Онлайн чтение книги История конца Owarimonogatari: End Tale
2 - 4 004

— Аааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Я кричу. Я воплю изо всех своих сил.

— Ад?! Ад?! Ад Авичи?!

— Да, всё верно, Ад Авичи. «Адом воплей» называют Раураву, поэтому я была бы признательна, если бы ты прекратил. Это немного шумно.

— Ты серьёзно ждёшь, что я не буду кричать? Да у меня такое чувство, что я нахожусь в «Аду великих воплей»!

— Как я тебе уже говорила, это Авичи. Ты можешь попасть в большие неприятности, если будешь распространять неверную информацию.

— Ты не помогаешь!

Ад, серьёзно…? Из всех мест именно Ад Авичи?!

Кстати, вот немного информации о различиях между кругами ада (источник: Ханэкава Цубаса).

В концепции буддистского ада (а буддистский ад называется «Нарака») существует «Восемь Горячих Преисподних», которые по сути представляют собой восемь уровней. И чем глубже уровень, тем сильнее муки. С самого верхнего до самого нижнего они выглядят так:

1. Санджива — ад возрождения

2. Каласутра — ад чёрных сечений

3. Сангхата — сокрушающий ад

4. Раурава — ад воплей

5. Махараурава — ад великих воплей

6. Тапана — жаркий ад

7. Пратапана — ад великого жара

8. Авичи — непрерывный ад

Есть также «Восемь Холодных Преисподень», существующих параллельно с вышеперечисленными «горячими», но эту часть объяснений я пока что опущу. Самый нижний уровень, Авичи, как говорят, ужаснее, чем все предыдущие семь уровней вместе взятые. Предельный ад, преисподняя всех преисподних. Другими словами, только самые худшие грешники попадают на этот уровень. Думаю, это можно назвать «выпускным классом» ада. Это и есть Авичи, в двух словах.

— Ой, да ладно! Я хоть и не был абсолютно порядочным человеком, и никогда даже не думал, что такой человек, как я, может попасть в рай, но я не заслуживаю самого глубокого уровня ада! Если уж и отправлять меня в ад, то пускай это будет хотя бы Санджива! Это нарушает порядок вещей!

— Мне кажется, что порядок вещей уже был нарушен, когда действие сюжета переместилось в ад.

Хатикудзи, судя по всему, в хорошем настроении. Она наверняка с удовольствием наблюдает за моей истерикой, маленькая гадкая девочка. Что ж, я слышал, что когда люди видят, как кто-то другой впадает в панику, то им проще осмотреться и взглянуть на ситуацию объективно.

— Нет, серьёзно, не сходи с ума только из-за того, что это последний том. Ад? Что? Разве в нашей вселенной вообще существует ад или любая другая форма жизни после смерти?

— Я думаю, что безумнее было бы отсутствие ада в мире, наполненным странностями…

— …

Синобу как-то однажды сказала что-то подобное. «Если в этом мире есть странности, то наверняка возможно и путешествие во времени». Ад во всяком случае имеет несколько больше смысла, чем прыжки во времени…

Однако сложно отрицать, что такие слова как «Ад» и «Рай» в нашем современном обществе звучат, как нечто оккультное. Правда это, возможно, применимо только к Японии, где смешано множество религиозных верований.

— Хотя, пожалуй, такие вещи не редкость. Это как мир, в котором есть магия, но никто не верит в гадания. Однако это создаёт большую проблему для сохранения баланса в устройстве вселенной. Представь мир, в котором животные умеют разговаривать, но люди продолжают есть мясо.

— Я это и имею ввиду, я понимаю, что ты пытаешься мне сказать. Но чёрт возьми, когда ты просто появляешься и заявляешь, что я в аду, в это действительно сложно поверить. В конце концов…

— Как же ты любишь зацикливаться на деталях. Не мог бы ты быть немного более открытым?

Как же. Я не собираюсь быть более открытым, находясь в аду.

— Арараги-сан, чем полемику разводить и терять голову в позорной панике, лучше попытаться адаптироваться к новой ситуации. Как персонажи Идзуми Кавахары.*Идзуми Кавахара — известная мангака 80-х годов. Её произведения отличались трогательным и идеалистичным сюжетом, а персонажи — ласковым и добросердечным характером.

