— Жалкое зрелище. Ты ведь это хочешь сказать?
На губах И Со мелькнула горькая усмешка. Насмешка над собственным существованием, над собственной глупостью, над мучительным терпением и над самой собой, неспособной всё это отбросить. Но ей придётся жить с этой петлёй на шее вечно. Её приучали к этому всю жизнь, словно собаку Павлова.
— Я живу, смирившись с этим.
— Такими темпами ты и заживо в могилу ляжешь, если прикажут.
— Наверное.
И Со была уже на грани отчаяния. Но, несмотря на это, по её чистым щекам расползлась улыбка. И в этот момент на её лице, до того казавшемся безразличным и напряжённым, что-то дрогнуло. Тэ Джо импульсивно протянул руку и погладил её по щеке. От этого прикосновения И Со, которая снова закрыла глаза и что-то тихо бормотала, приоткрыла веки и скользнула по нему взглядом.
Вместо того чтобы спросить, что он делает, И Со стерпела это щекочущее прикосновение. Она просто смотрела на него, подставив щёку.
Его пальцы обхватили её щёку. Лицо И Со, целиком поместившееся в его ладони, выглядело измученным. Её тепло, согревавшее его руку, и едва заметно дрожащий взгляд казались ему чем-то совершенно незнакомым. Оттого он и решил подначить её.
— Покончить с этим?
Его взгляд говорил: скажи она «да» — и он тут же это сделает. Когда его твёрдый взгляд впился в неё, И Со почувствовала, как на мгновение ёкнуло сердце. Это было непривычное чувство. Незнакомая эмоция, которая по идее должна была улечься, стоило лишь затаить дыхание, всё никак не отступала.
— Нет.
— Тогда что мне сделать?
— Ничего.
Она и вправду надеялась, что он ничего не предпримет. Смятение в её мыслях было вызвано не только смотринами, которые навязывала семья. Она вновь стерпела его ласку, закрыв глаза на то, как от этих поглаживаний всё сильнее бьётся сердце.
— Стоит только подождать, и всё закончится.
— Потому что ты дурочка, которая верит, что ничто в этом мире не вечно?
— Да.
Тэ Джо откровенно насмехался над её консервативным взглядом на жизнь, но И Со легко с ним согласилась.
Потому что она дурочка, которая верит, что ничто в этом мире не вечно.
И однажды эта бессмысленная скука подойдёт к концу.
Точно так же, как скоро утихнет эта непонятная дрожь, от которой замирает сердце.
В этом убежище, куда она спряталась от всех, на душе неожиданно стало спокойно. Поэтому И Со решила, что всё не так уж и плохо. Совершенно не замечая, как взгляд Тэ Джо, в котором до этого таилась ленивая усмешка, постепенно темнеет. И не видя, как его глаза, скользнув по её векам и щекам, останавливаются на её плотно сжатых губах.
— Хорошо, давай с этим покончим.
Словно найдя простое решение, он приподнялся и тут же впился в её губы. Будто собираясь разом положить конец её бессмысленной скуке. Их губы мягко сомкнулись, и языки сплелись.
Глубоко проникнув внутрь, он принялся нежно ласкать кончик её языка, исследуя каждый уголок рта. У И Со мгновенно перехватило дыхание. Чужая слюна и дыхание обжигали, но, как ни странно, это не вызывало отторжения. Поцелуй случился внезапно, однако они слились друг с другом так естественно, словно только и ждали этого мгновения.
Руки Тэ Джо начали одну за другой снимать с И Со вещи. Расстегнули тугие пуговицы и стянули жакет, даря ей чувство освобождения.
Уверенные ласки и непрерывный поцелуй продолжались. Словно это мгновение стало вечностью. Словно в нём заключалось абсолютно всё.
Подчиняясь его напору, она начала медленно заваливаться назад. Спина И Со, опускавшейся на диван, наконец коснулась мягкой обивки. Тэ Джо навис сверху, навалившись на неё всем своим весом. Не отрываясь от её губ и тщательно их вылизывая, он запустил руку под распахнувшийся топ.
