— Человек умер, а вас только это волнует?
— Если бы кое-кто удосужился проверить машину, нам бы не пришлось торчать здесь всю ночь.
Он винил во всём меня: и в том, что машина сломалась, и в том, что нам пришлось здесь ночевать, и в том, что из-за этого умерла бабушка.
Я сделала всё, что могла. Изо всех сил старалась, чтобы бабушка не оказалась в опасности.
Ум лихорадочно придумывал оправдания. Но мысль о том, что мне и правда стоило проверить машину перед выездом, разом смела их все. И на их месте стала расти тяжелая, непреодолимая вина.
В обычное время всё уладили бы в два счета, но сейчас дороги замело снегом. Скорая и полиция всё-таки приехали, хоть им и понадобилось на это немало времени. Джэ И дала полиции краткие показания, поручила остальное тетушке-волонтеру и села за руль.
До сих пор оставалось загадкой, как начальник Пак, примчавшийся утром по первому зову, сумел раздобыть арендованную машину. Оставалось лишь догадываться, что всё решили деньги.
Заведя машину с помощью аккумулятора волонтерши, Джэ И сразу же тронулась в путь. Следом на арендованном авто ехал начальник Пак с вице-президентом Кан Тэ О.
Тело бабушки нашли около пяти утра, а сейчас солнце уже стояло высоко. Снегопад прекратился, но на ночь снова обещали метель.
Направляя машину к природному туннелю, Джэ И тихо вздохнула.
У неё появилось предчувствие, что эта зима будет необычайно холодной и долгой.
***
— Понятно. Сейчас же организуем доставку в номер.
Сделав заказ и отойдя от стойки, Джэ И равнодушно посмотрела в окно. К счастью, снегопад стих. В лобби было полно людей, жаждущих поскорее улететь, как только возобновятся отмененные из-за непогоды рейсы.
— Даже не вздумайте винить себя. У бабушки Юки уже были проблемы с сердцем и сосудами. В таком возрасте это бомба замедленного действия, рвануть могло в любой момент. Слава богу, она просто уснула и спокойно отошла. Считайте это благословением.
Так сказала ей тетушка-волонтер — слово в слово, как мама. И всё же холодный взгляд Кан Тэ О продолжал сидеть занозой где-то в груди.
Хватит думать об этом. О словах этого бестактного, бессердечного ублюдка.
Джэ И резко тряхнула головой и развернулась. В этот момент в нос ударил запах, от которого желудок свело судорогой. Взгляд метнулся к пекарне в углу лобби. Видимо, хлеб только-только вытащили из печи: повсюду разносился густой аромат сливочного масла и сладковатый запах свежей выпечки.
Ур-р-р.
Желудок отчаянно заурчал. За последние два дня она съела лишь кусок хлеба с чашкой кофе перед вчерашним выездом, да две вареные картофелины вечером. А сегодня на рассвете, обнаружив тело, вообще была ни жива ни мертва от шока. События неслись вскачь, так что она и думать забыла о еде.
Для человека, пропустившего несколько приемов пищи, этот упоительный запах хлеба был сродни пытке. Во рту скопилась слюна, голод достиг предела. Точно угодив в дьявольскую петлю, Джэ И невольно побрела к пекарне. Чем ближе она подходила, тем сильнее хотелось есть. Начальник Пак только велел заказать еду в номер и больше ничего не сказал. Раз рабочий день еще не окончен, придется пока быть на подхвате. А для этого нужно хоть что-то закинуть в желудок...
— Нана!
Она почти дошла до пекарни, когда её радостно окликнули. Обернувшись, Джэ И увидела улыбающуюся Рэйко.
— Ты что здесь делаешь?
От этого мягкого, ласкового голоса к горлу вдруг подступил ком. Накатила необъяснимая обида. Но Джэ И заставила себя улыбнуться.
— Мои клиенты недавно вернулись в отель, так что я пока жду указаний.
— Клиенты? А, те, из люкса.
— Да.
— Но ведь твоя работа уже закончилась, разве нет?
— Нет, еще...
— Да они же вроде вещи собирают.
— Вещи собирают?
— Ага. Я только что убиралась у них в номере... Тот секретарь, кажется, бронировал билеты в Сеул на сегодняшний вечер. Думаю, они уже упаковали чемоданы.
Ха. Значит, он свернул все дела? Вот так просто? Вице-президент Кан Тэ О не казался человеком, способным так легко сдаться.
— Судя по тому, как они заторопились после какого-то разговора по-корейски, видимо, пришло срочное известие из Сеула.
[…….]
— Кстати, Нана... Выглядишь ты просто ужасно.
