Глава 13
— Мне вечером на работу надо.
— На работу? Какую работу? Я же тебе заплатил за весь день.
— Это само собой, а сегодня меня вызвали в подвал.
Игнорировать вызов из подвала было нельзя. Если хочешь жить — иди. Поэтому Бэк Ён не бралась за другие, даже более прибыльные ночные подработки, ведь вызвать могли в любой момент.
Чан Хи Джо, знающий законы Муравьиной норы лучше всех, посмотрел на неё с пониманием.
Она знала, что означает этот взгляд.
Взгляд, которым смотрят на слабого и жалкого человека, который вот-вот потеряет рассудок и упадет в яму денег и удовольствий. Когда она читала этот взгляд, то и сама задумывалась: сколько она ещё протянет? Сможет ли выстоять до конца? И что будет с ней, если она сломается?
Случай с Су Ён показал: даже если прогнешься под Чан Бэк Джо, всё равно умрешь. Сдаться — не выход.
Значит, надо терпеть. Она хотела пройти другой путь, не такой, как у Су Ён.
— Тогда постирай как можно быстрее и принеси.
Мён Джу в бане будет в восторге, если она притащится с пуховым одеялом. Хорошо, если отделается парой ведер ругани. Придется предложить ему полную уборку бани после закрытия в обмен на разрешение.
Раньше она пуховых одеял и в глаза не видела, а теперь натрогается вдоволь. Зная из интернета, насколько капризная это вещь, Бэк Ён решила просто сделать, как велено.
Когда он будет ворочаться под сбившимся в комки одеялом, которое станет размером с кулак, и эти комки будут давить ему в спину — тогда он поймет, что зря приказал стирать его мылом.
В Муравьиной норе ей приходилось делать разное, но стирать одеяло вручную в бане — такое впервые.
Бэк Ён боялась завтрашнего дня, полного ругани Мён Джу и бесконечной стирки, больше, чем сегодняшнего спуска в подвал.
— Да… Что ж…
— Что?
— Постираю как следует.
Сушить, наверное, придется в сушилке. Глупо было надеяться на морской ветер.
Судя по таким заданиям, Чан Хи Джо просто хотел до неё доебаться?
Проводив недовольного гостя, Бэк Ён достала из шкафа единственный черный костюм. В отличие от лощеного костюма Хан Се Ёна, этот при ближайшем рассмотрении выдавал свою ветхость.
Это была одежда, которую купила Су Ён, когда впервые пошла работать в подвал на подхвате. После её смерти Бэк Ён не выбросила костюм, а сохранила.
Одевшись, она аккуратно собрала отросшие волосы в хвост. Бросив взгляд на роскошное одеяло на матрасе, она застегнула пуговицу пиджака.
Спустившись с седьмого этажа на первый и пройдя охрану, можно было попасть к лифту, ведущему в подвал. Персонал ездил отдельно от гостей. Там она наверняка встретит тех, кто, как и она, идет на смену.
С мыслью «пусть и сегодня всё пройдет гладко» Бэк Ён вышла из комнаты.
— Черт, я не думал, что вызовут, и вкалывал как проклятый. На третьем этаже ремонт затеяли, я там батрачил.
В лифте знакомый коллега жаловался на жизнь. Может, когда здание трясло, это было не землетрясение, а ремонтные работы внутри?
Снести бы всё и построить заново — вот это дело. А ремонт в таком здании звучал как анекдот.
Туристы, приезжающие в Чхонхан, из любопытства заглядывали в Муравьиную нору, называя её корейским аналогом города-крепости Коулун.
На первом этаже были приличные с виду рестораны, ломбарды и супермаркеты, так что посторонним зайти было легко. Но стоило попасть в лабиринт, начинающийся со второго этажа, и свернуть не туда, в логово наркоманов, — можно было сломать себе жизнь.
Или поглазеть, как очередной наркоман сигает со второго этажа.
После того как Муравьиная нора неожиданно стала популярной темой в интернете, здесь, где, казалось, никогда ничего не изменится, начали наводить марафет в местах, доступных для посторонних глаз.
— Зато поработаешь пару часов здесь — и можно два дня отдыхать. Мне деньги нужны были позарез, так что удачно вышло.
В костюмах все они выглядели прилично, не так, как обычно. Интересно, она тоже так выглядит в их глазах?
