Онлайн чтение книги История конца Owarimonogatari: End Tale
4 - 3 003

Назвать нас заклятыми врагами, связанными самой судьбой, было бы неправильно, но трудно отрицать, что команда у нас получилась довольно разношёрстная. Как бы то ни было, такой невероятный состав можно считать встречей знаменитостей. Но причина того, что наша команда создаёт впечатление некой банды, состоит в том, что мы все конфликтуем друг с другом. Каждый с каждым.

Осино Синобу — восстановившийся до своей сильнейшей формы легендарный вампир, прилетевший из-за океана.

Хатикудзи Маёй — призрак, восставший из глубин ада.

Ононоки Ёцуги — кукла-синигами, созданная из столетнего трупа, чей хозяин сбежал.

Гаэн Идзуко — специалист по изучению странностей и глава организации.

И я, Арараги Коёми, ранее был вампиром, бывшим человеком, сейчас же — человек, бывший вампиром. Не похоже, чтобы мы могли извлечь хоть какую-то выгоду из работы вместе. Не похоже, чтобы мы могли сойтись во мнении хоть по одному вопросу. С объективной точки зрения мы просто группа чудаков, болтающихся ночью в парке.

— Не переживай, я поставила барьер. Я никогда не забываю о мерах предосторожности. Посторонних не будет. Это место зарезервировано для нас. — Весело начала Гаэн-сан.

Барьер значит…? Я это уже когда-то слышал.

Мы все перемещаемся с площадки на близлежащую скамейку.

Гаэн сажает Ононоки к себе на колени.

Трудно сказать, ведь она безэмоциональна, но мне кажется, что Ононоки немного неудобно. Не могу сказать точно, есть ли всё-таки у кукол эмоции или нет, но её чувства я понять могу.

Потому что я сам в настоящее время таким же образом пытаюсь удержаться на коленях взрослой Синобу.

…К моему большому сожалению, я ранее уже много раз проделывал подобное с Синобу, поэтому не могу придумать для себя никакого оправдания для того, чтобы не находиться в подобном положении. И всё же, как тот, кому предстоит на днях окончить школу, сидя на коленях у взрослой женщины, я испытываю неловкость, или лучше сказать смущение, или лучше сказать: «Хватит, Хатикудзи, перестань так на меня смотреть!»

С другой стороны — Синобу, чьи руки обёрнуты вокруг моего торса. Она крепко держит меня, не давая упасть, будто это самая естественная вещь в мире, а её подбородок лежит у меня на голове.

Гаэн-сан держит Ононоки, Синобу держит меня, а Хатикудзи сидит на скамейке в гордом одиночестве. Ну, так как нас пятеро, то при попытке разбиться на пары обязательно останется кто-то лишний. Если уж на то пошло, то я хотел бы усадить Хатикудзи на свои колени, но она предусмотрела этот вариант и отсела подальше от меня, куда я не мог дотянуться из своего неподвижного положения.

— Отлично, пришло время сестрёнке раскрыть свой план, над созданием которого я трудилась вчера и сегодня. Мне бы хотелось, чтобы вы все с ним согласились, но принуждать к этому я вас не буду. Ах да, хотелось бы вначале кое-что уточнить. Коёмин, ты принёс то, о чём я просила?

— …Принёс. Но, Гаэн-сан, я принёс «это», чтобы отдать вам, только потому, что это и так было вашим изначально… Не знаю, о чём вы думаете, но пожалуйста, имейте в виду, что это ещё не означает, что я заранее согласен с вашим планом.

Сказав это, я достаю длинный конверт и передаю его Гаэн-сан. Сказать по правде, я неоднократно хотел его порвать, но не смог. То ли у меня не хватило мужества, то ли способностей.

Возможно, теперь, когда она восстановила свои силы, я мог бы попросить Синобу съесть содержимое этого конверта, но я не осмелюсь этого сказать.

В конце концов, вещь, запечатанная внутри «этого»… является «богом».

— Я знаю. Меня это устраивает, Коёмин. Но у меня большие надежды на твои чудеса, идущие в разрез с реальностью.

Женщина, знающая всё на свете, достаёт содержимое из конверта. Это талисман.

Талисман, на котором нарисована змея.

Это не древний талисман, однако, его сила подтверждена и проверена на практике. В конце концов, это тот самый чудотворный талисман, который однажды вознёс заурядную школьницу Сэнгоку Надэко до уровня бога змеи.

Это тот самый листок бумаги, который доверила мне Гаэн-сан после нашего небольшого приключения по окончании летних каникул, и который мне так и не довелось использовать.

Сказать, что я отказался его использовать, было бы слишком круто. По правде говоря, я просто струсил.

— Просто чтобы убедиться… Да, он в хорошем состоянии. Ты хорошо позаботился о нём.

