Потеряв смелость смотреть ему прямо в глаза, Гриз отвернулась. На стене его тень лежала строго и изящно.
Когда она снова посмотрела перед собой, мужчина, лениво приоткрыв глаза, был с растрёпанным видом. Чувствуя, как нервы натягиваются, она перевела взгляд на тень на стене.
Гриз изо всех сил успокоила сердце. Скоро можно будет вернуться в комнату. Ещё немного потерпеть. Если только он проверит клеймо на левой стороне живота.
Как и в любом случае, она терпеливо и медленно вздохнула. Тогда она увидела тень, наклоняющуюся к её груди. Губы, которые она каждый раз считала красивыми, мягко приоткрылись. Нельзя, нельзя!..
— В-ваша светлость великий герцог!..
В этот момент большая рука обхватила грудь снизу.
— В-ваша светлость, ох…
Словно инстинктивно пытаясь выдавить молоко, его пальцы мягко надавили на грудь. Кончики груди зачесались. Тело, впервые почувствовавшее горячую дрожь, казалось, в одно мгновение разрушилось.
Гриз, у которой силы покинули готовые согнуться колени, через силу напрягла их, а затем схватилась за его плечо, чтобы удержаться. Мужчина, словно найдя такое положение более удобным, подался вперед и прислонился головой к верхней части груди.
— Н-нельзя, нельзя…
Когда горячие губы мужчины коснулись чувствительного места, по телу невольно пробежала дрожь. Липкое дыхание и выдохи, проникающие в ложбинку груди, были настолько живыми, что она, словно падая, повисла на его плече.
Хотя взрослый человек опирался на него всем весом, он не дрогнул ни на мгновение. Просто, обхватив её за талию и спину, чтобы она не упала, начал сосать грудь. Влажные, чавкающие звуки соприкасающейся кожи резко били по ушам.
Кожа Гриз стала горячей, дыхание участилось. По внутренней стороне бёдер — там, где уже некоторое время было влажно, — разлилось липкое, волнующее ощущение. Чем глубже становилась иллюзия, будто она делит с ним любовь, тем настойчивее это ощущение распространялось внутрь.
В её всё более мутнеющем зрении появился он, смотрящий вниз. На конце его взгляда был сосок, остро проступающий сквозь поверхность неглиже.
Он тихо выдохнул и зубами стянул неглиже вниз. Его лицо, слегка приподнятое, было настолько сладострастным, что Гриз забыла даже о мысли вырваться. Даже увидев свой вид с торчащим розовым соском, она не знала, что делать.
В этот момент он внимательно посмотрел туда. Словно влажное дыхание упало прямо на него — сосок мгновенно закололо.
— Ых... ваша светлость, остановитесь, ваша светлость, ваша милость…
Она не хотела испытывать странные ощущения от скверного мужчины и погружаться в самоуничижение. Она бешено колотила по его плечу. Чем больше она это делала, тем сильнее, видя колышущуюся грудь, он, казалось, возбуждался, издавая низкие стоны.
В одно мгновение напряжённый сосок яростно был втянут губами великого герцога. Нет, его поглотил удивительно мягкий язык.
Внезапно отвердевший язык начал безжалостно тереть сосок. Вокруг снова потемнело. Перед глазами рисовалось, где и как пробует язык великого герцога.
От действия, более сильного, чем сто слов, ясность суждений Гриз помутилась. Она едва сдерживала импульс трястись и плакать странными звуками, на шее выступил холодный пот.
В её всё более мутнеющем зрении показался он, повернувший голову набок. Аккуратные чёрные волосы были взъерошены, кончик носа уткнулся в грудь. Его это не волновало. Наоборот, он медленно закрывал и открывал глаза, полные удовлетворения, и всё более умело орудовал языком.
На его глазах, похожих на Млечный Путь, лежала густая тень. Это была душа, голодная от того, что долгие годы ничего не могла съесть.
Гриз почувствовала странное желание. Ей хотелось наполнять его душу, пока она не насытится, и одновременно хотелось быть наполненной.
Внезапно испугавшись, Гриз сильно укусила его за руку. Краем глаза она заметила, как и без того крепкая шея мужчины стала ещё твёрже — мышцы напряглись.
В этот миг рука слегка ослабла, и Гриз, подняв неглиже к груди, убежала. Было поздно, коридор был пуст. К счастью, до самой комнаты её никто не увидел.
— Ха-а... ха-а... чёрт…
Лишь сев на стул дрожащим телом, она поняла, что всё это время держала рамку с засушенной бабочкой. Гриз, не смея смотреть на бабочку, перевернула рамку.
Казалось, вся влага вышла из тела — во рту пересохло. Поспешно выпитый чёрный чай был особенно горьким.
***
— Судя по разговорам слуг, они скоро приедут. Ваши друзья детства, госпожа.
Голос Велин, укладывавшей волосы, звучал оживлённо. Напротив, Гриз выглядела безжизненной, словно человек, которому не досталось даже кукурузной каши.
Потому что прошлой ночью ей приснился сон, будто он сделал из неё чучело. Даже во сне её мучил он, неспешно наслаждавшийся каждым уголком женского тела, так что сил совсем не осталось.
До самого полудня она прокручивала в голове вчерашнюю ночь. Было ли это импульсивно? Или намеренно? Какое лицо было у него, когда он остался один в комнате?
Тогда её вдруг охватил страх. Что, если это только начало?.. Что делать, если впредь каждую ночь он будет вызывать её и просить всё больше?