Стоило ему запустить пальцы в чашечку бюстгальтера и сжать налившуюся грудь, как чувствительная плоть мгновенно затвердела.
— Ха-а…
Словно не желая упускать даже малейшего её стона, он жадно впился в её губы, высасывая из них сладкое дыхание. Дыхание И Со растворилось в его глубоком вдохе.
В любое другое время она бы замялась, отвернулась или разорвала бы поцелуй, но сегодня всё было иначе. От такой покорности желваки на скулах Тэ Джо напряглись. Его захлестнуло возбуждение.
Член с пугающей силой наливался кровью. Паху было больно от того, что его зажало между сведёнными бедрами И Со. И всё же он заставил себя сбавить темп.
Почему-то сегодня ему хотелось действовать неторопливо.
Он не хотел, чтобы эти мгновения пролетели так быстро. Не прерывая поцелуя, он стянул с неё топ и бюстгальтер, обнажив белоснежное тело. То, как она покорно, без малейшего сопротивления отдавалась его рукам, чертовски заводило.
Он впивался губами в белоснежную кожу, оставляя на нежной шее красные отметины. Пощекотав ключицы, его губы медленно, словно прочерчивая линию, заскользили вниз и принялись оставлять дразнящие поцелуи над рёбрами. Стоило ему высунуть язык и лизнуть впадинки меж выступающих рёбер, как её тонкая талия дёрнулась.
— Ха-а…
От этого их тесно прижатые друг к другу бёдра соприкоснулись ещё плотнее. Он навалился на её тело, полное предвкушения. Язык, круживший в ложбинке между грудей, заскользил вниз к пупку, опускаясь всё ниже. Он без труда стянул задравшуюся на бёдрах юбку, а затем запустил руку ей между ног и разорвал колготки.
— Ах!
— Почему ты тут такая мокрая?
Возбуждение И Со, судорожно втянувшей воздух, передалось ему сполна. Протиснув пальцы сквозь порванные колготки, он отодвинул в сторону её трусики. Стоило ему раздвинуть аппетитно сомкнутые губки и потереть их, как с губ И Со сорвался жаркий стон.
— М-м…
Нарушать табу всегда волнительно. Использовав сочившуюся влагу в качестве смазки, он круговым движением потёр пальцем, и таз И Со судорожно дёрнулся вверх. Он тут же раздвинул ей ноги и припал губами. На кончике языка ощутился сладковатый вкус. Он мягко захватил её нежную плоть губами, словно собираясь надкусить, и со звонким чмоканьем всосал в себя.
— Ах, ох…
Зажатая между губами плоть мелко задрожала. Тонкие ноги И Со напряглись до предела — так она пыталась сдержать подступающее удовольствие. Не обращая на это внимания, он придавил её бёдра, не давая сдвинуться, и ещё глубже зарылся лицом ей между ног. Его острый нос с силой вжимался в сокровенную плоть И Со. Её аромат, щекочущий нос, сводил с ума. От одного только этого запаха пах раздувался так, словно вот-вот взорвётся. На мгновение он едва не лишился рассудка от дикого желания достать вставший член и грубо засадить ей.
Он высунул язык и лизнул вход в лоно. Когда плотно сжатая алая дырочка призывно запульсировала, от желания ворваться внутрь его сердце забилось как ненормальное. И всё же он терпел. Всё же сдерживал себя. Несколько раз мазнув кончиком языка по одному и тому же месту, он глубоко всосал плоть — так же глубоко, как до этого втягивал её язык. Поясница И Со выгнулась, а распластанное под ним тело мелко задрожало.
— Ах, хватит, ах, пожалуйста, хватит!