— Не приводи такие специфические примеры.

— Что, неужели ты один из тех людей, которые не верят в жизнь после смерти? Даже после того, как ты умер таким сумасшедшим способом…

— Не совсем так…

Если перестать думать над этим, то по сути глупо отрицать существование загробной жизни, учитывая существование «призрака» Хатикудзи Маёй и «нежити» Ононоки Ёцуги. Думаю, это можно назвать косвенным признанием.

Однако, что касаемо вампиров, как я слышал, они, строго говоря, вообще живут не умирая, а не возрождаются из мёртвых, так что здесь противоречий как раз нет.

— Я не знаю. Если жизнь после смерти всё-таки существует, то это всё запутывает…

— Хм? И в чём же путаница?

— Ну, в смысле жизни, я полагаю… Получается так, что жизнь является лишь прелюдией, к тому, что будет после. Если мы все в конечном итоге попадаем в рай или ад, где будет проходить наша жизнь после смерти, то тогда остаётся значительно меньше причин чтобы жить… Это, в своём роде, значительно уменьшает тяготы жизни и смерти.

— И что такого плохого в уменьшении тягот жизни и смерти? Или ты поклонник историй в стиле «Я знаю, что этот мир жесток, потому я и пишу без прикрас»?

— …

Звучит как определённого рода история. Или, если быть точным, как определённый подход к её рассказу.

— Да, существует множество историй, подобных этой. Ну ты знаешь, истории, в которых персонажи гибнут дюжинами, девушки страдают, дети несчастны, на мир спускается истинное зло, сея повсюду жестокость и несправедливость, и всё это ради того, чтобы сделать историю «более реалистичной». Такого класса истории.

— Я тебя понимаю, но использование слова «класс» показывает твоё к ним пренебрежение, и я не хочу сейчас об этом спорить…

— Это научный термин.

— Ничего подобного.

— Суть в том, что вместо описания неприглядной правды, можно описывать прекрасную фантазию. В мечтах нет ничего плохого.*Ещё одна отсылка к Идзуми Кавахаре. Фраза «В мечтах нет ничего плохого» (Yume datte ii ja nai) является подзаголовком к манге Warau Michael.

— Серьёзно, перестань говорить, как Идзуми Кавахара.

— Никогда не поздно. Все мы стремимся именно к такому миру.

— Но так не бывает!

Слишком поздно!

Одного тома точно не хватит!

Не хватит даже сотни томов!

— Я полагаю, ты прав. Вероятно, вся разница между фантазией и ложью заключается в наличии маленькой девочки, вроде меня, которую можно охарактеризовать как «коропоккуру» или «лоли».*В вышеупомянутой манге Warau Michael одной из главных героинь является невысокая девушка по прозвищу Коропоккуру. Коропоккуру — это сказочная раса низкорослых людей из фольклора айнов.

— Или в том, что мы в аду.

— И всё же мы можем понемногу начать действовать? Потому что с этого момента легче уже не будет.

— Мы и так достигли конца, какая уже разница. Я бы хотел прежде убедиться, что я действительно попал в ад. Давай углубимся в дискуссию.

— К сожалению, мы уже так глубоко, что уже некуда углубляться.

И она была права. Это был нижний уровень ада. Очень, очень глубокий. Авичи.

— Я бы сказал не «к сожалению», а «по иронии судьбы». Может вообще буква «А» в имени Арараги означает «Авичи»… Никогда не думал, что встречусь с предзнаменованием, нацеленным так далеко вперёд, аж с момента моего рождения на сегодняшний день.

— Я думаю, ты слегка преувеличиваешь…

— Я слышал, что в Авичи всё должно быть объято пламенем до самого горизонта. Может быть наличие Огненных сестёр тоже можно считать предзнаменованием?

Хм?

Однако этот парк совершенно не объят пламенем… Хатикудзи сказала, что это может быть лишь «воссоздание» того самого парка. Откуда вообще в Авичи может взяться воссоздание парка Намисиро? Какой в этом скрытый смысл?

…Нет, это ещё не всё. Если же это и правда Авичи… то остаётся главный вопрос.

— Главный вопрос? О, ты задумался насчёт того, по какой причине ты был отправлен на такой глубокий уровень ада? Я думаю ты поймёшь, если хорошо подумаешь.

Ээ… как там было? Позвольте мне ещё раз воспользоваться своей энциклопедией, Ханэкавой Цубасой.

Ад Авичи — это место, где находятся самые страшные грешники, но за какие конкретно грехи сюда попадают? Разве не за убийство родителей? Конечно, я действительно был плохим сыном, особенно после того, как поступил в старшую школу и превратился в неудачника. Но я не убивал родителей, и даже мысли такой у меня никогда не было…

— Не то. Подумай вот над этим — ты же вампир, верно?

— Хмм…

— Ты спас жизнь вампиру. У тебя, конечно, и других грехов предостаточно, но только лишь этот мог отправить тебя в Авичи. Ты спас демона. Естественно это билет прямиком в ад.

— Это словно история про Таро Урасиму, который спас черепашку, а потом махнул в дворец Бога Дракона, что на дне моря,*История про Таро Урасиму — известная японская сказка про рыбака, спасшего маленькую черепашку. Черепашка оказалась дочерью Императора Моря, который решил отблагодарить Таро и пригласить его к себе в дворец на дне моря. Дочь императора оказалась прекрасной принцессой, и Таро провёл в гостях 3 дня, но как позже оказалось, на берегу к тому времени прошло 300 лет, и все его родные и близкие давно умерли. — сказала Хатикудзи, но, по-моему, всё было совершенно по-другому. Просто в истории об этом умолчали.

— На самом деле в истории Таро Урасимы заменили пол главного героя. Представь себе историю про Ханако Урасиму*«Таро» — одно из самых распространённых мужских имён в Японии, часто являющееся шаблонным. «Ханако» — одно из самых распространённых женских имён. и Короля Дракона, который за ней ухаживает.

— Не выдумывай. «Король Дракон» — это же звучит довольно мощно.

Что ж, значит дело в том, что я вампир…

Ах да, думаю, что убийство святого — это ещё один способ попасть в Авичи. Косвенно, насколько это только возможно, я принял участие в смерти Палача и Тэори Тадацуру, так что эта теория тоже имеет право на существование. Но я совершенно не хочу об этом думать…

— О боже! Какая бы ни была причина, попадание в ад в любом случае угнетает. Ощущение, будто всё, что я сделал за всю свою жизнь, было забраковано…

— Мои соболезнования. Правда, я тебе очень сочувствую.

— …

Так, стоп. В депрессии я или нет, к чёрту. Главный вопрос заключался совсем не в причине моего попадания сюда. Давайте забудем обо мне на секунду.

Речь шла про Хатикудзи. Речь шла про Хатикудзи Маёй, маленькую девочку, которая стоит передо мной. Девочку, с которой я воссоединился. Называйте её «лоли» или «коропоккуру», меня это не волнует. Но что она делает в подобном месте?

Подождите, что?

Нет, серьёзно, что ты здесь делаешь?!

— «Что я здесь делаю» хочешь знать?

Хатикудзи, которая выглядела весело, когда наблюдала за паникующим мной, стала выглядеть более раздражённой, когда предметом обсуждения стала она сама. Немного раздражённой, а может просто высокомерной.

— Как ты знаешь, я попала в ад.

Она так легко это говорит. Так беззаботно, без малейшего следа тяжести в голосе. А ведь это самое тяжёлое заявление, которое я только могу себе представить…

«Я попал в ад».

Это чертовски тяжело сказать!

— Действительно, будь это шуткой, я бы посмеялась.

— Это не смешно! Это страшно!

— Помнишь, когда я в самом начале упомянула Зеттона и фаерболы в триллион градусов? Это ведь была отсылка.

— Это уже слишком! Что-о-о? Ты должно быть издеваешься! Ты отправилась в ад после той чертовски трогательной сцены расставания?! Серьёзно?! Ты всё испортила! Ты вообще думаешь, что делаешь?! Невероятно!

— Как бы ты не считал это невероятным, я всё же здесь. Если ты действуешь, словно тот, кто пришёл на прощальную вечеринку к выпускнику, мечтающему стать музыкантом, только лишь для того, чтобы встретить его через десять лет, а когда встречает, то узнаёт, что тот стал простым бизнесменом, то боюсь мне нечего сказать, как и тому бизнесмену.

— Да причём тут это! Ты сказала, что попала в ад! Какой к чертям бизнес? Это разве похоже на смену карьеры? Это не та вещь, которую можно предсказать! Это как внезапное банкротство миллиардера! Как кто-то настолько невинный, вроде тебя, мог попасть в ад! Или же ты успела совершить какое-то ужасное преступление, пока была жива, а я об этом до сих пор не знаю?!

Те одиннадцать лет, что она блуждала по городу, не в счёт. Это всё произошло уже после того, как она умерла, а в ад попадают только за грехи, совершённые при жизни!

Но как десятилетняя девочка может совершить что-то настолько ужасное, чтобы попасть в ад? Хотя если подумать, то среди причин, по которым можно попасть в ад, встречаются и довольно безобидные грехи, а бывают и вовсе необъяснимые причины. Конечно же я это тоже узнал от Ханэкавы Цубасы.

— Я полагаю, что ты мог бы это назвать ужасным преступлением. — сказала Хатикудзи, пытаясь меня успокоить. — Я не знала об этом, пока не попала сюда, но если ребёнок умирает раньше своих родителей, то он попадает в ад. Никаких исключений.

— А…

Проявить неуважение к родителям, покинув этот мир раньше них… да? Верно, история о том, как дети складывали камни в Сай но Кавара*«Сай но Кавара» — место в аду, куда попадают дети. Расположена в устье реки Сандзу, являющейся границей буддистского ада. Дети, попавшие туда, вынуждены каждый день строить башни из камней, которые постоянно разрушают демоны. Продолжается это до тех пор, пока дети не будут спасены Дзидзо Боддхисатвой, известным как «защитник детей»..

Хатикудзи жила с отцом и ушла из дома в День матери для того, чтобы повидаться с мамой… однако во время своего путешествия она попала в дорожно-транспортное происшествие, из-за чего и умерла до того, как достигла пути назначения. Это случилось одиннадцать лет назад, и я не уверен, живы ли сейчас её родители, но они определённо были живы в момент её гибели. То есть Хатикудзи скончалась раньше матери и отца.

И она оказалась в аду. Она была отправлена в ад.

— …Ты, наверное, шутишь.

Это единственные слова, которые я могу произнести.

Может быть я и понял причину, но это трудно осознать и невозможно принять.

Может быть в прошлом и было принято считать смерть раньше родителей формой неповиновения. Может быть, даже сегодня подобный образ мышления имеет право быть, однако он никак не учитывает чувства самого ребёнка. Хатикудзи умерла раньше родителей не потому, что хотела этого. Отправиться в ад складывать камни весь день — слишком суровое наказание за подобное… Даже если рассматривать это, как грех неповиновения родителям, то сама смерть уже само по себе является наказанием.

— …

— Хм? Что-то не так, Арараги-сан?

— Меня трясёт от ярости, от невероятной несправедливости… но стоит заметить, есть ещё кое-что неправильное в моей трагической судьбе в качестве детектива.

— У тебя нет ни единого качества детектива. Каждый раз, когда ты сталкивался с загадкой, был кто-то, кто решал её за тебя.

А вот сейчас было обидно. Хотя она совершенно права.

— Хорошо, и что же ты заметил?

— Я по-прежнему категорически не согласен с тем, что ты попала в ад после нашего драматичного расставания, однако если на секунду допустить с огромной-огромной натяжкой справедливость твоего попадания в ад, то это ещё не делает твои грехи настолько большими, чтобы попасть вместе со мной в Авичи, не так ли? Ты же сейчас должна сидеть на берегу Сай но Кавара и строить башни из камней, разве нет?

Я сам немного об этом знаю, но если напрячь мою память до предела моих возможностей, то можно вспомнить, что Ханэкава рассказывала, как это работает. «Сай но Кавара» — это устье реки Сандзу и место, которое мы могли бы назвать входом в ад. Дети на берегу реки строят башни из камней в честь своих родителей, но каждый раз приходит демон и разрушает их. Конечно, это довольно жестокий ад для детей, но Дзидзо-Бодхисаттва придёт однажды спасти их, так что целью этого ада всё же является спасение, а не мучение. Разбавленная версия ада. Даже по сравнению с Сандживой, где демоны убивают грешников только лишь для того, чтобы снова их возродить и ещё раз убить, это наказание похоже на простой выговор.

