Онлайн чтение книги История конца Owarimonogatari: End Tale
4 - 5 005

Её заключение настолько неожиданно, что я на секунду перестаю слушать, что она говорит. Но я что-то вроде этого и предполагал, когда услышал объяснение Тадацуру.

Змея, обладающая бессмертием.

Есть определённый смысл в том, что эта религия была узурпирована вампиром, обладающим этим же качеством. Можно ещё вспомнить легенду о морском змее, известном как Гидра, монстре, способном восстанавливать своё тело, сколько бы раз герой его не разрубал.

В этом есть логика.

Как бы то ни было.

Я действительно никогда не связывал историю о том, как Синобу притворялась божеством, с историей храма Кита-Сирахэби. Пока я не услышал всё это от Тадацуру, я полагал, что это две совершенно несвязанных истории.

В конце концов, это значит, что Синобу уже посещала этот город 400 лет назад, но этого никто раньше никогда не упоминал.

Никогда не упоминал?

Это действительно так?

Разве не я говорил в августе, что это место было… родным городом первого слуги Синобу, Сисируй Сэйсиро?

Если это и есть его родной город, то из этого неизбежно следует то, что город, на который приземлилась Синобу 400 лет назад, находился где-то здесь.

Но я всё же уверен, что сама Синобу об этом никогда не говорила. Подумав об этом, я повернулся, чтобы взглянуть на Синобу, которая всё ещё держит меня на руках, но эта очаровательная красавица просто смотрит на меня сверху вниз взглядом, лишённым следов юности…

— ?? — она наклонила голову набок.

…Эй, не наклоняй так голову!

Теперь, когда ты уже не девочка, это выглядит глупо.

Теперь она выглядит совершенно взрослой, и внутри она должна была повзрослеть соответственно внешности, но, судя по всему, её личность не сильно изменилась. Она просто олицетворение пословицы «с душой трёхлетнего до ста лет дожить».*В оригинале пословица звучит, как «Mitsugo no tamashī hyaku made». Смысл пословицы заключается в том, что каким человека воспитали в детстве, таким он всю жизнь и проживёт (Горбатого могила исправит).

Кроме того, она обладает уникальной способностью стирать по желанию свои воспоминания (или же восстанавливать их), засовывая руку прямиком в свою голову, так что она может частично забыть неприятные для себя воспоминания либо что-то иное, что не хочет вспоминать.

— Между прочим, — начала Гаэн-сан, как бы добавляя к уже сказанному. — После долгих лет медленного разрушения храм Кита-Сирахэби, бывший храм Сирохэби, наконец рухнул около 15 лет назад, об этом я тебе тоже уже говорила. Когда первый слуга Синобу-сан… Точнее говоря, когда его «пепел» нашёл дорогу домой, он одним большим глотком поглотил все «неприятные вещи», скопившиеся здесь, заодно поглотив и местного бога. Да, именно тогда и был уничтожен бог-змея, существовавший в качестве резерва. Он был поглощён, ускорив «его» воскрешение. Конечно, всё это стало ещё одной причиной того, что случится позже.

— …Я понимаю всё то, что ты говоришь, но поверить в это достаточно трудно.

Я сказал то, о чём в действительности думал.

По правде говоря, я даже не совсем уверен, что понимаю всё, что она говорит. Возможно, даже после всего этого, я вообще ничего не понимаю.

Однако в её словах я не сомневаюсь. Многие вещи теперь стали собираться в единое целое.

И от того, во что собираются все эти вещи, у меня мурашки по спине. Такое странное, неприятное ощущение, будто кто-то играется мной у себя на ладони.

Ононоки говорила мне то же самое. Но если это правда, и я на ладони чей-то руки, то чья это рука? Гаэн-сан, или, может быть, Оги-тян? Или кто-то другой?

— Я могу догадаться, о чём ты думаешь, но, Коёмин, ты понял всё неправильно. Возможно, тебе кажется невероятным совпадение, что Хартандерблейд однажды уже приезжала в твой город, но с точки зрения стороннего наблюдателя, как я, именно то, что это тот самый город, который когда-то посетила Хартандерблейд, неизбежно привело ситуацию к нынешнему состоянию. Хотя, даже я не могу утверждать это с абсолютной уверенностью.

