Онлайн чтение книги История конца Owarimonogatari: End Tale
4 - 2 002

Если я закрою глаза и задумаюсь, то мне на ум придёт череда сюрреалистичных сцен, с которыми мне пришлось столкнуться за прошедший год. И я не собираюсь сейчас перечислять их все, но сегодня, вечером 14 марта, после моего свидания с Сэндзёгахарой Хитаги, я оказался лицом к лицу с финальной сюрреалистичной сценой, которая могла бы дать фору всем предыдущим.

Парк Сирохэби.

Я долго не знал, как читается название этого парка, но вчера, будучи на дне ада, я узнал, что этот парк обязан своим названием многолетним ошибкам и опечаткам, и это не «Рохаку» или «Намисиро», а «Сирохэби». В общем, сцена разворачивается именно в этом парке.

Игра в бейсбол.

Правда игроков очень мало, так что правильнее было бы назвать это игрой, похожей на бейсбол… Но в любом случае, трое человек, играющих роли питчера, бэттера и кэтчера,*«Питчер» — игрок, подающий мяч. «Бэттер» — игрок, отбивающий мяч при помощи биты. «Кэтчер» — игрок, ловящий мяч в случае, если его не отбил бэттер. играли бейсбольный матч.

Бейсбол в парке.

Сама по себе эта ситуация вполне обычная, но сами игроки, и инструменты, которые они используют, создают совершенно сюрреалистичный образ. Чистейший сюрреализм без намёка на реальность.

Питчером выступает Гаэн Идзуко.

Хоть она и носит бейсболку, но её худое тело, облачённое в мешковатую одежду, создаёт образ, абсолютно противоположный спортивному. И как бы молодо она не выглядела, она всё-таки уже порядочная взрослая женщина, у которой уже давно прошёл возраст невинных игр в парке.

В роли бэттера — Осино Синобу.

Одно дело, если бы это была маленькая девочка, которой она являлась до недавнего времени, но сейчас она высокая, стройная, длинноволосая блондинка в великолепном платье. Она настолько красива, настолько ослепительна, что невозможно оторвать свой взгляд. Не говоря уже о том, что на её ногах шпильки, в руках бита, ожидающая подачи, а одна нога выдвинута вперёд. Она словно швейная машинка на анатомическом столе.*Фраза из поэмы «Песни Мальдорора» французского поэта-сюрреалиста Графа Лотреамона, где он сравнивает красоту юноши с «встречей на анатомическом столе зонтика и швейной машинки». Этот образ выглядит настолько неправильно, что вернее было бы его сравнить с анатомическим столом на швейной машинке.

Ох, я допустил ошибку. Одну неосторожную ошибку.

Это не бита. Предмет, который она держит в руках словно весло, не является металлической битой. Это длинный японский меч.

Прекрасный меч, который смог бы распознать даже дилетант.

Меч, именуемый Кокороватари, или же «Убийца странностей».

«Демон с металлическим прутом»*«Дать демону железный прут» (Oni ni kanabou) — японская пословица, означающая «сделать сильнее того, кто и так слишком силён». собственной персоной. Настоящий вампир, восстановивший все свои силы. Она прекрасно чувствует себя в ночное время, поэтому во время этого ночного матча она в особо приподнятом настроении.

Хотя, вчера утром в храме Кита-Сирахэби Королева Странностей прекрасно себя чувствовала, поскольку она уникальный, сверхсильный, железнокровный, теплокровный, хладнокровный вампир. Она способна выдержать достаточно много солнечного света, если укрепит свою защиту.

— Хэй-хэй! Питчер-то испугался!

И наконец, кэтчер. Казалось бы, по сценарию они должны быть союзниками, но она стучала по своей большой перчатке и громким улюлюканьем дразнила питчера. Она была здесь единственной, чей возраст подходил для игры в бейсбол в парке. Хатикудзи Маёй.

Она была кэтчером в юбке, сидя на корточках с раздвинутыми коленями, а это значит, что её нижнее бельё выставлено напоказ.

Она действительно чересчур расслабилась.

Мне даже не интересно заглядывать ей под юбку.

Для начала, первое, что бросается в глаза, так это то, что ей бы следовало снять свой рюкзак хотя бы на время игры. Впрочем, может она использует его для сохранения равновесия в такой неустойчивой позе.