Игнорируя неудержимые стоны, срывающиеся над его головой, он настойчиво, с громким чмоканьем насасывал её плоть. В тот миг, когда он высунул язык, чтобы лизнуть её, и проник в дрожащую узкую дырочку, руки И Со опустились вниз и вцепились Тэ Джо в затылок. Почувствовав, как её мягкие пальцы ерошат его волосы, он тяжело задышал.
— Ха, блядь. Какая сладкая.
Его губы и кончик носа пропитались сладким ароматом Юн И Со. Стоило ему медленно протолкнуть палец внутрь, как густо усеянные складочками стенки тут же плотно его обхватили, словно присосавшись. Он бесцеремонно задвигал им внутри её пылающего кремового лона. Дырочка И Со мгновенно пропиталась влагой и захлюпала.
В тесное пространство вторгся ещё один палец, по-хозяйски завоёвывая его. Он смело шуровал внутри подушечками, и между её ног раздались влажные, хлюпающие звуки.
— Ах, м-м, а-ах!
Развратные звуки и непристойный аромат кружили голову. Казалось, это место стало раем.
— Значит, вот это тебе нравится.
Стоило ему с силой надавить на набухший бугорок внутри горячей, скользкой плоти, как И Со судорожно содрогнулась и тихонько заскулила.
— Стони. Я хочу тебя слышать.
— Ха-а, ах, ха-а… Хватит, а-ах… Пожалуйста…
Несмотря на её отчаянные стоны, он оставался невозмутим. Словно первооткрыватель, он исследовал каждый уголок тела И Со, ощупывая её и оставляя свои следы.
— Хочу вылизывать тебя здесь всю ночь напролёт.
Пробормотал он, облизывая её покрасневший клитор и не отрывая от него губ. От его горячего дыхания ноги И Со вновь мелко затряслись.
— Тэ Джо. Рю Тэ Джо…
Не зная, куда деваться от зашкаливающего удовольствия, И Со позвала его по имени. Но он, не обращая на это внимания, снова принялся жадно насасывать её плоть.
Мысли испарились из головы. Стыд давно отступил. В опустевшем, ослепительно белом сознании то и дело вспыхивали и гасли искры. Хоть они и оказались в объятиях друг друга так стремительно, казалось, что хотя бы в этот момент существует лишь вечность без начала и конца.
Неужели прижиматься друг к другу, жаждать друг друга и в итоге овладевать — настолько волнующе?
Казалось, каждое место, которого касались его руки, превратилось в эрогенную зону. И Со закрыла глаза, всем телом впитывая накатывающий на неё восторг.
Неужели человеческое тепло всегда было таким приятным? Или ей так хорошо, потому что это Рю Тэ Джо? Смятение быстро растворилось в затуманенных, дурманящих ощущениях.
Завершив прелюдию, он с удовлетворённым видом навис над И Со. Сотрясаясь от судорог, похожих на всхлипы, она крепко обняла его. Хоть она и не понимала, что вообще происходит, ни о чём другом она думать не могла. Уныние, ещё недавно полностью владевшее ею, мигом улетучилось. Поэтому ей хотелось большего.
В один миг желание поднялось и обрушилось на неё, словно волна.
Хотелось обладать им вот так.
Хотелось вот так держать его в руках, прижимать к себе и впустить как можно глубже в своё тело. То, что на свете было нечто, что она могла получить, просто протянув руку, приносило удовлетворение. Чувство наполненности, начавшееся с малейшего движения, заполняло её опустошённое сердце, заставляя его пылать.
И Со протянула руку и зарылась пальцами в волосы Тэ Джо. Жёсткие и одновременно мягкие пряди рассыпались в её ладонях. Затем она обхватила его бугрящуюся мышцами спину, словно желая убедиться в его существовании. Осязание его реального тела на кончиках пальцев странным образом успокаивало.
Спокойно принимая эти прикосновения, Тэ Джо на мгновение опустил голову и посмотрел на И Со. Его встретившийся с ней взгляд пылал страстью. И всё же, казался ли он ей таким нежным лишь потому, что она опьянела от нахлынувших чувств?