— Вице-президент!
Кто бы мог подумать, что я так обрадуюсь этому суровому, холодному лицу.
Он молча вытянул её наверх. Одной рукой он крепко держал её запястье, а другой ухватил за предплечье и потянул на себя. Боже, её ноги наконец-то коснулись земли, до которой она так отчаянно и безуспешно пыталась допрыгнуть.
На глаза едва не навернулись слёзы.
— Спасибо. Правда, огромное вам спасибо.
А в следующую секунду она опомнилась.
— Ах, там внизу бабушка...
Не успела она договорить, как он спрыгнул вниз. Джэ И заглянула в яму. Тэ О подошёл к стене, поддерживая бабушку. А затем...
— Держите.
Джэ И поспешно выполнила указание. Он приподнял бабушку на руках, и Джэ И ухватилась за её предплечья. Мужчина подсадил старушку ещё выше. На этот раз Джэ И смогла ухватиться за её плечи. Он подтолкнул ещё сильнее снизу, и наконец Джэ И обхватила бабушку целиком. Прижимая к себе лёгкую, миниатюрную старушку, она отступила подальше от края. Поняв, что они в безопасности, Джэ И облегчённо выдохнула. В этот момент из ямы показалась голова Тэ О, и в мгновение ока он выбрался на поверхность.
Разве оттуда можно так легко выбраться?
Пусть он и высокий, но это просто немыслимо. Навскидку глубина ямы была метра два. Даже если в нём около метра девяноста, дно ямы рыхлое, а земля по краям постоянно осыпается. Чтобы вот так выбраться одним махом, нужно иметь стальные руки и мощный мышечный корсет.
Как бы там ни было, сейчас он был для них настоящим героем.
Он подошёл ближе. Переполненная радостью спасения, Джэ И искренне сказала:
— Огромное спасибо. Благодаря вам...
Но он вдруг повернулся спиной и бросил:
— Залезайте.
Что?
— А, я в порядке.
Он нахмурился и обернулся с таким видом, словно она сморозила полнейшую чушь.
А, бабушка!
Смутившись, Джэ И поспешно засуетилась, помогая усадить бабушку ему на спину. Он поднялся на ноги. Невероятно легко.
Повернувшись к выходу, он бросил на неё взгляд. Его брови слегка сошлись на переносице. И Джэ И снова сделала поспешный вывод.
— Со мной правда всё хорошо. Я не ранена.
— Запахните на бабушке пуховик, чтобы не сполз.
А, опять мимо. Джэ И стало неловко от своих заблуждений, но она быстро подошла и сделала, как велено.
Нельзя ли выражаться яснее? Я, между прочим, тоже сидела в этой яме, мог бы хоть для приличия сделать вид, что беспокоится. Обязательно было так ставить меня в неловкое положение?
— Бегите. Если не хотите замёрзнуть насмерть.
Бросив эту короткую фразу, он вышел наружу.
Это он сейчас из заботы обо мне сказал? Аж до слёз трогательно. Честное слово.
Бурча себе под нос, Джэ И поспешила следом. Она попрыгала на месте и потуже затянула шарф.
И с каких это пор он так переживает за бабушку? Даже не предложил поискать её вместе. Но, видимо, в душе он не такой уж плохой человек. Одно то, что пришёл сюда искать нас, уже о чём-то говорит. Да и на спине её тащит, боясь, что с ней что-то случится.
Она открыла ржавую дверь, и ледяной воздух резанул по коже.
Джэ И побежала. Если бежать до деревенского клуба без остановки, она не успеет замёрзнуть.
Хорошо хоть, что не сгинула почём зря в кромешной тьме этой заброшенной шахты.
***
— Ложитесь сюда.
Джэ И расстелила одеяло в самом тёплом углу маленькой комнатки клуба и уложила бабушку. Едва зайдя внутрь, она сняла со старушки мокрую одежду и переодела в сухую, благодаря чему дрожь немного унялась, но её губы всё ещё оставались синеватыми.
— Надо бы нагреть комнату посильнее.
Войдя в комнату, Тэ О остановился как вкопанный и пробормотал это себе под нос. Наверное, проверил температуру пола под ногами. Женщина-волонтёр рассказывала, что в этой деревне жило немало корейских шахтёров, поэтому здесь отчасти прижился корейский уклад жизни. В том числе и система тёплых полов ондоль.
Джэ И сунула руку под одеяло. Пол и вправду был еле тёплым.
— Я видела, как женщина-волонтёр растапливала печь снаружи. Если подкинуть дров, станет гораздо теплее.
Выпалив это, Джэ И вскочила, выбежала из комнаты и направилась к топке. Огонь и впрямь почти погас. Она огляделась. В углу кухни виднелись следы от сложенных дров, но самих дров не было. Выйдя на улицу и побродив вокруг, она насобирала несколько веток. За неимением лучшего сунув их в топку, Джэ И снова вышла наружу. К счастью, во дворе нашлось несколько распиленных чурбаков.
Их нужно нарубить... Раз есть такие чурбаки, значит, и инструмент где-то должен быть.
Покопавшись вокруг, она нашла топор и бросила взгляд в сторону комнаты.
Неужели даже не выглянет? Девушка торчит одна на улице.