Всё, что я описал, уже выглядит достаточно сюрреалистично, но ситуацию ещё сильнее усугубляет тот факт, что предмет, который они используют в качестве мяча — камень подходящего размера.

Камень?

Они бросают камень и отбивают его мечом…?

Что это за разновидность бейсбола?

Это уже не столько походит на бейсбольный матч, сколько на поединок в кэндо.*Японское искусство владения мечом.

Глядя на это зрелище, я, как порядочный гражданин, чувствую, что должен бы сообщить о происходящем в полицию, но здесь присутствуют люди, с которыми я знаком лично. Да что уж там, здесь нет никого, кроме людей, с которыми я знаком. Поэтому я подумываю о том, чтобы сделать вид, будто я ничего не видел, развернуться и уйти. Посмотрим, может быть, я смогу присоединиться к ужину Сэндзёгахары с её отцом.

— Ты не можешь. — Сказала девочка, стоящая рядом со мной.

Ононоки удерживает меня. Она пытается остановить меня восхитительным жестом — дёрганием за рукав, так что даже такой дерзкий человек, как я, не имеет иного выбора, кроме как остановиться.

Конечно, даже без этого, Ононоки вопреки своему кукольному виду обладает невероятной силой, сравнимой с силой Геракла, поэтому она дёргает меня за рукав так же эффективно, как если бы приковала меня к земле.

— Ты же собираешься уладить всё этим вечером, не так ли?

— Ну, да…

— Пока рядом нет моей сестры, я ничем не смогу тебе помочь, но я, по крайней мере, буду наблюдать за твоей битвой, так что вперёд. — Подбадривает меня Ононоки.

Чтобы отправиться туда, требуется огромное мужество. И раз уж я слышу такие слова от девочки, которая в два раза ниже меня ростом (забудем на минутку, из чего она сделана), я просто не имею права струсить.

Я ступаю на игровое поле. Ну, то есть захожу в парк.

— О! А вот и ты, мой господин!

Синобу первой обратила на меня внимание.

Глядя на то, как эта красивая, элегантная, прекрасная, сияющая… а проще говоря — светловолосая красавица с первоклассной фигурой, для описания которой всегда будет недостаточно витиеватых эпитетов, невинно машет мне рукой (в действительности она машет мечом), я чувствую некую неловкость, или же дезориентацию.

— Тебя не было слишком долго! Мы ждали тебя, но нам стало слишком скучно, поэтому мы решили поиграть в крокет, чтобы скоротать время.

Так значит это был крокет…

Я хоть и слышал, что крокет является прототипом бейсбола, но я практически ничего не знаю о том, что он из себя представляет.

— Ха! Ха-ха! Ха-ха-ха-ха! — рассмеялась она.

Бросившись ко мне, Синобу хватает меня, поднимает над головой и начинает раскачивать. Я чувствую себя словно на гигантских качелях, или словно ребёнок, с которым играет взрослый. Впрочем, учитывая нашу разницу в силе и в росте, это не далеко от правды.

Мы можем наблюдать феномен внезапной смены наших телосложений.

Но, чёрт возьми, Синобу-сан, у тебя чертовски хорошее настроение.

Я с прошлой весны не видел тебя такой энергичной.

Да, я припоминаю, насколько она была полна энтузиазмом. Она была вне себя от счастья, когда восстановила свою истинную форму… Может это и есть то самое удовольствие — вернуть себе своё тело.

Пока Синобу буквально подбрасывает меня, Хатикудзи и Ононоки наблюдают за этим действом с неописуемыми выражениями на лицах.

Возможно, наблюдая за тем, как со мной обращаются таким же образом, каким я привык обращаться с ними, они испытывают истинное удовлетворение от того, что я получаю по заслугам. Удручающее зрелище.

Они словно наблюдают, как страшный старшеклассник пресмыкается перед ещё более страшным старшеклассником… Тем не менее, подобное поведение Синобу вполне подходит на роль возмездия.

Поистине, законченная повесть о свершившейся мести.

Такая, что даже мне начинает нравится то, что со мной происходит.