— Ты бы поменьше денег в игорном доме спускал. Говорил же, что на аренду не хватает.
— А, директор Чан обещал похлопотать, чтобы в следующий раз меня пустили работать в зал.
— Что? Серьезно?
— Скоро перееду в хороший дом, ублюдок.
Вспомнив Су Ён, которая тоже мечтала переехать в элитную виллу, Бэк Ён медленно перевела взгляд на говоривших. Здесь были не только клиенты-мужчины, поэтому персонал был смешанным.
Двое парней с приятной внешностью, видимо, метили в хосты. Похоже, они погрязли в азартных играх и хотели продавать тело и улыбки, чтобы заработать.
Вот почему Бэк Ён не судила людей по внешности. Верить нельзя никому.
— Эй, замолви и за меня словечко директору Чану. Сколько уже месяцев прошло. Попроси, чтобы и меня взяли, а?
Сначала дают легкую работу, но платят больше, чем за обычный труд, создавая конкуренцию среди избранных. Внушают чувство избранности: чтобы работать, нужно понравиться директору или управляющему. Люди начинают думать, что приказы начальства — это особая честь, и совершают роковую ошибку.
Неважно, как они сюда попали — из приюта, как она, родились ли здесь и чудом не были брошены, или пришли по чьей-то рекомендации — у всех здесь было одно общее: они были молоды.
Слишком молоды, чтобы делать осознанный выбор. Без образования, без опыта жизни в обществе, с жаждой любви и поддержки — подвал мастерски играл на этом.
Клиенты в подвале не хамили персоналу. Всегда были вежливы и милы. Бэк Ён с самого начала чувствовала в этом фальшь.
Она пришла сюда, чтобы вытащить Су Ён любой ценой, но теперь Су Ён мертва, а она осталась одна.
Лифт остановился на минус четвертом этаже, и толпа вывалила наружу. Бэк Ён смешалась с потоком и шагнула в подземелье. Под светом роскошных люстр открылся огромный зал.
Красивые обнаженные мужчины и женщины танцевали в центре, и зал был уже почти полон — видимо, прибыла большая группа гостей. Официанты в такой же форме, как у неё, уже разносили заказы, так что Бэк Ён предположила, что её отправят в приватные комнаты или на кухню.
— Бэк Ён-а.
Пока она ждала распределения в служебном коридоре, сзади её окликнули. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы узнать обладателя этого ласкового голоса.
— Здравствуйте, директор Чан.
Бэк Ён повернулась и поклонилась. Мужчина издал короткий смешок. В то же время его большая рука на мгновение легла на её гладко зачесанные волосы.
Для человека, устроившего вчера кровавую баню в больнице, его улыбка была слишком невинной. Но когда улыбка сходила с лица, он смотрел на неё змеиными глазами.
Зачесанные назад волосы, европейские черты лица. Ростом он был с Чан Хи Джо. Как братья, они были похожи формой губ и подбородка. И светлым оттенком волос.
— Давно не видел нашу Бэк Ён, соскучился, вот и велел позвать.
Послушать его — так просто добрый соседский оппа.
Кроме прикосновения к волосам, ничего лишнего. Но этот дружеский тон заставлял других думать, что она на особом счету. В моменты, когда он улыбался, он казался добрым и галантным.
Директор Чан — правитель подземелья. Человек, который вертит юными душами как хочет. Чан Бэк Джо.
Сводный брат Чан Хи Джо.
— Спасибо, что дали хорошую работу и сегодня.
— Есть работа и получше, почему ты отказываешься? Разве я стану нагружать нашу Бэк Ён?
Вот так он и опутал сладкими речами множество людей. Бэк Ён пропустила его слова мимо ушей. Су Ён умерла у ног этого человека. Просто потому, что ей не повезло оказаться рядом с Чан Бэк Джо во время драки, она стала его щитом.
Когда Бэк Ён подбежала к ней, кровь хлестала из раны в животе так, что ничего нельзя было сделать. А Чан Бэк Джо стоял рядом, держа Су Ён за волосы, и просто смотрел на неё сверху вниз, даже не пытаясь помочь. Тогда она всё поняла.
А, Чан Бэк Джо использовал Су Ён как живой щит. Как скот. Поэтому он даже не думает её спасать и улыбается.
— Другие очень хотят получить эту работу получше. Отдайте им. Я уступаю.
— Наша Бэк Ён такая заботливая.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления