В самом городе было не легче, но за его пределами дорога пропала окончательно. Кончились светофоры, в зеркале заднего вида растаял свет последнего круглосуточного магазина — и мир превратился в пепельно-серое кладбище. Валивший всё гуще снег поглощал звуки, погружая всё вокруг в серую тишину. Когда же ветер закручивал белые снежные вихри, казалось, будто они очутились посреди пустыни.
Дворники отчаянно сновали туда-сюда, но на только что расчищенное стекло тут же ложился новый пласт, и в нижней его части уже скопился толстый слой снега.
Чем дальше они ехали, тем меньше оставалось следов от других машин, пока колея не пропала вовсе. Шины с трудом месили снег, а двигатель глухо и тяжело рычал. Печка работала на полную мощность, и сухой воздух при каждом вдохе царапал горло.
Даже среди зимы туда можно было добраться за полдня, но из-за непрекращающегося снегопада предугадать время прибытия было невозможно. Конечно, нужно было успеть до заката, но спешка грозила обернуться ещё более серьёзной аварией.
Сидевший рядом мужчина не проронил ни слова. Джэ И сосредоточилась исключительно на дороге. Мёртвую тишину нарушал лишь вой ветра. При сильных порывах кузов едва заметно покачивало. Пальцы, сжимавшие руль, напряглись.
Она изо всех сил старалась улавливать малейшее проскальзывание шин по снегу. Так, без единой остановки, они продолжали путь, пока вдали не показались тёмные очертания гор. Солнце уже заметно клонилось к закату. Если обойдётся без происшествий, они успеют добраться до темноты. Но прежде...
Оценив местность, Джэ И свернула на боковую дорогу. Почувствовав на себе взгляд мужчины, она поспешила объяснить:
— Нам ехать ещё как минимум два часа. Заскочим в туалет и заодно заправимся.
Должно быть, он прищурился и теперь оглядывается по сторонам, недоумевая, где в этой глуши вообще может быть заправка. И, без сомнения, подозревает неладное. Однако её расчёт оказался верен: минут через пять впереди показались смутные очертания постройки.
Уголки губ Джэ И приподнялись. Впервые с тех пор, как они покинули город, напряжение отпустило настолько, что она смогла улыбнуться.
— Я схожу за кофе.
Залив полный бак, девушка направилась к магазинчику. Натянув капюшон и осторожно переступая, чтобы не поскользнуться, со стороны она походила на самую обычную студентку, каких полно на улицах Кореи.
Однако, вопреки наивному девичьему облику, гидом она явно была толковым. Чего стоило одно только то, как безошибочно она отыскала эту зону отдыха среди бурана, где не было видно ни зги.
По дороге она не просто прекрасно чувствовала обледеневшую трассу — её реакция и решения были молниеносными и поразительно точными. Молодость и совсем ещё юное лицо определённо заставляли недооценивать её истинные способности.
Вы за всю жизнь ни разу не ошибались, вице-президент? Только не говорите, что нет. Если вы действительно так считаете, это просто бред на почве непомерного самолюбования.
Да и характер показать умеет.
Я человек, который знает границы. За всю жизнь я ни разу не уклонялась от ответственности и не зарилась на чужое.
Что и говорить, в добросовестности ей не откажешь. Пусть он и разозлился из-за того, что от бабушки Юки так ничего и не удалось вытянуть, но ответственность, которую девушка проявила в шахтёрском посёлке, не могла не впечатлить.
— Иначе я бы и не поручил ей это дело.
Пробормотав это, Тэ О достал телефон. Там высветился пропущенный вызов от Пак Сон Хо. Он тут же провёл пальцем по экрану. После двух гудков раздался голос Сон Хо, сквозь который пробивался неприятный треск помех:
[Господин вице-президент.]
— Добрался?
[Да. Я сейчас в аэропорту Инчхон. Генеральный директор Вивиан всё время разыскивает вас. Она подумала, что мы вернулись вместе, и распорядилась, чтобы вы немедленно явились в компанию...]
Треск и помехи не прекращались, но разобрать слова всё же было можно.
— А что люди Со Ён Гука?
[Пока они сосредоточены только на похоронах. В любом случае, пока завещание не огласят, никто не сможет предпринять никаких шагов. Я сейчас направляюсь прямиком в траурный зал.]
— Понял.
[Вы уже на пути в ту деревню? Связь очень плохая.]
— Завтра утром, когда мы войдём в горы, связь может пропасть вовсе.
[В новостях передают, что снежная буря будет бушевать до самой ночи. Завтра она ненадолго утихнет, но погода всё равно останется скверной. А ведь вам нужно вернуться в течение недели...]
Взгляд Тэ О скользнул за окно. Девушка возвращалась к машине, держа в обеих руках по стаканчику.
— Я доберусь туда во что бы то ни стало.
[Ладно ещё похороны, но если вы не появитесь на оглашении завещания, вице-председатель Со Ён Гук заподозрит неладное.]
Да он уже наверняка подозревает. Этот пронырливый гад никогда ничего не оставляет без внимания.
— Я буду.
В это необходимо верить. Если есть твёрдая цель, выход обязательно найдётся.
[Вас понял. Будьте осторожны. А здесь я постараюсь продержаться, чего бы это ни стоило.]
Стоило ему завершить звонок, как дверь распахнулась и девушка протянула ему стаканчик. Тэ О взял его, а она со своим стаканчиком уселась на водительское место.
— Погодите. Не пейте пока.
С этими словами она достала термос из сумки на заднем сиденье. Перелив всё содержимое своего стаканчика в термос, она протянула пустой стаканчик Тэ О:
— Отлейте мне половину.
Тот слегка приподнял бровь, и Джэ И с улыбкой показала ему термос:
— Позже я верну вам долг отсюда. Дальше такого вкусного кофе уже не найти. Тот, что продают в базовом лагере, — просто помои.
Что ж, раз такое дело.
Тэ О без споров отлил кофе в её стаканчик. Сделав глоток, девушка выдохнула: «Ах, вот теперь жить можно», — а затем отставила стаканчик и включила передачу.
— Поехали.
Автомобиль снова двинулся в путь, рассекая пепельно-серую мертвенную пелену.
Буран разыгрался не на шутку. Из-за ухабистой дороги и шквального ветра машину буквально швыряло из стороны в сторону. Белая стена кружащегося снега напрочь закрывала обзор, скрывая любые намёки на пейзаж. Деревья стояли, растеряв направление ветвей, а безжизненная белизна стёрла все остальные цвета. Дорога давно исчезла, и лишь вздымавшиеся по обочинам деревья словно в безумии размахивали ветвями-руками. Сквозь этот призрачный лес и пробирался их автомобиль.
Было всего около пяти часов вечера, но вокруг уже сгустилась тьма. Свет фар выхватывал из мрака лишь крошечный пятачок дороги величиной с ладонь.
И как раз в тот миг, когда казалось, что этой бесконечной тьме не будет края, впереди робко дрогнул далёкий огонёк. Базовый лагерь ярко сиял во мраке, служа спасительным маяком для тех безумцев, кто рискнул отправиться в путь и сбился с дороги. Здание, стоявшее среди бескрайней снежной равнины, было с головой погребено под сугробами, и различить его очертания было почти невозможно.
Но это не имело значения. Прямо сейчас для них оно было прекраснее самого роскошного дворца.
Жёлтый свет, пробивавшийся сквозь серо-белый туман навстречу секущему, словно песок, бурану, казался истинным лучом надежды.
Заметив свет, Джэ И мысленно выдохнула с облегчением. И лишь тогда ощутила, как заломило плечи и руки. Даже водитель с многолетним стажем в такую погоду неизбежно напрягся бы. Джэ И бесчисленное множество раз пересекала заснеженные горы, но вести машину в столь яростную метель ей ещё не приходилось. Как бы она ни старалась казаться невозмутимой, всё её тело от крайнего напряжения одеревенело.
Лагерь жался к последнему ровному участку долины у самого подножия гор. По мере приближения его очертания становились чётче. Построенное спиной к горе, чтобы укрыться от ветра, здание утопало в сугробах и походило на исполинский могильный курган.
— Вот чёрт.
Машина внезапно встала как вкопанная, и Джэ И глухо выругалась. Она пыталась подъехать поближе к зданию, но колёса безнадёжно буксовали в снегу. Поделать было нечего.
Джэ И повернулась к спутнику.
— Слишком скользко, дальше не проехать. Придётся идти пешком.
Тот без единого слова жалобы тут же принялся собирать вещи.
Джэ И добавила:
— Думаю, стоит взять только самое необходимое. Остальные вещи можно будет забрать завтра.
Это напоминание оказалось лишним: оглянувшись, она увидела, что Кан Тэ О именно так и поступил. Глядя на то, как сноровисто он действует, девушка невольно задалась вопросом.
Что же он за человек такой?