— …

Мне кажется, это я тоже уже слышал раньше.

Я слышал, что Синобу вернулась в этот город потому, что её воззвал сюда Сисируй Сэйсиро, который превратился в пепел. В таком случае, это действительно было неизбежно. И то, что Синобу и я встретились, было ещё одной неизбежностью.

Я уверен, что за 400 лет городской пейзаж полностью изменился, поэтому, даже если Синобу и была очень внимательна, она вполне могла не заметить, что это то самое место, которое она когда-то посещала. От озера не осталось ни следа.

— Теперь ты понимаешь, почему я хотела сделать Синобу-сан новым богом храма Кита-Сирахэби, когда вопрос с её слугой был разрешён.

Сказав это, Гаэн-сан вынимает талисман, который ранее запихала в карман.

— Она заняла место водяной змеи, которой здесь ранее поклонялись. Это накладывает определённую ответственность, поэтому я подумала, что она подходящая кандидатура на это место. В любом случае, пока мы не закроем этот воздушный карман, беспорядки в городе никогда не прекратятся. Мэмэ решил замести все неприятности под ковёр и позволить вещам идти своим чередом, но я предпочитаю не решать проблемы, а предотвращать их, поэтому я решила разобраться с самой причиной. Чтобы восстановить разрушенный храм, я решила создать опору, создать бога. К сожалению, мне было категорически отказано. — Сказала Гаэн-сан, немного поддразнивающе.

Она может дразнить меня сколько угодно, но я даже сейчас не считаю, что это смешно… Я даже не могу оценить масштабы вреда, который я причинил, отказавшись превратить Синобу в бога.

— Если бы ты тогда хотя бы привела какие-то аргументы… — начинаю говорить я, но даже если бы она тогда объяснила бы мне смысл своих действий, я сомневаюсь, что использовал бы этот талисман на Синобу.

Синобу не создана, чтобы быть богом? Нет, причина в другом.

Что касаемо пригодности, то хоть и недолгое время, не говоря уже о том, что она была просто подделкой, Синобу уже была богом раньше, поэтому можно смело утверждать, что она достаточно квалифицирована для этой работы.

Я просто не хочу, чтобы Синобу становилась богом.

Нет смысла подчинять этот город, если это означает, что нужно принудить Синобу к чему-либо против её воли. Вот такие вот у меня были эгоистичные аргументы.

И эти эгоистичные аргументы по-прежнему не изменились.

Всё ли мне было объяснено, или нет, я уверен, что буду продолжать настаивать на том, чтобы всё было по-моему. В конце концов, даже после того, как я всё это услышал, у меня нет никакого намерения принуждать Синобу проглатывать этот талисман.

— Понимаешь, Коёмин?

— …Так что дальше то? То есть… зачем ты снова поднимаешь эту тему? Если ты знаешь, что этот разговор ни к чему не приведёт…

— Проще говоря, потому, что сейчас как раз имеет смысл об этом говорить… Коёмин. Почему бы нам немного не передохнуть, чтобы ясным образом высказать друг другу свои мысли?

— Высказать свои мысли?

— Объявить наши цели, если хочешь. Или может заявить о намерениях.

— …

Это мне напоминает то, о чём вчера говорила Хитаги.

«Самые опасные люди — это те, чьи цели невозможно точно определить».

Она сказала, что Гаэн Идзуко — прекрасный пример такого человека. И теперь вот Гаэн собирается добровольно рассказать мне о своих целях?

Это значительно больше, чем я мог когда-либо пожелать. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, поэтому я предельно осторожен. Не похоже, чтобы мы работали друг против друга, так почему же я себя так чувствую, когда разговариваю с ней?

Гаэн-сан не должна быть моим врагом.

Однако, услышав её объяснение, я кое в чём с ней согласен.

