1 - 27
Принимая перед зеркалом разные позы, Чхэ Ын задумалась. Ей не хотелось выглядеть так, будто она слишком уж ждёт сегодняшней ночи.
Где грань — она не знала, и это тревожило. И в то же время было любопытно, какое лицо будет у Чжэ О, когда он станет снимать с неё это бельё.
— Как он поймёт, новое бельё или старое? Скажу, что всегда такое ношу.
Чхэ Ын кивнула и оглядела своё отражение с разных сторон. То втягивала живот, то чуть отводила бедро, чтобы линия тела стала изогнутее.
Проверяя, под каким углом она смотрится лучше всего, она вдруг кое-что придумала.
— А может, вот это примерить?
Внезапно осмелев, Чхэ Ын достала ярко-красный комплект, купленный под влиянием порыва, — тот самый, где она грань не соблюла.
Она быстро сняла то, что было на ней, швырнула на пол и переоделась в откровенно развратное бельё.
— Это уж слишком явно.
Тело в нём выглядело куда соблазнительнее, но для такого напористого белья их отношения, пожалуй, были ещё слишком неопределёнными.
Поспешно сняв его, Чхэ Ын подобрала с пола кружевной лиф и снова надела.
После красного комплекта этот казался донельзя целомудренным.
— Сейчас не время бельё выбирать!
Чхэ Ын заторопилась. Важнее белья была одежда.
Она мигом опомнилась. Прикладывала к себе то строгое платье, то рубашку, которую держала в другой руке.
Развернулся очередной показ мод. Платье ей нравилось, но смущали туфли, которые пришлось бы к нему надеть.
— Сегодня весь день на ногах. В туфлях на каблуках не походишь.
Но и совсем удобные кроссовки не хотелось, так что она сошлась на лоферах.
Примерила блузку с глубоким вырезом — и тут её осенило: это ведь не свидание, а работа.
Нельзя забывать главное.
Постараться изо всех сил, но выглядеть так, будто вовсе не старалась.
Поразмыслив, Чхэ Ын выбрала просторный кремовый свитер и длинную джинсовую юбку, а акцент сделала на мелких украшениях.
Напоследок она поправила перед зеркалом волосы и порепетировала красивую улыбку.
Глядя на свою неловкую улыбку, она вдруг осознала реальность. Роман ведь даже не начался — ради чего она так старается? Ей стало противно от самой себя.
— Не знаю. То ли это работа, то ли свидание… Я же еду обсуждать концепцию — не могу же я выглядеть замарашкой? Конечно, надо принарядиться.
Настроение то и дело менялось. Закончив макияж чуть ярче обычного, Чхэ Ын напоследок брызнула на кончики волос лёгкими духами и посмотрела на часы.
До девяти, когда он обещал за ней заехать, оставалось всего десять минут.
В прихожей она ещё раз проверила губы и нанесла поверх успевшей поблёкнуть помады блеск с красноватым отливом.
Он, казалось, оживлял её неброский образ, и она мысленно поставила себе «зачёт».
* * *
Небрежно положив запястье на руль, он рассеянно смотрел на часы. Ровно в восемь пятьдесят девять из подъезда вышла Чхэ Ын.
— И зачем так прихорашиваться?..
Недовольство само сорвалось с губ. Она и так красива до умопомрачения, а тут ещё так принарядилась — ему было до крайности неспокойно.
И всё же сердце колотилось до боли. Она шла к нему, отводя рукой длинные волосы, которыми слегка играл ветер, и была так красива, что перехватывало дыхание.
Подойдя к пассажирской двери, Чхэ Ын наклонилась и постучала в окно.
Чжэ О опустил стекло.
— Долго ждали?
— Только подъехал. Садитесь.
— Здравствуйте.
Ему не нравилось, что она держится с ним, как с чужим, которого связывает с ней только работа, но красивой прощается всё. Огромные глаза с тонкой складочкой на веках — как они только помещаются на таком маленьком лице, было даже удивительно.
Едва она села в машину, повеяло приятным ароматом. Ему захотелось немедленно уткнуться губами ей в шею и вдохнуть.
Он чуть было не выдал избитое «почему ты сегодня такая красивая».
— Если не поедем сейчас, к интервью с дизайнером не успеем.
Он так долго не сводил с неё глаз, что Чхэ Ын не выдержала и заговорила первой.
Чжэ О медленно отвёл взгляд, переключил передачу и нажал на газ.
— Сначала в Сонсу-дон, верно?
— Да.
Коротко ответив, Чжэ О сосредоточился на дороге. Каждый раз, когда они вставали на светофоре, ему хотелось любоваться её красивым лицом.
По правде говоря, и за рулём ему хотелось взять её за руку.
Но для партнёров по сексу такие прикосновения не годились. Знал бы — не какое-то там партнёрство предлагал бы, а сразу сказал бы: давай встречаться.
