Онлайн чтение книги История конца Owarimonogatari: End Tale
3 - 7 007

Я проснулся.

Я проснулся?

Чёрт, полагаю, что я задремал. Неважно, как бы я не устал, как бы не был утомителен этот планетарий, заснуть посреди свидания — это уже за границей дозволенного. Как-то нехорошо получилось… может сказать ей, что это для меня слишком.

Похоже, что мне удалось проснуться незадолго до того, как лекция закончилась, но я совершенно не помню, что было на экране и какие звёзды были на куполе.

Я крепко спал без каких-либо сновидений.

Как неловко.

Даже не знаю, что мне лучше сказать Сэндзёгахаре, которая сейчас сидит справа от меня. Может сделать вид, что я бодрствовал всё это время? Или мне стоит сознаться во всём и извиниться за то, что я испортил наше долгожданное свидание?

Не могу решить. Я поворачиваюсь лицом к Сэндзёгахаре, и…

— …

Сэндзёгахара крепко спит.

Она спит, не издавая ни звука.

Она практически не подаёт признаков жизни, на мгновение я даже задумался, а не умерла ли она… По чистой случайности я впервые наблюдаю спящую Сэндзёгахару, но неужели она действительно всегда так спит…?

Честно говоря, это немного пугает.

Она как Спящая красавица или Белоснежка, будто впала в кому.

Подождите… она же не умерла на самом деле, да…?

— Сэндзёгахара…

— Я не спала.

Без какого-либо предупреждения её глаза резко открываются.

Это было больше похоже на оживление, чем на пробуждение. Она как современный компьютер, который включается спустя секунду.

— Я не спала. Я совсем не спала. Я просто думала с закрытыми глазами.

— …

Эти слова звучат как клише, но когда она их произносит с таким серьёзным лицом, я невольно задаюсь вопросом, а правда ли это…

Но неужели достаточно всего лишь тихо произнести её имя, чтобы разбудить её?

Хотя, учитывая её непростое прошлое, плюс длительное время, когда её постоянно терзало чувство надвигающейся опасности, не удивительно, что её манера спать напоминает повадки дикого животного.

— Прости. На самом деле я заснула.

Возможно, понимая, что ложь её ни к чему не приведёт, Сэндзёгахара честно извиняется. Действительно, то, как она легко может заставить себя извиниться, говорит о том, насколько она стала честнее по сравнению с прошлыми днями.

Раньше она была таким человеком, который скорее умрёт, чем извинится. Она была чересчур сильной личностью.

Даже сейчас я не могу поверить в то, что решил встречаться с Сэндзёгахарой, ещё когда она была такой…

Во всяком случае, раз уж Сэндзёгахара заснула, то это более чем компенсирует то, что заснул я, поэтому я ей более чем благодарен… Но успокоить себя, оставляя Сэндзёгахару чувствовать себя виноватой, будет неправильно, поэтому я тоже признаюсь.

— Не переживай, я тоже задремал.

Правильней было бы сказать, что я «заснул», а не «задремал», но я прошу вас простить мне это небольшое упущение.

— Я вижу. Наверное, мы оба устали. Может быть, это было слишком поспешно, идти на свидание сразу после вчерашнего, — ответила Сэндзёгахара, потянувшись.

Не похоже, чтобы это место хорошо подходило для сна… Я, следуя её примеру, напряг мышцы.

— Мы, наверное, немного слишком расслабились. В конце концов, проблема с твоим экзаменом и с твоим вампиризмом разрешились в один день.

— Да… наверное.

Сэндзёгахара об этом беспокоилась, пожалуй, даже больше, чем я. Если так подумать, то я заставлял её сильно волноваться в течение последних шести месяцев.

Я ужасный парень.

Да, в мае прошлого года я поймал Сэндзёгахару, после того, как она упала с лестницы, и к тому же помог разрешить её проблему. Может быть она чувствует себя обязанной мне? Но если посмотреть объективно, то за всё то время, что мы были вместе, она успела сделать для меня гораздо больше.

Возможно я оказался тем, кто получил ответный дар в тройном размере.

Трудно даже представить более несбалансированную пару. Подарить ей зефир будет явно недостаточно.

— Как поступим, Арараги-кун? Это немного изменит наши планы, но раз уж мы оба заснули, то может попробуем ещё раз?

— Нет… — я покачал головой. — У нас будет много возможностей вернуться сюда в будущем, так что попробуем в другой раз. Давай сегодня сосредоточимся на выполнении плана, который ты придумала.

Я попытался это сказать с акцентом на «в будущем». Не знаю, смог ли я чётко сформулировать своё намерение, но Сэндзёгахара ответила: «Верно. К тому же я не знаю, можно ли здесь остаться на повторную лекцию», и встала на ноги.

Её движения настолько наполнены бодростью, что вы бы никогда не сказали, что она буквально несколько минут назад спала. Я должен поучиться на её примере, думаю я про себя и повторяю за ней.

— Итак, что у нас дальше по графику?

— Как я и сказала в машине, мы собираемся немного расширить свой кругозор на тему достижений науки и техники в соседнем музее. Может летающих машин там и не будет, но экспонатов для практического изучения у них предостаточно.

