— Передавали, что позже может пойти дождь. Зонтик не возьмёшь?
Тётушка-Прачка пшикнула лаком для волос и вопросительно посмотрела на Га Гён. В ответ та приоткрыла свою сумочку. В углу виднелся аккуратно сложенный синий полиэтилен. Рядом лежал блистер с таблетками от головной боли — верный спутник Га Гён на всё лето.
— Дождевик взяла.
— Вырядилась как барышня, а дождевик напялишь? Причёску же испортишь.
— Когда буду спускаться, мне уже не обязательно выглядеть как барышня.
Га Гён ребром ладони попыталась утрамбовать грудь, которая, казалось, стала выпирать ещё сильнее, и повесила сумочку на запястье. Эта старенькая, но брендовая сумочка — единственная вещь, оставшаяся ей в память о матери. Она хранила её просто потому, что любила связанные с ней воспоминания, и уж точно не думала, что когда-нибудь ею воспользуется.
— Ну что ж, пожелайте мне удачи. Если сегодня подниму хорошую сумму, угощу вас огромной тарелкой фруктов, как вы любите, тётушка!
— Га Гён, постой.
Га Гён уже собиралась выходить, но Да Чжин остановила её. Она потянулась к кармашку под подлокотником инвалидной коляски.
— Платье шикарное, но если пойти совсем без макияжа, люди могут что-то заподозрить.
Да Чжин достала помаду, которую они недавно нашли в угнанном «Бентли». Узнав, что такую продают только в элитных универмагах, Га Гён подарила её подруге. Да Чжин с детства любила наряжаться, и Га Гён подумала, что дорогая косметика хоть немного поднимет ей настроение.
— Подойди поближе, я накрашу.
Да Чжин потянулась с коляски, и Га Гён послушно наклонилась. Грани у помады были абсолютно нетронутыми. Если так подумать, с того дня, как Да Чжин один раз протестировала её при получении, Га Гён ни разу не видела её накрашенной.
— Сама бы красилась.
— Накрасишься сегодня, а завтра мне отдашь. Делов-то.
Что-то скользкое и мягкое коснулось губ. Да Чжин внимательно оглядела лицо Га Гён и, как всегда, нежно улыбнулась.
— Какая же ты у нас красивая, Га Гён.
Га Гён смущённо фыркнула и выпрямилась. Забрав помаду, она бросила её в сумочку. Теперь уж точно пора было выходить.
Пока они возились со сборами, солнце уже начало садиться. Га Гён шагала по тропинке, пересчитывая тени от деревьев. Жёсткие каблуки туфель безжалостно втаптывали комья земли.
* * *
Причина, по которой Га Гён выбрала «Старлайт» для тест-драйва, была предельно проста. Она уже видела, как вовсю используют голографические краплёные карты именно здесь.
Это было просто немыслимо. Даже навскидку количество игроков в очках с фиолетовыми линзами, которых она заметила в тот день, приближалось к годовому объему продаж её собственной точки.
То ли охрана в «Старлайте» мышей ловила, хуже, чем в подпольных притонах, то ли местные курьеры-подставные были какими-то гениями ловкости рук — сказать сложно.
Но в любом случае, Га Гён это было только на руку: расхлябанная атмосфера идеально подходила для тестирования её новых колод и оценки потенциального рынка сбыта.
Прибыв в казино, она первым делом направилась в женский туалет. Надела линзы и в последний раз окинула себя взглядом.
Зеркала здесь, ясное дело, не шли ни в какое сравнение с мутным оконцем её контейнера. Отражение в них казалось до жути чужим.
Цветные линзы, словно косметические, придавали глазам таинственный оттенок, а губы, которые сегодня казались особенно пухлыми, манили ярким цветом помады.
— Не слишком... вызывающе?
Она инстинктивно потянулась стереть помаду, но вовремя остановилась. Только сейчас она осознала, насколько тесно её облегает платье. С лицом без грамма макияжа такой наряд смотрелся бы дико. Только яркая помада хоть как-то балансировала образ.
Несколько раз проведя рукой по распущенным волосам, чтобы сбросить напряжение, Га Гён прочитала сообщение от подставного курьера о месте встречи и вышла из туалета.
— Не предупреждали, что игрок — такая молоденькая барышня. Дела-а.
Она стояла у автоматов с напитками, как вдруг к ней подошёл седовласый сгорбленный старик в типичном прикиде местной шестёрки.
Что ещё важнее, он явно был не из трущоб. Га Гён с удивлением уставилась на незнакомца:
— Вы тоже выглядите... неожиданно. Вы точно местный? Почему я вас впервые вижу?
— Так мы с курьером кореша? Кончай болтать, гони аванс.
Га Гён с подозрением покачала головой, но протянула ему две пятидесятитысячные купюры.
— Один раз в общем зале на втором этаже, и ещё один — в джанкет-зале на десятом. Всего два раза.
— Во что играем?
— Естественно, в баккару... А, нет, в общем зале сяду за блэкджек.
Седые брови старика поползли вверх, собирая лоб в глубокие морщины.
— Дела-а. Совсем сдурели. На кой чёрт в блэкджеке краплёные карты, если там с первой же раздачи все карты на столе?
— Затем, что там колоды меняют быстрее всего.
Освещение в общем зале «Старлайта» ничем не отличалось от подпольных казино. Га Гён знала каждый угол этого здания, поэтому решила, что на втором этаже нет смысла долго сидеть и сверлить взглядом карты.