Хотя, начни он упорно навязываться Чхэ Ын, подававшей знаки отказа, она бы не стала, как сейчас, спокойно с ним видеться. От этой мысли стало как-то горько.
Через какое-то время машина остановилась на парковке, они вышли и встали рядом.
Чхэ Ын открыла карту и вбила адрес мастерской. Она, на две пяди ниже его, показывала дорогу, а Чжэ О почему-то это нравилось, и он послушно шёл следом.
— Вот здесь, цокольный этаж.
Он уговаривал себя, что это лишь часть рабочего плана, но, стоило взглянуть на неё, на душе становилось сумбурно.
Уже одно то, что они проведут вдвоём целый день, волновало. О цели он давно забыл.
Они вместе вошли в первое место — мастерскую в Сонсу-доне.
— Можно войти? — толкнув дверь, мягко спросила Чхэ Ын.
Пространство, наполненное свежим запахом дерева, оказалось стильно обставленной мастерской, и из-за занавеси, разгораживавшей помещение, появился мужчина.
Крепкого вида, коротко стриженный, с пышными усами и бородой.
— А, вы пришли.
— Дизайнер Чин Чжа Хён, верно?
— Да, верно. Вы не представляете, как я удивился вашему звонку.
— Мы сейчас вовсю ищем художников, которые в тренде. И вы, Чин Чжа Хён, сразу выделились.
Чхэ Ын непринуждённо отпустила дежурный комплимент и улыбнулась. А потом протянула Чин Чжа Хёну руку.
— Кан Чхэ Ын.
— Очень приятно.
Чин Чжа Хён пожал руку Чхэ Ын и тут же протянул руку и Чжэ О. При мысли, что эта рука только что касалась руки Кан Чхэ Ын, Чжэ О охватило раздражение, но он сдержался.
— После вашего звонка я всю ночь изучал ваши соцсети. Уже по ленте было видно, что вы настоящая красавица, а вживую вы ещё лучше.
— Ну что вы, я выкладываю только те фото, где получилась лучше, чем в жизни, — спокойно и скромно, будто давно привыкла к комплиментам, ответила Чхэ Ын.
Сколько же раз ей твердили мужчины, что она красивая, — его это почему-то злило.
Ему не нравилось, что Чин Чжа Хён, рассказывая о работах, как-то подозрительно жмётся к Чхэ Ын.
Мелькнула даже ребяческая мысль: «Какие там работы — всё не нравится, и договора никакого не будет».
* * *
У мастерской дизайнера светильников в Ённам-доне они остановились и, подняв головы, посмотрели на роскошные светильники за панорамным окном.
Хорошо хоть, что на этот раз интервью предстояло с женщиной. По крайней мере, открыто приставать к Чхэ Ын она не станет — от этого становилось спокойнее.
Каждый встреченный мужчина при виде Чхэ Ын начинал запинаться и краснеть, и это страшно действовало на нервы. А фотограф, к которому они заезжали по дороге, прямо заигрывал с ней, предлагая попробовать себя в роли модели.
— Уже снаружи потрясающе, правда? Красота какая. Не терпится зайти.
— Да уж.
Они постучали, и хозяйка мастерской радостно их встретила.
— Добро пожаловать!
— Здравствуйте.
— Меня зовут Соён.
— Спасибо, что согласились на интервью.
Она выдала им две пары тапочек разного размера и провела внутрь.
— Я думала, красавица только вы, а ваш спутник тоже ого-го.
— Простите, не представился. Ча Чжэ О.
— Вы ведь от группы «Джей», да?
Соён не сводила с Чжэ О широко раскрытых глаз.
Чхэ Ын, молча наблюдавшая за этим, вдруг вклинилась между ними.
— Это исполнительный директор Ча Чжэ О, а я — Кан Чхэ Ын.
— Из тех, кто хоть что-то смыслит в дизайне, мало кто не знает Кан Чхэ Ын.
— Вы мне льстите.
— А вот вы, директор, правда красавец. Вам бы моделью или актёром работать!
Взгляд Соён снова устремился к Чжэ О.
Может, ему и показалось, но Чхэ Ын, похоже, этот взгляд как-то неприятно задевал.
А может, он просто выдавал желаемое за действительное.
— У вас такая красивая мастерская. Я восхищалась ещё снаружи.
Чжэ О и ответить не успел, как Чхэ Ын перехватила разговор.
Соён, глядя на неё, тихо рассмеялась.
— Мой муж в дизайне совсем ничего не смыслит, а вот к интерьеру и расстановке у него талант. Благодаря ему мне это часто говорят.
— Так вы замужем.
Только тут Чхэ Ын, будто разом успокоившись, просияла улыбкой.
Чжэ О пристально смотрел на неё, и в нём зашевелилась надежда: неужели?..