В любом случае, учитывая то, как я всегда обращался с Синобу, когда она была маленькой девочкой, у меня нет права жаловаться, даже если бы она задушила меня в объятьях или ездила бы на мне верхом.

Однако великодушие Синобу, судя по всему, увеличилось прямо пропорционально её телу, потому что она отпускает меня сразу, как только видит недовольство на моём лице.

Она говорила мне, что её облик сказывается на её характере, так что как бы это ни было прискорбно для меня, я полагаю, что уже не могу относится к ней, как к маленькой девочке.

…Хотя, если бы у неё при облике 27-летней девушки осталась бы личность 8-летней девочки, она бы вышла даже за границы сюрреализма.

Никогда прежде не испытывал ничего подобного. Как будто встретил свою двоюродную сестру на летних каникулах.

— Х… Хатикудзи…

Прокатившись на этих качелях и не упустив ни единой капли наслаждения, я протягиваю руку в сторону девочки, что стоит передо мной, несмотря на то, что чувство равновесия окончательно меня покинуло. Если так подумать, то Хатикудзи потеряла сознание сразу после того, как я насильно вытащил её из ада, так что фактически я не стоял с ней в реальном мире лицом к лицу уже полгода.

Как же досадно, что у меня настолько кружится голова, что я не могу заключить её в привычные объятия.

— Ну что, страшно было в аду, Барагаки-сан?*«Барагаки» — детское прозвище заместителя командующего Синсэнгуми, Хидзикаты Тосидзо (1835-1869). В примерном переводе означает «шипастый» или «терновый».

— Хорошо, звучит довольно круто, но не нужно меня звать так, словно я маленький Хидзиката Тосидзо. Я до этого имени никогда не дорасту. Меня зовут Арараги.

— Прости, запнулась.

— Нет, ты нарочно…

— Запнапнулась!

— Или не нарочно?!

— Согнулась.

— Ну, ты и правда согнулась, ты же кэтчер, но всё же!

Фух, к счастью, наш традиционный диалог прошёл как надо. Никто бы даже не догадался, что мы давно не практиковались.

Если, конечно, не считать те пару раз в аду.

— Я был уверен, что мы использовали уже все вариации твоих запинаний, но, оказывается, извращению над моим именем нет конца…

— Но ты знаешь, делая это в реале, испытываешь совсем иные ощущения.

— Не называй действительность «реалом».

Почему ты относишься к аду, как к виртуальному миру?

Нынешняя молодёжь даже обычные книжные магазины называет «реальными».*В японском молодёжном сленге закрепилось слово «риару» для обозначения «настоящих» вещей в противовес «виртуальным». Я не могу смириться с подобной тенденцией.

— Рада видеть тебя, Ононоки-сан. Спасибо за твою помощь.

— Мм. Рада видеть, что ты вернулся.

Вот и вся реакция Ононоки.

Я без понятия, какую позу предполагает данный ответ (даже не знаю, способна ли она её придумать), однако прошло уже целых шесть месяцев с тех пор, как Ононоки, Синобу и Хатикудзи собирались все в одном месте.

В то время я наслаждался обществом маленькой девочки, девочки чуть постарше и девочки ещё чуть постарше (да что со мной не так?), но благодаря тому, что Синобу резко повзрослела, они в этот раз собрались в несколько ином виде.

Хм, теперь, когда я задумался об этом, мне стало любопытно. Нужно кое-что проверить. Конечно, это то, в чём я должен был убедиться ещё вчера.

Я протягиваю руку в груди Хатикудзи.

Эй, она убегает.

— Что-то не так, Хатикудзи?

— С головой у тебя что-то не так! Не потрудишься объяснить, по какой причине ты внезапно попытался облапать мою ещё не сформировавшуюся грудь?

— Нет, мне просто было интересно, в каком состоянии ты сейчас находишься. Я же вытащил тебя из ада. Разве это не означает, что ты должна была вернуться к жизни, как и я? Или…

— Именно «или», Коёмин.

Некоторое время понаблюдав за нашей маленькой пародией, как взрослые наблюдают за игрой детей, Гаэн-сан обращается ко мне с питчерской горки (хотя она лишь называется горкой, никакой возвышенности на самом деле нет),*«Горкой» называется позиция в бейсболе, на которой находится питчер. На настоящем поле для бейсбола её высота составляет примерно 45 сантиметров. вклиниваясь в наш разговор.