Главное — проверить, как метки читаются под специфическим светом джанкет-зала. Там она и задержится, внимательно оценивая качество своих новых колод.
Старик с таким видом, будто ему вообще плевать на её заморочки, протянул пустую пачку от сигарет.
— Остаток сунь сюда. Как только провернёшь последнее дельце, как бы невзначай оброни её на пол.
— В любой момент? Без сигнала?
— Ага. Я всё равно буду тереться поблизости.
Коротко и ясно. А главное — уверенно. Га Гён даже понравился его стиль работы. Чем больше она на него смотрела, тем более странным и интригующим казался этот старик. Не скрывая любопытства, она забрала пачку и передала ему колоды:
— У вас есть постоянный поставщик краплёных карт? А с Дядей-ломбардщиком вы, случайно, не по долгам связаны?
У неё глаза загорелись ещё до того, как она села за стол. Кажется, даже сама игра никогда не вызывала у неё такого азарта.
Пусть проблема с производством линз ещё не решена, но перед ней открывался настоящий Клондайк: новые голографические метки и казино с огромным потоком клиентов. А вдобавок — подозрительно профессиональный старик-курьер. Отличный старт для грандиозных планов.
То, что всё пошло немного не по сценарию, только разжигало в ней энтузиазм.
— Хватит трепаться, дуй место занимать. На блэкджеке даже постоять за спиной* не всегда удаётся.
*За спиной (в оригинале 뒷전 / tuitjeon) — сленг. Игроки, которые делают «сайд-беты» (дополнительные ставки), стоя за спинами тех, кто сидит за столом. Также называют «задним домом».
За столом (в оригинале 앞전 / apjeon) — сленг. Игроки, официально сидящие за столом и принимающие решения в игре. Также называют «передним домом».
Старик, спрятав карты, отмахнулся от неё и собрался уходить. Га Гён поспешно спросила:
— А вы-то где будете? Как я пойму, за какой стол садиться?
— Сказал же. Садись куда хочешь, я сам тебя найду.
Щуплая фигурка старика мгновенно растворилась в толпе.
* * *
— Какого хера ты берёшь карту?! Надо было пасовать!
— Блядь, сосунок молоко на губах не обтёр, а туда же — в карты играть... Тут удваивать надо было!
В пятницу вечером за столами для блэкджека творился сущий ад.
Половина тех, кто сидел за столом, были новичками, заскочившими ради любопытства и поймавшими удачу за хвост. А вот те, кто толпился у них за спинами — конченые лудоманы, заложившие свои души казино.
Игроман поставит даже на то, как упадёт лепесток вишни.
Они делали ставки поверх ставок сидящих игроков, не обращая внимания на их решения, используя их как аватаров. Если бы просто молча ставили — полбеды, так они же ещё и орали, раздавая советы.
— А-ах, мои бабки! Не на того уёбка поставил, теперь этот сопляк всё бабло спустит!
Вот почему общие залы — это помойка. Какая «приличная девочка из внешнего мира» выдержит этот поток мата и сальных шуток?
Га Гён, пропуская мимо ушей откровенные оскорбления, с усмешкой подгребла к себе выигранные фишки и выстроила их в аккуратную башенку.
Как она и планировала, эту раздачу она выиграла. Следующую собиралась технично слить. В конце концов, её цель — тестирование продукта, а не заработок.
Её голографические метки чётко проступали даже в тот краткий миг, когда дилер сдавал карты, и отлично работали в паре с линзами с Тондэмуна.
А старик-курьер оказался настоящим профи. Лавируя между столами с визитками ростовщиков и бормоча «быстрые займы, быстрые займы», он словно случайно налетел на орущего мужика и пошатнулся.
Подмена колоды произошла буквально в мгновение ока. Даже Га Гён, знавшая, кто он такой, едва уловила движение его рук.
Только увидев метки на рубашках карт, она поняла, что в игре уже её колода. Это был момент триумфа: филигранная работа курьера и безупречное качество её карт.
Аппетит приходит во время еды.
С хорошим курьером и контактными линзами она вполне могла бы подмять под себя рынок краплёных карт во второсортных казино. Чтобы достичь этой цели, ей нужно было решить ещё кучу вопросов, которые роились в её голове.
Очередная раздача закончилась, и толпа, облепившая стол, как муравьи, поредела. Со всех сторон послышалось: «Пойду покурю» или «Надо отлить».
Поскольку подошло время пересменки, дилер сбросил колоду Га Гён в дискард-трей*. Старик с бокалом газировки в руке неспешно прошел у дилера за спиной.
*Дискард-трей (Discard Tray) — лоток, куда дилер сбрасывает отыгранные карты. Оттуда они отправляются на утилизацию.
Пик активности в джанкет-залах приходился на время после десяти вечера. Га Гён посмотрела на часы, сгребла фишки и стала подниматься.
Но тут же села обратно. У неё просто не было выбора.
— Вау, блядь.
Она чудом не врезалась в знакомое лицо, возникшее перед ней словно из-под земли.
— Да это уже, блядь, судьба.
Мужчина, небрежно опершись одной рукой о край стола, склонил голову.
Надвинутая на глаза чёрная кепка, чёрная футболка — наряд донельзя обычный. Вот только габариты, втиснутые в эту одежду, обычными назвать язык не поворачивался.
— Что за прикид сегодня? Золушка?
Это был он — До Бом Он. Га Гён нервно прикусила накрашенную губу. Ничего страшного ещё не произошло, но одно лишь его появление не сулило ничего хорошего.