Благородный муж и низкий человек

— Значит, снова эта стерва.

Убедившись в правильности имени на висящем свитке с результатами, Мин Сок содрогнулся от злости. Сон Хи Чжу, явившаяся на экзамен с тридцатиминутным опозданием, опять заняла первое место. Да и то, что она вообще сумела выбраться из того лифта, уже бесило.

— Может, просто запрем её где-нибудь?

Всё началось с шутки, но Мин Сок подошёл к делу со всей серьезностью, планируя идеальное преступление. Он учёл всё: и время смены охранников, и маршрут Сон Хи Чжу, и даже удалил записи с камер наблюдения в лифте. Мин Сок предусмотрел каждую мелочь, но… вмешательство Мин Чон У оказалось совершенно внезапным.

То ли ей везёт, то ли она просто сумасшедшая.

Обычно, если человека запереть в лифте в день экзамена, у него сдают нервы. Но эта стерва Сон Хи Чжу всё-таки приперлась на экзамен и написала его. И даже если бы ее не заперли, потерять тридцать минут экзаменационного времени — от такого любой бы свихнулся, разве нет? С какими же мозгами нужно было писать экзамен в таких условиях, чтобы всё равно занять первое место?

В этот момент в конце коридора показалась Сон Хи Чжу, облаченная в красное турумаги. Судя по улыбке на её лице, она уже знала результаты.

— Обещал выиграть, а снова проиграл?

— Говорят, глупцы радуются и печалятся по пустякам. Тебе не надоело так надрываться?

Спрятав за улыбкой кипящую внутри ярость, Мин Сок посмотрел на Хи Чжу сверху вниз. Будучи крупнее большинства сверстников, он ждал, что Хи Чжу сожмется от страха, но этого не произошло. Наоборот, она лишь презрительно фыркнула, словно считала его жалким.

— Надрываться?

— Что?

— Насчёт этого экзамена. Лично я не надрывалась.

Пока ошеломлённый Мин Сок пытался подобрать слова, Хи Чжу неспешно подошла к нему вплотную. А затем произнесла предельно ласковым голосом:

— Раз уж проиграл — умей признавать поражение. Не позорься пустой болтовней.

Она безжалостно растоптала его гордость. Не в силах справиться с уязвленным самолюбием, Мин Сок процедил со злостью:

— Недоаристократка, а туда же, дерзишь...

Мин Сок полагал, что происхождение — слабое место Хи Чжу.

— Захлопни пасть, выродок благородный. На дисциплинарное взыскание нарываешься?

Но Хи Чжу умела обращать свои слабости в оружие. Ведь их школа строго чтила статус, но в то же время учила, что дискриминация — это преступление. И стоило только Мин Соку открыть рот и произнести слова, дискриминирующие её статус, как он тут же оказался бы в положении проигравшего.

— Ах ты ж тварь...

И как бы он ни рычал, готовый броситься на неё с кулаками, дальше угроз дело бы не зашло. Дай она ему хоть вечность на раздумья — результат был бы тот же.

Наслаждаясь унижением побеждённого, Хи Чжу неспешно улыбнулась.

— Поднатужься уже. Как можно было ни разу не выиграть, а? Ты же вроде как из знати.

* * *

Заняв позицию на садэ, Хи Чжу приготовилась к выстрелу. Было самое время для сна, когда все ученики спали, но если не сейчас, то времени на тренировки просто не оставалось. Днём она была занята учебой, а когда ей всё же удавалось выкроить минутку, старшеклассники вечно отбирали её место.

Ежегодные соревнования по стрельбе из лука лишь назывались товарищескими — на деле же соперничество между общежитиями было ожесточенным. И если в остальное время открыто демонстрировать жажду победы считалось дурным тоном, то на стрельбище об этом правиле забывали. Наверное, поэтому и поддержка от общежитий была столь неистовой.

Особенно жарко враждовали павильон Красной птицы с павильоном Синего дракона, а Чёрная черепаха — с Белым тигром. Эти соперники буквально готовы были перегрызть друг другу глотки.

Поэтому Хи Чжу, будучи из павильона Красной птицы, не могла не думать о противостоянии с Синим драконом. Как назло, в их команде оказался Рю Мин Сок. Поразительно: днями напролёт шляется с какими-то подонками, а оценки и результаты в стрельбе всё равно держит на высоте.

Вряд ли у этого идиота был врождённый талант, значит, должен быть какой-то секрет...

— А у меня есть ключ от стрельбища. — Ей вспомнился голос Рю Мин Сока, услышанный во время ужина в столовой. То, с какой гордостью он бахвалился своими грязными привилегиями, вызывало смех. Знай он, что она рядом, — помалкивал бы в тряпочку.

Хи Чжу тут же встала и направилась в учебный корпус. Если у Рю Мин Сока есть ключ от стрельбища... Если поэтому он тренируется больше неё... Значит, и ей нужен этот ключ, чтобы получить столько же времени на тренировки. Только так будет честно.