Гаэн-сан берёт талисман, который я ей протянул, и запихивает в карман. Она с ним ужасно груба, его состояние её вообще не заботит. Впрочем, будучи специалистом, думаю, что ей нечего бояться… Хотя подождите, как раз потому, что она специалист, разве она не должна обращаться с ним очень бережно?

Я её действительно не понимаю.

— Хмпф. — Вздыхает Синобу.

Она выглядит немного обиженной. Когда она была маленькой девочкой, этот талисман сильно попортил ей жизнь, так что, наверное, ей сейчас об этом напомнили.

Во всяком случае, я так думал, но, похоже, что это не так, поскольку она продолжает:

— Да… Теперь я понимаю, что так и есть. Я была слишком глупа, чтобы этого не замечать. Это было очень давно, и я не хотела вспоминать об этом.

Я не уверен, что понимаю, о чём она говорит.

Похоже, что Хатикудзи не единственная, с которой Гаэн-сан пришла к «соглашению» сегодня во время моего свидания с Хитаги. Я начинаю немного чувствовать себя лишним в этом разговоре.

Меня словно исключили из этой компании.

Возможно, Ононоки сейчас чувствует то же самое, но она всё так же невыразительна, как и всегда, и взгляд её всё так же пуст.

Будто её вообще ничего не волнует.

— Не бойся, мой господин, тебе могло показаться, что мы уже всё это слышали, но это не так. Мы услышали только основные моменты, и в частности, мы ещё не знаем подробностей того, что же этот специалист собирается делать дальше. Эту часть мы приберегли на момент, когда ты к нам присоединишься, — сказала Синобу, как будто улавливает моё чувство отчуждения, даже при том, что наша связь разорвана, и между нами больше не должно быть ни физического, ни эмоционального контакта.

— Да, это правда. Конечно, моя стратегия сегодня днём была всё ещё в разработке, и я действительно не могла о ней рассказать раньше. Я закончила её обдумывать только сейчас, выслушав Хатикудзи и Синобу.

Так говорила Гаэн-сан, но, к сожалению, мне трудно верить её словам. Очень сомнительно, что тот план, который она собирается нам раскрыть, и над созданием, которого она «трудилась вчера и сегодня», был подготовлен в такие короткие сроки. Если бы я услышал, что она подготавливала его аж с августа, я бы даже не удивился… Интересно, это Оги так повлияла на ход моих мыслей?

Осино Оги.

— Осино Оги.

Гаэн-сан оглашает тему.

— Вот тот «враг», с которым нам предстоит столкнуться. Противник, с которым мы будем сражаться. Цель, которую мы должны уничтожить, и цель, которую мы должны презирать. Верно, Коёмин?

— …

Говоря о ней, как о «враге», я не могу не чувствовать, что это всё неправильно. Мне трудно думать о ней как о ком-то, кроме как о моём кохае.

Что бы там ни говорил Тадацуру.

И… что бы она сама ни говорила.

— Ты не удивлён, мой господин? Значит, ты понимал это на протяжении всего времени? — спросила Синобу, крепко обнимая меня. Но, к сожалению, она ошибается. Она меня слишком переоценивает. Я никогда ни в чём не подозревал Оги.

И всё же.

Может быть, я и правда знал.

Я не знаю всего.

Но, может быть, я знаю Оги.

Я думаю об этом и при этом чувствую Синобу за своей спиной.

— …

Ононоки сохраняет безмолвие.

Может быть, она просто сдерживается, сидит и помалкивает, потому что находится в руках у сэмпая её хозяйки… Но мне кажется, что это не похоже на Ононоки.

Особенно сейчас, когда на ней сильно сказалось влияние моих сестёр, сидит она на коленях Гаэн-сан или нет, я не могу поверить, что она не решилась бы подшутить над нашим разговором.

— Однако, и это очень важно… Нельзя забывать, что Осино Оги — это просто имя, используемое для удобства. Это крайне непродуманный псевдоним. Даже не так, это не совсем «псевдоним». Это больше похоже на идентификатор, придуманный для того, чтобы не быть скованной именем.

Скованной именем?

Я… слышал об этом раньше.

Если я всё правильно помню, то, когда Киссшот Ацеролаорион Хартандерблейд практически перестала существовать… ей было дано новое имя, Осино Синобу, которое сковало её руки и ноги. Даже теперь, когда она, казалось бы, восстановила свои силы, эти оковы, судя по всему, всё ещё имеют место быть…

— Неизвестно даже, что из себя представляет сама сущность Осино Оги. В конце концов, она утратила свою личность, и это единственное, что делает её той, кто она есть… К тому же, нет никаких реальных оснований называть её «она», как и любым другим личным местоимением.

— Ты говоришь об Оги-тян так, будто хорошо её знаешь, но на самом деле ты с ней никогда не встречалась раньше, не так ли? — спросил я.