Ладно, чего я вообще ожидала? Он наверняка привык, что ему прислуживают. Для него это так же естественно, как дышать.
Даже представить невозможно, чтобы он рубил дрова.
Джэ И поставила чурбак на колоду и опустила топор. Она явно знала, как колоть дрова без лишних усилий. Гора поленьев для растопки быстро росла.
Опоздай он хоть на минуту, всё обернулось бы катастрофой. Молодая гид ещё выдержала бы холод в шахте, но старуха долго бы не протянула. Да и сейчас она выглядела неважно. Но для него сейчас было важнее другое.
Нужно расспросить её, пока она не уснула.
Тэ О приподнял старушку за плечи.
— Отпусти, пусти! Пусти меня! Отпустите...
Старушка захныкала испуганным голосом.
— Вы знаете Фудзиоку Синдзи? Мужчину, который приходил сюда недавно.
— Спать хочу...
Пробормотала она со слабым стоном. Тэ О, не обращая на это внимания, снова спросил:
— Вам знакомо имя Хан Джон Хи?
Старушка вдруг широко распахнула глаза.
— Джон Хи? Наша Джон Хи приехала?
Тэ О поспешно подсунул ей фотографию.
— Вы помните младенца, которого держите на руках?
Бабушка потёрла глаза и вгляделась в снимок.
— Да, наш малыш. Ребёнок, которого родила наша Джон Хи.
— Где сейчас она и этот ребёнок?
Бабушка покачала головой.
— Нельзя. Никто не должен знать. Бегите. Уходите скорее. Вас ищут плохие люди. Нужно хорошенько спрятаться. Уходите. Быстрее.
Она замахала руками, словно пытаясь оттолкнуть кого-то невидимого.
— Верно. Я как раз и приехал, чтобы защитить их. Скажите мне, где они.
— Нет. Мои детки в безопасности.
Слабо улыбнувшись, она попыталась лечь обратно.
— Буду спать.
— Нет. Расскажите мне о ней. Где она сейчас...
Сам того не осознавая, Тэ О сжал плечи старушки. Со стороны это движение могло показаться угрожающим. И для этой девчонки — будь то Нана или Джэ И — оно уж точно выглядело именно так. Вошедшая в комнату с кружкой воды девушка в испуге бросилась к ним и обхватила бабушку, словно защищая.
— Вы что творите?!
Тэ О грубо оттолкнул её и снова обратился к Юки:
— Говорите. Что вы рассказали Синдзи?
От нетерпения он до боли сжал руку старушки.
— Где она находится?!
Тут стоявшая рядом девушка бросилась на него, изо всех сил оттолкнула и снова прижала бабушку к себе.
— Хватит! Если хотите что-то спросить, спрашивайте завтра. По крайней мере, дайте ей хоть немного поспать. Вы только посмотрите на её лицо. Она не в том состоянии, чтобы отвечать!
Взгляд Тэ О переметнулся на лицо старушки. Глаза уже закрылись, щёки впали. С посиневшими губами она действительно казалась совершенно обессиленной. Но он так и не получил ответа. Ему нужно было услышать всего одну вещь... В этот момент губы бабушки, прислонившейся к груди девушки, задрожали, и даже послышалось тихое сопение.
Джэ И прошептала:
— Она уже уснула.
«Видите? До чего же она измучилась, раз уснула даже в таком положении», — говорил её взгляд, обращённый к Тэ О.
Его взгляд потемнел. Нетерпение требовало немедленно растолкать старуху. Однако он не был уверен, что даже если разбудит её, то добьётся внятного ответа.
Что ж, когда она выспится, разум прояснится, и она будет в состоянии ответить.
Тэ О выпрямился и понаблюдал, как девушка укладывает старушку на одеяло. Какое-то время посмотрев на лицо мирно спящей женщины, Тэ О развернулся и вышел. Прежде чем направиться в другую комнату, он бросил взгляд во двор. В одном углу, припорошенном белым снегом, валялись недорубленные брёвна. А в другом лежала куча поленьев, наколотых как раз до такого размера, чтобы подкидывать их в печь.
Услышав за спиной звук открывшейся двери и шаги вышедшей девушки, Тэ О снова двинулся с места. Перед тем как открыть дверь комнаты, в которой, по всей видимости, останавливались волонтёры, он оглянулся на Джэ И.
— Два часа.
Повторил он девушке, которая уставилась на него во все глаза.
— Сделайте так, чтобы через два часа мы могли выехать.
— Два часа? Это слишком мало.
— Я не собираюсь ехать по ночной дороге.
Взгляд Тэ О скользнул в сторону комнаты, где спала бабушка.
— Сначала нужно в больницу.
Только тогда девушка кивнула.
— Поняла.
— И в этой комнате печь растопите.
То, как сильно перекосило её лицо, он проигнорировал. В этом мире лёгких денег не бывает.
Он платил ей более чем достаточно.
***
— Вот же придурок...
Остальное она добавила про себя, вспомнив все известные ей ругательства.
Она согласилась взять его деньги как плату за услуги гида в такую скверную погоду. А не за то, чтобы быть у него на побегушках. И всё же в итоге пришла к выводу: «Придётся делать».
Она ведь пообещала начальнику Паку, когда тот уезжал, что позаботится о вице-президенте должным образом.