Онлайн чтение книги Муравьиная нора Ant Tunnel
1 - 24

Глава 24

— Схожу посмотрю, поймалась ли крыса.

На лице Чан Хи Джо, всё ещё лежащего на полу, промелькнуло недоумение.

Они же, вроде как, провели ночь вместе, и первое, о чем она говорит, проснувшись — это мышеловка?

Это вообще нормально? Впрочем, он и сам не знал, ведь это была его первая ночь с кем-то в одной комнате.

Бэк Ён, встав с матраса, первым делом нашла свои штаны на резинке и натянула их. Трусы всё еще были мокрыми, вызывая неприятное ощущение, но выбора не было.

— Я сказал Тэ Гёну разобраться. Оставь это.

— Тогда я пойду помоюсь.

Сказав это с невозмутимым видом, Бэк Ён, не дав ему вставить и слова, схватила одежду и вышла из комнаты.

Оставшись один, Чан Хи Джо некоторое время смотрел на закрывшуюся дверь, а потом медленно поднялся.

Он не сомкнул глаз ни на минуту.

Вместо сна он терся членом между ног спящей Бэк Ён, тыкался в мягкие ягодицы, переворачивал её на бок и прижимался к ней, зажав её бедра своими.

Он елозил по этим чертовым белым трусам, пока они не пропитались его спермой, не успевая высыхать. Только немного успокоившись, он отпустил её. Но стоило Бэк Ён встать и наклониться, натягивая штаны, как он увидел влажное пятно между её ягодиц, и желание вспыхнуло с новой силой.

Даже на бедрах остались красные следы от молнии и его члена, словно от ударов хлыстом.

Оглядев крошечную комнату, он без труда нашел влажные салфетки. Вытер белые разводы спермы с бедер и привел в порядок член, но воспоминание о мягкой, упругой плоти Бэк Ён, сжимавшей его, только раззадоривало аппетит.

Член и не думал падать. В конце концов Чан Хи Джо снова обхватил его рукой.

Дроча, он никогда не представлял кого-то конкретного. Но сегодня перед глазами отчетливо стояло лицо Бэк Ён и эти белые трусы. Его дыхание стало тяжелым и прерывистым.

— Ха… Блять… Что за трусы такие…

Она носила точно такие же, как он сам.

Было нелепо дрочить, думая о самых обычных хлопковых трусах, но остановиться он не мог.

Тук-тук.

Раздался стук в хлипкую фанерную дверь. В тот же миг, сожалея, что так и не прижался губами к тем трусам, он кончил.

— Кх-х…

Жидкая сперма потекла сквозь пальцы.

Тэ Гён вошел и увидел Чан Хи Джо, занимающегося самоудовлетворением, прямо перед собой. Но его лицо осталось бесстрастным, словно он ничего не заметил.

Чан Хи Джо так же невозмутимо вытерся салфетками.

Тэ Гён был его человеком, тем, кто будет рядом всю жизнь, если не предаст. Стыда перед подчиненным у Чан Хи Джо, привыкшего повелевать, не было и в помине.

— Чего тебе?

— Бэк Ён сказала зайти.

Тэ Гён не подал виду, но был сильно удивлен. Он впервые видел Чан Хи Джо в таком расхристанном состоянии. Человек, не доверявший никому и отвергавший любые соблазны, всего за пару дней дошел до такого с Чхве Бэк Ён?

Чан Хи Джо всегда шел наперекор всем. Поэтому, насколько знал Тэ Гён, он действительно ни с кем не спал.

Единственный псих, который берег девственность, утверждая, что все хотят только его член, потому что в этом «есть причина», и отказывая всем — это был Чан Хи Джо.

— Когда ты называешь её по имени, меня это бесит.

Псих.

Тэ Гён вырос в аду и видел всякое, его было трудно удивить, но Чан Хи Джо каждый раз умудрялся поражать его своим безумием.

Чан Хи Джо до сих пор ему не доверял. Если бы завтра Тэ Гён предал его, он бы просто сказал: «Ну, я так и думал». И всё же держал рядом, пока предательства не случилось.

— …Директор Чан звонил. Предлагает поужинать вместе в китайском ресторане неподалеку, когда у тебя будет время. Говорит, ты трубку не берешь.

У Тэ Гён знал, что лучше сменить тему. «Директором Чаном» он называл не Чан Бэк Джо, а старшего брата Чан Хи Джо — Чан Ён Джо.

— Мы и так постоянно едим вместе, зачем звать отдельно? Если хочет поесть, пусть сюда приезжает.

— Сам понимаешь, перед инаугурацией он не хочет светиться в Муравьиной норе.

— Старик чертовски привередлив.