Учитывая нашу текущую позицию, это было очень похоже на пик-офф.*«Пик-офф» — пас питчера инфилдеру (полевому игроку).

— Мне жаль говорить это, но тело Хатикудзи было кремировано. А-ха-ха, если бы её тогда похоронили, то сейчас мы бы могли наблюдать куда более гротескный образ. Она была бы зомби, или даже цзян-ши.*Цзян-ши (jiangshi) — нежить из китайской мифологии. Практически то же самое, что и зомби, но способны высасывать жизненную энергию из людей. Является отсылкой к рассказу «Mayoi Jiangshi» из Kabukimonogatari. В любом случае, она сейчас в том же состоянии, что и тогда в парке, когда вы впервые встретились. Она — дух. Призрак.

Сказав это, она бросила на землю камень, который держала в руке.

— Правда был небольшой шанс, что это не так, поэтому я изучала эту возможность в течение сегодняшнего дня. Ну, то есть пока ты был на свиданке с Сэндзёгахарой.

— На свиданке…?

Ну и выражение…

Оно не столько слащавое, сколько странное и немного зловещее.

Но теперь я понимаю. Всё всегда складывается не так, как хочется. На самом деле я даже не уверен, было бы это хорошо или нет, если бы Хатикудзи вернулась к жизни. Всё-таки она мертва уже 11 лет, и если бы она воскресла, то ей, как человеку, не нашлось бы места в этом мире. Если бы она оказалась привязана к физическому телу, ей было бы некуда деваться.

Но подождите.

Это, по крайней мере, было бы лучше, чем ад… верно?

— …Прости, Хатикудзи.

Несмотря на свои размышления, я склоняю голову.

Можно даже сказать, что мне стыдно.

Я вытащил тебя вместе со мной в результате секундного порыва. Получается так, что я обесценил все полгода твоего тяжкого труда. Если бы ты просто продолжила бы в том же духе, Дзидзо Бодхисаттва позволил бы тебе переродиться…

Но я…

Просто потому, что я не мог на это смотреть, я заставил Хатикудзи покинуть свой пост. И ведь тем, кто понесёт за это наказание, буду не я. Это будет Хатикудзи.

В этот раз ей придётся расплачиваться даже не за свои ошибки.

— Всё в порядке, Арараги-сан. Пожалуйста, не беспокойся так об этом. Мы с Гаэн-сан уже обо всём договорились.

— ? Договорились?

С Гаэн-сан?

Это вызывает у меня тревогу. Я инстинктивно оборачиваюсь на Гаэн, но она пожимает плечами, делая вид, что не понимает, о чём речь.

— Я не считаю, что ты доставил мне неприятности, когда спас меня. — Продолжает Хатикудзи. — В конце концов, ад — это ад. На самом деле, когда с неба опустилась нить, я подумывала оттолкнуть тебя и самой подняться по ней.

— Какие возмутительные мысли, оказывается, у тебя в голове.

Она даже хуже Кандаты.*Кандата — главный герой рассказа «Паутинка» (о котором говорилась в Mayoi Hell), которому в ад Будда опустил паутинку, а Кандата запретил по ней забираться всем, кроме него самого, за что и был наказан.

Или же она просто шутит. Впрочем, такой шутки недостаточно, чтобы очистить мою совесть.

— Всё, всё, не беспокойтесь, я сама всё улажу по этому поводу, так что почему бы нам наконец не начать наш брифинг, раз уж ты к нам присоединился? Сегодня мы положим всему конец, так что давайте работать слаженно и в темпе. Кстати, Коёмин… Не мог бы ты попросить свою великовозрастную рабыню перестать издеваться над моей маленькой сикигами?

Я обернулся…

…И увидел, как Осино Синобу пытается душить Ононоки Ёцуги, которая, судя по всему, полностью выпала из ситуации и была лишена какой-либо воли. Похоже, что она воздаёт Ононоки за все те оскорбления, которым подвергалась летом, чего Ононоки и боялась.

Я забираю все свои слова обратно. Независимо от того, что она в своей полной форме, и что она взрослая женщина, личность моего напарника остаётся такой же мстительной, как и всегда…