Вот её объяснение:

— Наши с тобой цели, вероятно, не совпадают. Они так же не совпадают с мнениями Синобу и Хатикудзи. Несмотря на нашу дискуссию за «круглым столом», у нас нет никакого консенсуса. Я возлагаю большие надежды на твоё чудо, потому и включила тебя в свой план… Но не могу отрицать, что это очень рискованный шаг, который может привести к катастрофе. В конце концов, когда я последний раз доверила тебе решение по поводу того, что делать с Синобу-сан, а тогда она была ещё Синобу-тян, всё закончилось тем, что богом стала совершенно посторонняя школьница.

— …Мне нечего на это ответить.

Иными словами, Гаэн-сан хочет узнать цель, или намерения, кого-то, кому не может доверять, то есть мою цель.

Нет, если она знает всё, то она просто не может не знать, что движет мной… Она просто хочет, чтобы я сам это сказал.

Она хочет, чтобы я отстаивал своё мнение.

— Хорошо, тогда я выскажусь… Моя цель…

Я пытаюсь выразить свои мысли словами, но сталкиваюсь с проблемой. Какова моя цель в этом сценарии? Что должно произойти, чтобы я был доволен результатом?

— Пока что… Я хочу сделать что-то с Синобу и Хатикудзи. Сейчас так обстоят дела, что Хатикудзи снова рискует быть поглощённой Тьмой… Просто дабы убедиться, она может ещё раз отправиться в загробный мир?

— Она может, но она попросту вернётся в ад. И за побег она может быть приговорена к более строгому наказанию. Я сомневаюсь, что её отправят в Авичи, но не могу гарантировать, что она вернётся в Сай но Кавару. Это приводит нас к ещё одному вопросу о том, что же удовлетворит тебя. — Ответила Гаэн-сан.

Конечно, я никогда не собирался мириться с тем, что Хатикудзи попадёт обратно в ад. Я совершенно никак не мог этого сделать. Абсолютно исключено. Но всё же, какие есть ещё варианты?

Должен ли я заявить, что поглощение Тьмой лучше, чем ад? Я не думаю, что существует такой выход из ситуации, который бы меня устроил…

— Я ведь уже говорила, что у меня есть план относительно Хатикудзи, помнишь? Итак, давай теперь послушаем твои опасения по поводу Синобу-сан. Когда ты сказал, что собираешься что-то сделать с Синобу-сан, что ты имел в виду, Коёмин?

— Я имел в виду… Что она сейчас, ну ты понимаешь… — я, заикаясь, указал на Синобу позади меня.

Я указывал на Синобу в её полной форме. В форме настоящего монстра.

Я называю её Осино Синобу, но на самом деле она железнокровный, теплокровный, хладнокровный вампир, Киссшот Ацеролаорион Хартандерблейд.

Другими словами, это значит… что она в настоящее время более не удовлетворяет критериям безвредности, а значит, она снова пойдёт по залитой кровью тропе, уничтожая всех охотников на вампиров, что встанут у неё на пути.

Она настолько устала от такой жизни, что пыталась покончить жизнь самоубийством. Она никогда не желала этого… я так думаю, по крайней мере.

Я не знаю, что на самом деле по этому поводу думает сама Синобу.

Может быть, она бы предпочла жизнь маленькой девочки, оказавшейся в ловушке моей тени. На самом деле этого следовало бы ожидать.

Но и в полной форме она, похоже, вполне счастлива.

Но существует опасность, что я могу быть прав. В конце концов, в своей полной форме она обладает настолько разрушительной силой, что может уничтожить весь мир дней за десять.

Но я уверен, что Гаэн-сан этого не допустит.

Кроме того… Ещё более, чем сама Гаэн-сан, в этом заинтересована хозяйка куклы, которую Гаэн держит на коленях, Кагэнуй Ёдзуру. Учитывая то, насколько она ненавидит бессмертные странности, я уверен, она будет не рада услышать подобные новости. Подождите, нет.