Я уже успел пережить и жестокую смерть, и возрождение в качестве вампира, так что я могу понять это чувство. Возможно Санджива и была бы для меня слабовата, но что насчёт Хатикудзи Маёй? Разве не странно, что та, чей грех всего лишь «умереть прежде своих родителей», оказалась в аду Авичи?

— Я впечатлена. Ты довольно проницателен, Арараги-сан. Я сказала, что у тебя нет никаких качеств детектива, но ты, возможно, переродившийся Шерлок Холмс.

— И всё же я мёртв.

К слову, не так уж я и проницателен. Любой бы пришёл к такому же выводу, если бы хорошенько подумал. К примеру, я уверен, что Ханэкава Цубаса заметила бы это в тот же самый момент, как встретилась бы лицом к лицу с Хатикудзи.

Хотя думаю, что ситуация, в которой Ханэкава попала бы в ад, просто невозможна… Хотя подождите, может мне не следует быть так уверенным насчёт этого? Если и Хатикудзи, и я попали сюда без очевидной на то причины, то я не думаю, что у Ханэкавы зарезервировано место в раю после всего того, что она натворила, будучи одержимой.

— Может быть то, что ты назвала это место Авичи, всего лишь плохая шутка? И я попал в ад всего лишь потому, что тоже умер раньше своих родителей, а это на самом деле Сай но Кавара?

Конечно это парк, а не река, однако на огненный водоворот это тоже слабо походит.

— Пожалуйста, перестань видеть решение ситуации в каждой удачно возникшей в твоей голове мысли. Ад Авичи — это именно то место, где мы находимся.

— Когда ты так уверенно это говоришь, у меня складывается впечатление, будто я снова попадаю в ад.

Хорошо, если бы было так.

Может быть было бы неплохо, если бы это стало итогом всех 17 томов.

— Верно, Арараги-сан. — сказала Хатикудзи ещё раз. — Я знала место, куда ты попадёшь. Я заранее это знала. Пришло послание. Поэтому я отправилась в командировку из Сай но Кавара, где и должна находиться, чтобы забрать тебя.

— З… забрать меня?

— Именно. Представь, что это фуршет в твою честь. Я даже хотела взять с собой гирлянду из цветов, как делают на Гавайях, но потом передумала, потому что это было бы слишком проблемно.

— Тебя остановила какая-то психологическая причина?

Ну, я думаю, что не знал бы как реагировать на то, что меня встречают в аду с гирляндой из цветов. Даже если бы это были красные паучьи лилии, я бы всё равно не смог на это адекватно отреагировать.*Красная паучья лилия (хиганбана) — цветок, ассоциирующийся в Японии с адом. Также известен, как «ликорис лучистый».

— Мне удалось ускользнуть под предлогом, что скоро прибудет мой друг. Так что я смогла себе выбить отгул от перекладывания камней.

— Отличное место, эта Сай но Кавара!

— В последнее время к нам часто стали случайно попадать люди во время клинической смерти, так что это уже почти туристическое место.

— Ты не шутишь?

— У меня действительно большое влияние среди демонов. Считай за красивые глаза. Ой, мы же в аду! У нас принято говорить за смертельные глаза.

— Я недостаточно долго здесь нахожусь, чтобы смеяться над адскими шутками, обойдись без них, пожалуйста.

Я не знаю, сколько из того, что она сказала, было шуткой… но её слова о том, что она знала о моём прибытии, привлекли моё внимание. Конечно же, если бы она не поняла, что это я, она бы не смогла прийти ко мне, чтобы забрать… но как она поняла?

— Да. — сказала Хатикудзи. — Но я не «поняла», что ты сюда попал. Я «знала» это.

— Знала?

— Да, я знала, что ты будешь убит Гаэн-сан, и в конечном итоге окажешься здесь.

— …Ты… знала обо всё этом?

— Не совсем так. Если точнее, то был человек, который об этом знал и рассказал мне.

Этот человек по-видимому многое про меня знает.

Хатикудзи Маёй говорила так, будто рассказывала старые воспоминания.