. Хух. Теплый, густой запах спермы ударил ей в ноздри, когда она судорожно вдохнула. Жидкость размазалась по губам, носу и щекам.

Сначала он зажал ей рот и нос так, что она не могла дышать, но, почувствовав, как она начала задыхаться из-за астмы, ослабил хватку. Бэк Ён оказалась прижатой спиной к стене. Чан Хи Джо навис над ней, втирая свою сперму в её лицо.

— Ын…

Палец, скользивший по губам, проник внутрь, раздвинув их, и прошелся по зубам. От солоноватого, металлического вкуса к горлу подступила тошнота. Но, встретившись взглядом с горящими глазами Чан Хи Джо, она поняла: он действительно дрочил, глядя на неё.

А говорил — не из-за меня.

Возражение застряло в горле вместе со слюной. Он смотрел, как она сглатывает, держа его палец во рту.

Он был уверен, что это она будет его соблазнять, а в итоге сам метил её своей спермой, как территорию.

— Ты что-то подмешала в то одеяло. Не зря от него так несло.

Чан Хи Джо процедил это сквозь стиснутые зубы, не отрывая взгляда от её мокрого лица. Иначе это не объяснить. Этот порыв, то, как она схватила его за руку — если это не её план, то почему у него так сорвало крышу? Он не пил, не принимал, но в голове туман.

Может, он хотел этого с того самого момента, как она стояла перед ним, делая вид, что не замечает, как он мнет свой член.

Он тяжело дышал ей в лоб. Её грудь тоже вздымалась от частого дыхания.

Дрочил здесь он, вывалив член наружу, а выглядели они так, словно только что яростно трахались.

Первой его оттолкнула Бэк Ён.

Она бросилась к раковине и начала умываться. Следы его семени исчезали с белой кожи, сменяясь каплями воды.

Вытерев лицо рукавом пиджака, Бэк Ён, не замечая прилипших к волосам засохших капель спермы, бросила: «Принесу одежду» — и выскочила вон.

С мокрым лицом.

С засохшей спермой в волосах.

У него снова встал.

— Блять.

Глянув на свой пах, Чан Хи Джо зажмурился, выругался и зашел в ту самую кабинку, где пряталась Бэк Ён. Сунув руку в трусы, он снова обхватил твердую плоть. Грубо задвигал ладонью от яиц до самого основания. Мокрые, липкие трусы неприятно липли к коже.

Бах.

Прислонившись к двери туалета и дроча, Чан Хи Джо в бешенстве ударил по ней кулаком.

Бэк Ён не помнила, как добралась до раздевалки. Иногда сотрудники пачкали одежду, поэтому здесь всегда был запас. К счастью, в раздевалке никого не было, и она смогла перевести дух.

— Чан Хи Джо, похоже, спятил…

Что я могла подмешать в одеяло?

Он то ли хотел в это верить, то ли искал повод придраться. Вид у него был такой, словно он сам не понимал, что творит. Он вел себя так, будто ему нужно кого-то обвинить, чтобы успокоиться, поэтому Бэк Ён промолчала.

— Ха-а, ха-а…

Вспомнив, как его огромная ладонь зажимала ей рот и нос, она попыталась выровнять дыхание. Ей всё ещё казалось, что она чувствует его вкус и запах, поэтому она схватила ополаскиватель для рта и принялась полоскать рот.

Её одежда была в порядке. Это Чан Хи Джо занимался самоудовлетворением, она просто стояла рядом.

Но её раскрасневшееся лицо и затуманенный взгляд говорили об обратном — словно она только что занималась с ним чем-то непристойным.

Наверное, он много выпил.

Наверное, перепутал меня с другой.

Гости здесь часто творили дичь, а на следующий день приходили как ни в чем не бывало, изображая джентльменов. Надо относиться к этому так же. Хоть от Чан Хи Джо и не пахло алкоголем, Бэк Ён заставила себя поверить в эту версию.

Подавив смущение, она нашла самые большие брюки, какие были, и вернулась в туалет, но Чан Хи Джо уже исчез.