— Хмм. Что ж, у тебя есть пунктик по поводу того, что мы не должны забыть, как учиться… И мы должны будем в том же духе, когда поступим в университет.

— Конечно. А как ещё я смогу стать космонавтом?

Сэндзёгахара говорила с улыбкой.

Когда она улыбается, то совершенно невозможно сказать, насколько серьёзно она говорит… Но всё же, хоть мы пока и не знаем, сдал ли я экзамен, если скоро я стану студентом университета, то может и мне стоит об этом задуматься.

Ну будущее там и всё-такое.

В моём случае, я собираюсь поступить в университет не потому, что у меня есть какая-то цель, на достижение которой я готов потратить четыре года, но вспоминая, сколько раз за последний год я был близок к тому, чтобы лишиться будущего вообще, эти четыре года видятся мне просто сказкой.

— У тебя есть какие-нибудь мечты о будущем, Арараги-кун?

Будто читая мои мысли, Сэндзёгахара спросила меня, когда мы покинули планетарий.

«Мечты о будущем». Этот вопрос заставляет меня чувствовать себя неловко.

— Нет, ничего особенного…

— Может быть у тебя есть работа мечты?

— Нет. Я даже никогда не мечтал стать бейсболистом… Окружающая среда, в которой я вырос, нисколько не питала моё стремление к какой-либо профессии.

— Ну, у твоих родителей довольно специфическая работа… Тут мне нечего ответить… Но я бы не хотела, чтобы ты закончил как Ханэкава, бегая по следам Осино, восхищаясь им и став в конце концов охотником за демонами.

Она не сильно на меня давит, но при этом высказывает своё мнение.

Полагаю, её можно понять.

Сэндзёгахара пострадала от рук пяти разных специалистов по странностям, поэтому вне всякого сомнения, у неё есть определённое недоверие ко всему в этой области. Да, она может и согласилась на помощь Осино вернуть её в общество, но её личные чувства к нему — совершенно другое дело.

— Я не могу простить ему того плохого влияния, которое он оказал на моего ангелочка, Ханэкаву. Я не имела возможности дурачиться с ней почти половину учебного года, и всё из-за того, что она продолжает заниматься своей разведкой.

— …

Какая-то неуместная обида…

Её ангелочек?

Кроме того, её планы путешествовать по миру после окончания школы — это совершенно другое, и я не уверен, что Осино виноват в том, что Ханэкава в середине учебного года уехала на разведку. У них одинаковая фамилия, и если уж искать виновных, то это скорее была Осино Оги. Да, скорее всего.

Теперь мне всё ясно как божий день.

Точно так же, как и с исчезновением Осино… многое инциденты словно намеренно возникли именно в период отсутствия Ханэкавы Цубасы.

— Может для Ханэкавы уже слишком поздно, но для тебя я бы не хотела подобной жизни, если это возможно.

— Ну… Я и сам не думаю, что смог бы вести подобный образ жизни.

Я дал такой расплывчатый ответ потому, что мне это видится очень сложным, практически невозможным — прожить свою оставшуюся жизнь и не вляпаться в какую-нибудь историю со странностями.

Во всяком случае, пока со мной есть Осино Синобу.

Пока я поддерживаю с ней отношения, я никогда не смогу распрощаться со сверхъестественным, даже если это означает, что после смерти я снова попаду в ад.

— Если же тебе придётся жить подобным образом, то я бы хотела, чтобы ты по крайней мере не работал. Я буду поддерживать тебя, пока жива.

— …Разве тогда я не стану тем, кого люди называют «тунеядцами»?

— А я из тех, кого люди называют «великодушными».

— Слушай, я не думаю, что люди станут называть тебя лестными словами. Я-то довольно никчёмный человек, но если ты будешь содержать меня, то тебя тоже сочтут никчёмной, не думаешь?

— Ну и пусть. Парень тунеядец и бесхребетная девушка, да мы просто идеальная пара.*В оригинале Сендзёгахара называет себя «химоно онна», то есть «девушка сушёная рыба». Подразумевается девушка, которая в стенах своего дома ведёт потребительский и ленивый образ жизни, предпочитая друзьям просмотр телевизора, а готовке — обед из микроволновки. Термин придумала мангака Сатору Хиура в своей манге Hotaru no Hikari.

— Может быть, но…

«У каждого котелка должна быть подходящая крышка», разве нет?

Хмм…

Да уж, даже сейчас, когда я поступил в университет (теоретически), я всё ещё считаю, что у меня в жизни остаётся множество вещей, о которых в будущем мне придётся позаботиться. Это как напоминание о том, что в нашей жизни нет финишной черты, есть только контрольные точки.

Почему так трудно всегда выигрывать? Почему мы обязательно где-нибудь да ошибаемся на своём пути? Хмм, откуда у меня такие мысли? Об этом говорила Гаэн-сан?

Нет, больше походит на то, что я слышал это во сне… Но какой у меня был сон? Я думал, что спал без сновидений…

— После того, как мы обойдём музей, мы остановимся на обед. Но только не в фаст-фуд, нужно найти что-нибудь более лёгкое. Если я переем за обедом, то у меня не останется места для ужина.