Разница в возрасте между Чан Хи Джо и Чан Ён Джо составляла почти двадцать лет. Сын Чан Ён Джо был всего на четыре года младше Чан Хи Джо.

Оба понимали: старший брат хочет выведать про пропавшую вещь перед инаугурацией.

— Что ответить?

— Скажи, давай днем. Что за ужин с ним в ночи, аппетит портить.

— Понял.

— …Она сказала, что пошла мыться, а потом вернется. Значит, мне здесь ждать?

Тэ Гён удивился, что Чан Хи Джо так быстро согласился на встречу, но, оказалось, его мысли были заняты другим.

— …Обычно, если люди не встречаются, фраза «пошла мыться» означает просьбу освободить помещение на это время.

— Блять.

Чан Хи Джо встал и переоделся в новую одежду, которую Бэк Ён принесла вчера. Он был без белья, поэтому очертания члена проступали сквозь спортивные штаны. Тэ Гёну пришлось собирать разбросанные вещи.

С утра возиться с живой крысой, убирать за другим мужиком… Чан Хи Джо с момента приезда в Муравьиную нору вел себя совершенно нетипично.

Переменная по имени Чхве Бэк Ён.

Все в Муравьиной норе знали, что Чан Бэк Джо положил на неё глаз. Это был секрет Полишинеля. Но каким-то образом за одну ночь отношения между Чан Хи Джо и ней стремительно развились.

Тэ Гён тут ничего не мог поделать.

Неужели у братьев даже вкусы одинаковые?

Они и так постоянно грызлись с Чан Бэк Джо, а теперь, с появлением Бэк Ён, всё грозило запутаться окончательно. Тэ Гён решил промолчать.

Он был не в том положении, чтобы давать советы, да и что сделано, то сделано. Даже если добавить в уравнение Чхве Бэк Ён, Чан Хи Джо это не остановит.

Выбравшись из Муравьиной норы, Чан Хи Джо направился в ресторан, который выбрал Чан Ён Джо. Китайский ресторан с отдельными кабинками в элитном жилом комплексе. Он назначил встречу на обед, но ждать не собирался, поэтому начал есть один. Когда тарелки почти опустели, дверь кабинки открылась.

Костюм-тройка, волосы, уложенные помадой, лицо без единой морщины. В лице Чан Ён Джо проскальзывало сходство с Чан Бэк Джо, и у Чан Хи Джо пропал аппетит. Он бросил палочки на стол. И, склонив голову набок, подумал: неужели и он станет таким же в старости?

Чан Ён Джо лишь мельком глянул на брошенные палочки, но делать замечание о манерах не стал.

— Тебя так трудно увидеть.

Чинно усевшись за стол, Чан Ён Джо дождался, пока секретарь закроет дверь снаружи, и только тогда заговорил.

— Я только пару дней как из Гонконга, а ты зовешь в китайский ресторан. Ну и манеры.

Поэтому и видеть тебя не хочется.

Чан Хи Джо был намного моложе, но разговаривал дерзко. Чан Ён Джо и бровью не повел. Младший брат был ровесником его сына, который скоро поступал в университет. Но росли они в совершенно разных условиях.

— Это место открылось недавно, вид отсюда хороший.

Жилой комплекс в самом оживленном районе Чхонхана. С высоты открывался вид на весь город. Люди, боявшиеся заходить в Муравьиную нору, поднимались сюда, чтобы сделать селфи на её фоне с безопасного расстояния.

— Ты же не ради вида меня позвал.

— Слышал, вещь попала в руки Второго.

— Чан Бэк Джо сам не знает, где она. Поэтому и рыщет повсюду.

В отличие от расслабленно откинувшегося на стуле Чан Хи Джо, Чан Ён Джо сохранял бесстрастное выражение лица, но не мог скрыть нервозности из-за того, что дела пошли не по плану.

Он достал электронную сигарету. Заметив гримасу отвращения на лице Чан Хи Джо, положил её на стол.

— …Для меня главное, чтобы вещь нашел тот, кто отдаст её мне.

— Разве Старший брат не потому попросил меня, что знает: идеология Чан Бэк Джо станет помехой в будущем?

Там, где есть тень, должен быть и свет.

Председатель Чан хотел контролировать и то, и другое. Чтобы расширить влияние из Чхонхана на всю страну, нужен был кто-то, кто занимался бы легальным бизнесом.

Чан Хи Джо считал Чан Ён Джо гениальным оппортунистом.

Тот вовремя урвал свой кусок от нелегальных дел отца, затем почти двадцать лет балансировал на грани закона, а в последние годы полностью отмылся от криминала.

Он быстрее всех перевел легальный бизнес под свое крыло и стал публичной фигурой. Став главой фармацевтической компании, которую они недавно поглотили, через пару лет он наверняка пойдет в политику.