Перехватив недоуменный взгляд Рэйко, Джэ И только сейчас оглядела себя. Вчерашний пуховик она держала в руках, и на его черной ткани густо налипли комья грязи и пыли — видок был донельзя неопрятный. Свитер и джинсы выглядели под стать пуховику. Ещё бы: сперва она свалилась в яму в шахте, потом измазалась в золе у печи, а затем ползала по пыльному погребу в поисках еды.
Не сопровождай она гостей из люкса, её бы в такой отель даже на порог не пустили.
— Ты что, в мусорный бак провалилась? От тебя, кажется, даже попахивает.
Словно в подтверждение своих слов, Рэйко слегка отстранилась. Джэ И оттянула ворот свитера и принюхалась. И правда, от одежды несло помойкой.
— А на какое время у них рейс?
Спрашивая, она уже прикидывала всё в уме. Как только они сядут в такси и уедут в аэропорт, она тоже поймает машину и поедет к себе. Отмоется, съест хоть что-нибудь и завалится спать до самого утра.
— Без понятия. Тот, кого называют вице-президентом, вроде бы приказал секретарю взять билеты на ближайший рейс.
Чтобы работать в отеле такого уровня, горничным полагалось владеть хотя бы базовым английским и корейским. А уж тем, кто обслуживал люксы, — и подавно. Рэйко не то чтобы блистала знаниями, но по-корейски понимала сносно. Наверняка она не ослышалась, когда вице-президент Кан раздавал указания начальнику Паку.
— Тогда пойду закончу с делами. Увидимся.
— Ага, давай. Проводи клиентов — и дуй домой, хорошенько отдохни.
— Обязательно.
Кивнув на прощание, Джэ И быстрым шагом направилась к люксу.
Она только занесла руку, чтобы постучать, как дверь распахнулась. Заметив её, начальник Пак выкатил в коридор огромный чемодан.
— Подержите-ка дверь.
Джэ И послушно перехватила дверь. Начальник Пак выкатил ещё один чемодан. На этот раз он вышел и сам.
— Выселяетесь?
— Говорят, билеты можно купить только на месте. Есть какой-нибудь способ достать рейс?
Он ответил вопросом на вопрос. Джэ И покачала головой.
— Отсюда не узнать. Только по приезде в аэропорт. Я уже связалась с другом, который там работает — говорит, народу тьма. Вам нужно как можно скорее ехать и брать билеты на месте. Если снова пойдет снег, аэропорт могут закрыть в любую минуту.
— Ясно. Нана, оформите тогда наш выезд, пожалуйста. Если я что-то забыл, свяжитесь со мной.
— А? Да, хорошо. Но как вы доберетесь до аэропорта?
— На машине от отеля.
— Понятно.
Начальник Пак уже торопливо шагал по коридору, толкая перед собой оба чемодана.
А как же мой контракт?
Джэ И проводила взглядом спешащего Пака и подавила вздох. По договору она должна была сопровождать их три дня, а сегодня шёл только второй. Причём сегодня из-за внезапной смерти бабушки Юки она, считай, вообще не работала. Разве что довезла их до отеля. А кроме того...
— Нужно было выбить из неё ответы ещё вчера.
Перед глазами снова возник его взгляд, винивший её в смерти бабушки.
— Если бы кое-кто удосужился проверить машину, нам бы не пришлось торчать здесь всю ночь.
Кто же знал, что эта ошибка обернётся такой трагедией. Требовать в подобной ситуации оплату по контракту было полнейшим абсурдом, и она это понимала.
Джэ И заглянула в номер. Внутри кто-то был. Переведя дух, она вошла и закрыла за собой дверь. Повисла тишина, а затем послышалось шуршание тапочек по ковру. Джэ И медленно шагнула вперёд. Из-за толстого ворса, полностью поглощавшего звуки её шагов, появилось странное чувство, будто она вламывается на чужую территорию.
В гостиной никого не оказалось. На спинке дивана висело шерстяное пальто. Услышав слабый звук справа, Джэ И повернула голову. Дверь в спальню была открыта. Девушка замерла. Вскоре оттуда вышел вице-президент, на ходу застёгивая ремешок часов. На нём были джинсы и свитер, с первого взгляда выдававший свою дороговизну.
Заметив её, он на секунду замер, но тут же молча направился к дивану, подхватил пальто и надел его. Джэ И сделала шаг вперёд и с трудом разлепила губы.
— Я слышала, вы возвращаетесь в Корею.
Переведя дыхание, она быстро выпалила наспех заготовленную речь.
— В том, что мы выехали без проверки машины, определённо виновата я. Как бы мы ни торопились, мне следовало соблюсти базовые правила. Из-за моей оплошности мы застряли в деревне, а сегодня я не смогла нормально выполнить свою работу. Поэтому я отказываюсь от оставшейся части оплаты.
— Совести у вас нет.
От этого ледяного тона лицо Джэ И окаменело. Взгляд Кан Тэ О разил холодом.