Сэндзёгахара возвращается к разъяснению своего плана.

Примечательно, что ужин она собирается провести с отцом, и в свете этого она считает, что полноценный обед со своим парнем можно и не устраивать.

…Ну что ж, ничего не поделаешь.

По правде говоря, я за неё должен быть счастлив. Её отношения с отцом были довольно напряжёнными, когда мы ехали в июне на наше первое свидание, поэтому, раз они смогли наладить контакт, то я, как её парень, должен смириться с тем, что меня оставляют на обочине, и просто порадоваться за неё.

Точно так же Цукихи вчера упомянула, что, несмотря на то, как я раньше плохо ладил с сёстрами, сейчас мы наладили наши отношения настолько, что даже можем гулять вместе. Конечно я не могу быть недоволен этим, и я прекрасно понимаю, как прекрасно быть в мире со своей семьёй.

Я хочу этого и для Сэндзёгахары.

Особенно сейчас, когда она уже потеряла свою мать, ей особенно стоит дорожить связью с отцом. Хотя несмотря на всё это, от чувства недовольства я всё ещё не избавился.

Я не могу до конца войти в её положение.

Поэтому я буду надеяться, что оставшаяся часть нашего плана компенсирует неполноценность обеда, что она покажет, что сдерживалась днём только ради того, чтобы не слишком утомиться к вечеру. Я готов не обращать внимания случайных прохожих, готов пренебречь своим окружением, и просто уйти в отрыв.

Однако, похоже, что в стремлении Сэндзёгахары к обычному школьному свиданию, не было никакой лжи, ведь мы формально всё ещё школьники, поэтому она говорит:

— Поскольку утренняя часть плана у нас была образовательной, то день я отвела под развлечения. Мы поедем за город, первую половину дня проведём в боулинге, сделаем перерыв на чай, после чего закончим в караоке.

— Ээ…

Впечатляюще.

Ладно боулинг, но идти в караоке — совсем не похоже на Сэндзёгахару, из-за чего я немного отступил назад.

— Хм, боулинг был моей идеей, а пойти в караоке был совет Ханэкавы.

— Совет значит…

— Её слова натолкнули меня на мысль. Вы что, часто с ней ходите вместе в караоке? Я потому и согласилась пойти туда, ведь я, как твоя девушка, не хочу проиграть никому, даже Ханэкаве.

— …

Если это именно то, что вдохновило её на караоке, то я бы не назвал это «следовать совету».

Когда она предлагает пойти в караоке, основываясь на подобном рассуждении, мне немного трудно ждать этого момента с предвкушением… Впрочем, я бы хотел послушать пение Сэндзёгахары, так что думаю, что всё в порядке.

— А что насчёт боулинга? Ты хорошо умеешь играть…?

— Я не играла в боулинг с тех пор, как поступила в старшую школу, но в средней школе мы часто там бывали вместе с Камбару и клубом лёгкой атлетики. Я показывала весьма чудесные результаты. Поэтому я посчитала, что было бы неплохо вернуться к тем славным денькам. А что насчёт тебя, Арараги-кун?

— Хм?

— Я имею в виду твои навыки игры в боулинг. Какой твой лучший результат?

— Оу, нет, я в боулинге совсем новичок. Мне кажется, что я вообще ни разу раньше в него не играл… Поэтому, если не возражаешь, я буду полагаться на твоё чуткое руководство.

— Хорошо. Но проигравшего будет ждать наказание.

— Эй, не надо устанавливать наказания сразу после того, как ты узнала, что я новичок.

— Проигравший должен будет безоговорочно исполнить один приказ победителя.

— Это слишком серьёзное наказание!

Если подытожить…

Расписание Сэндзёгахары на сегодняшний день выглядит как-то так: «Вождение -> планетарий -> научный музей -> вождение -> обед (лёгкий) -> вождение -> боулинг -> вождение -> перерыв на чай -> вождение -> караоке -> возвращение домой». Независимо от того, насколько лёгким будет обед, этот график достаточно плотный, чтобы к концу свидания мы хорошо насытились.

— По правде говоря, было ещё много мест, куда бы я хотела сходить, и вещей, которые я хотела бы сделать… но ничего не поделаешь. В отличие от любви время ограничено.

Несмотря на то, что она смогла даже выделить время для ужина с отцом, Сэндзёгахара ещё и выказывает недовольство, что составила недостаточно насыщенный график.

— Что ж. Возможно, это наше последнее свидание в роли старшеклассников, но мы можем в будущем ходить на свидания так часто, как только захотим. Мы можем ходить на свидания днями и ночами, от рассвета до заката, от заката до рассвета. Разве не так, Арараги-кун?

— …

На подобный вопрос есть только один правильный ответ.

— Да, ты права. Конечно мы можем.

И всё же, я не совсем уверен в своём утверждении. Когда я думаю о том, что ждёт впереди…

Когда я думаю об Осино Оги…

Мне трудно сказать что-либо наверняка.