Ведь местоположение Кагэнуй-сан в настоящее время неизвестно…

— И конечно, я хочу также выяснить, где находятся Осино и Кагэнуй-сан…

Возможно, Ханэкава и узнала, где находится Осино, но на Кагэнуй это не распространяется… Ханэкава и Кагэнуй-сан вообще ни разу не встречались, поэтому вряд ли можно рассчитывать, что девушка, которая «знает только то, что знает», выследит заодно и Кагэнуй-сан.

— Пока этот вопрос не разрешится, ты не сможешь начать новую жизнь в качестве студента, Коёмин? — размышляла она вслух. — Как всегда, ты видишь только то, что прямо перед тобой…

Она засмеялась.

— Я почти ревную, серьёзно. Мне нравится думать, что я живу свободной жизнью, но у меня есть свои поводы для беспокойства, поэтому я не могу разговаривать так же свободно, как и ты. Моя цель — принести мир в этот город. Я хочу покорить этот город, который снова и снова стремится погрузиться в сверхъестественный хаос. Мне больше ничего не нужно.

— …

Её цель настолько масштабна, что я начинаю задаваться вопросом, а не утратила ли она все человеческие чувства? Но, как говорится, воробью не дано постичь замыслы орла.*Японская пословица. (Enjaku izukunzo kōkoku no kokorozashi wos hiran'ya). Имеется в виду «Как может ничтожный человек постичь великие замыслы?» А именно так я себя и чувствую после слов Гаэн-сан.

Однако, после беседы с ней, у меня начинает вырисовываться картина того, что же ей движет. Я уверен, что для неё покорение этого города — не более, чем одна из множества целей.

Нет, конечно, я бы хотел, чтобы город, в котором я живу, был мирным… но я не настолько экстраординарен, чтобы делать это одной из своих целей. Максимум, что я могу придумать, это то, чем я могу помочь людям, окружающим меня.

— Я уже говорила тебе, что это опасно. Но это должно облегчить нам нахождение компромисса. По крайней мере, на этот раз.

— …? Что ты имеешь в виду?

— Раз ты беспокоишься о людях, окружающих тебя, это означает, что ты думаешь только о других. Поскольку ты совершенно не заботишься о том, что происходит с тобой, нам в этот раз нужно будет прийти к соглашению.

Так она сказала. Она выглядит успокоившейся, но я не уверен, что именно её успокоило.

Что происходит со мной?

Теперь, когда моя проблема с превращением в вампира успешно разрешилась, я не уверен, что мне нужно о чём-то беспокоиться…

— Прости за назойливость, но дай я кое-что уточню ещё раз. У тебя нет никаких возражений по поводу того, что я собираюсь подчинить себе этот город, верно? И если я предложу подходящие условия, то ты даже поможешь мне, правильно?

— …Ну, конечно, я…

— А ты, Синобу-сан?

Я ещё не закончил отвечать, но Гаэн-сан оборвала меня и направила свой вопрос блондинке, которая держит меня в своих объятиях, Осино Синобу.

— Какова твоя цель? О чём ты думаешь? Чего ты добиваешься?

— Я просто подчиняюсь своему господину. Если мой господин решит помочь тебе, то я сделаю то же самое, если он пойдёт против тебя, то и я пойду.

Синобу отвечает без малейшего колебания. Она чётко понимает, чего хочет. Она не такая размазня, как я. Кроме того, она…

— Синобу-сан, разве твоя преданность по отношению к Коёмину по-прежнему сохранилась даже после того, как ты повзрослела? Я не учла этого… Если честно, я считала, что как только будет разорвана связь между вами, будут разорваны отношения хозяина и слуги, и наиболее вероятным сценарием будет то, что ты жестоким образом убьёшь Коёмина.

Это был её наиболее вероятный сценарий?

Это означает, что у неё был определённый план, чтобы предотвратить это, но меня всё же пугает мысль, что она вот так вот в открытую заявляет подобное.

— Ка-ка. Отношения между хозяином и слугой это нечто больше, чем кровная связь. Специалист. Если ты хочешь, чтобы я рассказала, чего же я желаю, то если это возможно…

Синобу произнесла.

Она прошептала мне на ухо.

— Я бы хотела снова стать маленькой девочкой.