Пройдя по пустым коридорам учебного корпуса, она пробралась в класс павильона Синего дракона и благополучно стянула ключ с места Рю Мин Сока. Никаких угрызений совести она не испытывала. Напротив, то, как легко всё прошло, лишь укрепило уверенность. Уверенность в том, что сами небеса благоволят её победе.

А значит, ничто не должно помешать и её тренировкам…

— Кто здесь.

Раздался голос за её спиной. Это был великий принц Ли Ан, облаченный в синий чхоллик [1]. Хи Чжу ни разу не общалась с ним вблизи, но ошибки быть не могло. С таким высоким ростом и прекрасным лицом его было невозможно перепутать ни с одним другим учеником.

[1]традиционная верхняя одежда, разновидность военного плаща или халата, используемая также при стрельбе из лука.

Дело дрянь. Будь это учитель, она могла бы воззвать к его сочувствию. Будь это Рю Мин Сок, она пустила бы в ход кулаки. Любой из них был бы лучше.

Великий принц Ли Ан — худший из тех, кого она могла встретить. Говорили, что он не живёт в общежитии, так что он здесь забыл в такой час?.. И почему именно он...

— Имя.

Она попыталась сбежать от его вопроса, но спокойный голос принца словно сковал её ноги.

— Если совершил проступок, прими наказание достойно, но не позорь свою честь, пытаясь сбежать.

Вынужденная остановиться, Хи Чжу посмотрела на Вана. Её поднятый взгляд пылал непокорностью, но Ван сделал вид, что не замечает этого. В конце концов, остановилась она или шагнула навстречу — всё это было признанием поражения.

— Имя.

— Сон Хи Чжу…

— Принадлежность.

— Павильон Красной птицы, девятый класс.

— Ты знаешь, что нарушила школьные правила?

— Мне не хватает времени на тренировки. Товарищеский матч на носу...

— Ты благородный муж [2] или низкий человек [3]? — строго спросил Ван, нахмурившись.

[2] в конфуцианстве идеал человека, обладающего высокими моральными качествами, благородного духом, поступающего по совести и соблюдающего долг.

[3] в конфуцианстве противоположность благородному мужу; человек мелочный, руководствующийся личной выгодой и низменными страстями.

Независимо от того, хватало ей времени или нет, слушать оправдания он не собирался. Если совершил проступок — прими наказание. Долг благородного мужа — признать вину без отговорок.

— Ученикам младше десятого класса запрещается выходить из общежития после наступления часа Свиньи. За нарушение этого правила — двадцать штрафных баллов. Использование спортивных сооружений вне установленного времени допускается только с предварительного разрешения директора школы. За нарушение этого правила — десять штрафных баллов. В общей сложности, ты...

— А вы?

В глазах девчонки снова вспыхнула непокорность.

— Вы ведь тоже здесь. Вам тоже начислят штрафные баллы?

Откровенная подозрительность Вана озадачила и вызвала усмешку. Неужели она правда верит, что и он нарушил правила, как она? В её свирепом взгляде читалась абсолютная уверенность.

— Думаешь, я пришёл сюда без разрешения?

Стоило ему достать из-за пазухи и показать разрешение, как гневный взгляд погас, утратив силу.

— К-как вы его получили? А мне говорили: «Боюсь, перед товарищеским матчем страсти слишком накалятся, стрельбище существует не для индивидуальных тренировок»...

Услышав расстроенный, затихающий к концу голос девчонки, Ван ненадолго умолк. Его внимание привлекло то, как менялось её лицо с каждым произнесенным словом. Брови, опущенные от чувства несправедливости, расширившиеся от разочарования глаза, закушенные от обиды губы и раскрасневшиеся от гнева щеки.

Тяжело дыша, девчонка достала ключ с синей кисточкой.

— Это ключ Рю Мин Сока, девятый класс, павильон Синего дракона.

— Рю Мин Сока?

— Да. Хвастался, не зная стыда, что у него есть ключ, вот я его и украла.

Мало того, что она тайком тренировалась, так ещё и ключ украла. Если дать этому делу ход, её вполне могут исключить.

— Я не понимаю, почему у отдельного ученика есть ключ от стрельбища, которое «не существует для индивидуальных тренировок»... Но раз уж вы так легко получили разрешение, видимо, только для меня порог оказался слишком высок.

Только тогда Ван понял, что эта девчонка — та самая Сон Хи Чжу. Незаконнорожденная дочь из семьи «Касл Групп», прозванная бешеной собакой павильона Красной птицы.

— Так что не читайте мне нотации о штрафных баллах и прочем. Я буду пользоваться теми же возможностями, что и мои враги.

— Запачкаешься в той же грязи?

— Я говорю о том, что буду побеждать грязно. Это лучше, чем проиграть чисто.

Выпалив это словно ощетинившийся ёж, девчонка широким шагом направилась к двери. Её походка была слишком уверенной для бегства. А затем она вернулась и низко поклонилась. Будто всем своим видом заявляя, что она — благородный муж. Будто это не она грязная и подлая. Это был её гордый протест.