Может, так и будет. Где в мире найдётся женщина доступнее шлюхи из публичного дома. Необразованная, низкая.
Может, она лучший объект для отклонений власть имущего? Может, до того, как это случится, выйти замуж за мужчину по имени Дирк, как все хотят?..
День был полон мыслей. Гриз из-за отсутствия бабушки пообедала одна и направилась в банкетный зал.
Чтобы учиться вальсу. Поскольку с рождения ей медведь на ухо наступил, уроки танцев были самыми трудными.
По крайней мере, она утешалась мыслью, что скользит по навощённому полу, словно плывёт. Это был единственный момент, который ей нравился. Казалось, телу, запертому, словно в тюрьме, дали свободу.
Она неторопливо шла по коридору, куда проникал свет. Когда белые двойные двери банкетного зала приблизились, послышались тяжёлые шаги, и из-за угла показались мужчины. Великий герцог Вианут, дворецкий и Куинтин.
К смущению, только фигура великого герцога выросла, заполнив собой всё поле зрения. Гриз почувствовала, что с её ощущениями творится что-то неладное. Прикосновение горячих губ и густой запах розмарина поднимались из-под груди.
Когда она закрыла глаза, промелькнула тень, похожая на голодного дьявола. Тревога нахлынула. Что делать, если он подойдёт и заговорит? Если вызовет в кабинет глубокой ночью…
Поспешно открыв глаза, Гриз дошла до дверей банкетного зала одним шагом и покосилась на него. Безупречно аккуратный, он естественно отвёл волосы и посмотрел на неё.
Наверное, взгляд, полный похоти. Раз он уже попробовал её тело, может, будет вести себя так, будто она его женщина?
Однако его зрачки были чрезмерно подавлены и холодны. Это был взгляд на грязную шлюху. Если не так, то словно на ничтожное существо.
Вскоре он, глядя прямо перед собой в коридоре, гладко пошёл дальше. Гриз смотрела ему вслед, пока его фигура не стала расплывчатой.
Казалось, он сам говорил, что вчерашнего не было. Да, это естественно. Определённо хорошо, что так, но где-то в глубине души странно болело.
На что она вообще надеялась? Не может быть причин, по которым он, собирающийся жениться на прекрасной принцессе, захочет низкую женщину.
Гриз, изо всех сил успокоившись, открыла двери банкетного зала. Поза стала лучше, чем на уроке четыре дня назад, но чувства свободы, как у бабочки, не было.
Едва закончив урок, она отложила прогулку по саду и вернулась в комнату. Боясь, не сидит ли он на той скамейке, где она всегда наслаждалась пейзажем.
Лицо Велин, вернувшейся после дел к концу урока, было бледным. Пока Гриз, сидевшая на краю кровати, собиралась спросить причину, Велин низко опустила голову и заговорила первой.
— Госпожа, простите за такие слова… Тиа с-сбежала.
В последнее время Тиа стала гораздо любопытнее. Так что это не было неожиданностью, но если её до сих пор не поймали, это была большая проблема. Гриз пошевелила побледневшими губами.
— Куда?.. До сих пор не привели?
Руки Велин дрожали, словно она совершила смертный грех.
— Я поспешила поймать, но, э-это… Она носилась, всё обнюхивая, и в момент, когда старшая служанка вышла, вбежала в комнату его светлости.
— Что?..
— Я пыталась снова её забрать, но она залезла под кровать и не выходит, так что я просто вернулась. Кажется, она залезла, ища другого малыша, который был под кроватью.
Гриз почувствовала сильное головокружение. Именно комната великого герцога, куда нельзя войти просто так. Если оставить её там, а потом переместят в другое место, будет трудно найти.
Резиденция была слишком большой. Она была такой энергичной, что могла броситься к озеру или попасть под копыта.
— Его светлость в комнате?
Если комната пуста, она думала хотя бы позвать её по имени у двери. Всё-таки хозяйка, и щенок, который прибегал на зов, может, поспешит выйти на голос хозяйки.
В спешке она вышла из комнаты. Следовавшая за ней Велин сделала затруднённое лицо.
— Его светлость до недавнего времени отдыхал в комнате. Поэтому мы со старшей служанкой не смогли вытащить Тиа и вернулись.
— Его светлость тоже знает?
— Нет, я не сказала и сразу вышла. Сегодня он особенно хмур…
Шаги Гриз, поднимавшейся по лестнице, заметно замедлились. Сначала нужно пойти и проверить, но если он внутри, придётся сразу вернуться.
— Я схожу одна.
Сказав это почти шёпотом, Гриз встала перед дверью комнаты рядом с кабинетом. Показались двойные двери с изящно вырезанным гербом рода Байренхаг. Через слегка приоткрытую щель пробивался яркий свет. Если бездумно позвать Тиа, можно потревожить его, так что она решила сначала заглянуть в щель.
Гриз закрыла один глаз и заглянула в дверную щель. Сначала в белом поле зрения показались подоконник и боковой столик. Перед подоконником нога мужчины упиралась в пол. Она запоздало поняла, что это нога Вианута, сидящего на подоконнике.
Кстати, и прошлой ночью он был у окна… Неужели он любит солнечный свет?
Красные зрачки, ставшие роскошными от света, последовали за мужчиной у окна. Он сидел боком на подоконнике и смотрел вниз в окно. Казалось, в саду было что-то интересное.
Больше глав в нашем телеграм канале t.me/insomnianovells
Спасибо, что читаете с нами!