Это то, о чём я давно уже хотел её спросить.

Насколько я могу судить по произошедшим событиям… И насколько я могу судить по словам Оги, эти двое никогда не встречались.

Конечно, Гаэн-сан, та, кто знает всё на свете, даже в таком случае может вполне естественно обсуждать Оги, но я не могу отрицать, что мне немного неприятно слушать, как она говорит о моей знакомой так, будто знает её лучше меня.

Хотя, это моё чувство вполне может быть порождено моей предвзятостью.

— Нет, не встречалась. Она меня избегала. Думаю, что подобное существо никогда не появится перед кем-то вроде меня, кто живёт своей жизнью, не уклоняясь от работы, которую обязан выполнять.

— …?

— Тем не менее, хоть я с ней и не встречалась, это не значит, что я не знаю её. У меня есть куча вещей, которые нужно вам объяснить, включая эту, но давайте по порядку. Поскольку времени у нас мало, объяснять я буду только один раз, так что слушайте внимательно.

Говоря это, Гаэн достаёт небольшой планшет. Похоже, что она, как всегда, собирается объяснить свой план, делая пометки на экране.

Прямо как в августе.

Если я не ошибаюсь, то тогда она в храме Кита-Сирахэби она рассказывала про первого слугу Синобу. Кажется, что в этот раз объяснение будет куда более сложным и запутанным.

— Я бы хотела побыстрее обсудить это, чтобы как можно скорее добраться до «места преступления». Конечно, я прекрасно знаю, что в нашей жизни редко когда всё идёт в соответствии с планом… но я должна по крайней мере объяснить основы, от которых буду отталкиваться.

— Есть одна вещь, в которой я хотел бы убедиться. Вернее, я бы хотел, чтобы ты подтвердила это. Ты уверена, что Оги-тян сегодня вечером сделает свой ход, не так ли? Независимо от того, какую ты приготовила для неё ловушку, если она не сделает свой ход, то плану конец, верно?

— Она сделает ход. Это не столько моя уверенность, сколько констатация факта. Она должна его сделать сегодня вечером. Можно сказать, что если она не сделает шаг вперёд, то перестанет быть собой. Угроза устранила сама себя…

Гаэн-сан отвечает без малейшего колебания.

Она не сообщает никаких основ. Напротив, она пропускает все самые важные части, но она говорит об этом настолько уверенно, что я более не чувствую необходимости дальше её расспрашивать. Этого достаточно, чтобы заставить меня думать, что самая большая сила Гаэн-сан кроется не в знаниях и информации, а в её непоколебимой уверенности в своих действиях.

Она настолько тщеславна, что просто не оставляет места для контраргументов.

Полная противоположность её повседневного поведения.

В любом случае, несмотря на то, что я задал этот вопрос, я и сам в этом уверен. У меня есть непоколебимая уверенность, что Оги сделает свой ход сегодня, 14 марта.

В конце концов…

Она сама мне это сказала.

Она сказала мне это не так давно, прямо перед тем, как я приехал сюда, у самого входа в дом Арараги.

«Арараги-сэмпай»

«Ты встанешь на мою сторону?»

«Пожалуйста, спаси меня»

— …

— Хм? Что-то не так, Коёмин? У тебя встревоженный вид. Ох, тебе не стоит так напрягаться, я не собираюсь говорить о чём-то сложном. Фактически, теперь, когда ты сдал экзамены для поступления в университет, для тебя это должно быть не сложнее, чем осознать прочитанный текст. Я собираюсь просто описать это таинственное и причудливое положение дел понятными словами. Это словно проверка ответов, или же можно сказать, что это развязка детективного романа.

Развязка детективного романа.

Именно… В этом заключается роль Оги.

Или же роль Ханэкавы Цубасы, но её здесь нет. Ханэкава Цубаса не успела к финалу.

Тем не менее, тот факт, что она смогла выследить Осино Мэмэ, уже делает её достойным сыщиком. Мне, наверное, следовало бы сообщить Гаэн-сан о предположительно успешном завершении поисков её кохая, но по какой-то причине я не решался сделать это.

Я не хочу давать ей надежду, которая может обернуться ничем. Во всяком случае я так говорю сам себе, но это лишь видимость. Просто я хочу скрыть правду, скрыть то, что не доверяю Гаэн-сан.

Это не значит… что я занял сторону Оги, или что-то вроде того.

— Итак, — сказала Гаэн, улыбаясь. Она улыбалась, как великий детектив. — Во-первых, я хочу рассказать о связи между этим парком и храмом Кита-Сирахэби. В этом и заключается причина трагической ситуации, в которой мы все сейчас находимся. Всё началось с трагедии, произошедшей в храме Сирохэби, предшественнике храма Кита-Сирахэби, 400 лет назад…