Онлайн чтение книги Трехлетняя сестра актера The Actor and His Three and Half Years Old Sister
1 - 11

Тетушка не смогла дать Чу Сяосяо удовлетворительного ответа, но зато смогла убедить ее почистить зубы и умыться, спасая дядю, оказавшегося в затруднительном положении.

Перед тем как лечь спать, Чу Сяосяо провела частное расследование и обнаружила, что она и ее мать были единственными, кого никогда не били в их семье.

Так совпало, что Чу Сяосяо накрылась маленьким стеганым одеялом и увидела Сяо Би, которая подошла, чтобы выключить для свет. Она не удержалась и спросила:

— Мама, это правда нормально, что взрослые бьют детей?

Убеждения Чу Сяосяо были сильно поколеблены, поскольку она не могла понять, почему ее родственников избивали, когда те были маленькими, и почему все они думали, что в этом нет ничего особенного.

Сяо Би задумалась на несколько секунд, затем подошла к кровати дочери и тихо спросила:

— Ты думаешь, это проблема, Сяосяо?

Чу Сяосяо по-детски пробормотала:

— Конечно, это проблема.

Сяо Би спокойно ответила:

— Тогда не бей своих собственных детей в будущем и следуй своим убеждениям.

Чу Сяосяо ничего не поняла, услышав косвенный ответ матери. Она нерешительно переспросила:

— Должен ли папа бить моего брата?

После минутного молчания Сяо Би выдавила беспомощную улыбку и ответила:

— Сяосяо, посторонним не дано судить, должно это произойти или нет. Это может решить только тот человек, который испытал это на себе.

— Некоторые люди могут быть в состоянии принять это, в то время как другие, возможно, не смогут отпустить ситуацию. Независимо от конечного результата, другие не могут решать, что правильно, а что нет.

Услышав это, Чу Сяосяо почувствовала себя намного лучше.

Это похоже на то, как дядя считал нормальным быть побежденным.

И все же она чувствовала себя неуютно, когда ставила себя на его место.

Что ж, у всех разные убеждения.

Для нее было бессмысленно много думать об этом. Самым важным было понять мысли ее брата.

Чу Сяосяо закрыла глаза и крепко заснула, а Сяо Би закрыла за ней дверь. Женщина повернула голову и застыла посреди гостиной, думая о бесчисленных событиях из прошлого — споры, противоречия и бесконечные семейные войны в старом доме, которые измотали ее.

Чу Сяосяо родилась и выросла в районе Юйжунтай, но Чу Сяои изначально провел свои детские годы в старом городе, где жили дядя и остальные.

Когда Чу Сяои покинул Юйжунтай, он забрал свои вещи и багаж из их дома, но его прежние пожитки остались в старом доме, оставив после себя пожелтевшие воспоминания.

На следующий день Чу Сяосяо тайком наблюдала за Чу Сяои из-за угла, не в силах найти подходящей возможности. Чу Сяои заметил ее подозрительный взгляд и шутливо спросил:

— Что ты опять задумала?

Два дня назад эта малышка игнорировала его, а теперь ведет себя как подозрительный преследователь.

Он заметил Чу Сяосяо, поэтому она больше не скрывала своего беспокойства и прошептала:

— Это потому что папа бил тебя, поэтому у вас с ним плохие отношения?

Чу Сяои был застигнут врасплох. Он не ожидал, что маленькая девочка услышит сорвавшиеся вчера с языка слова.

Неудивительно, что она вела себя так осторожно.

Он небрежно ответил:

— Нет, я не настолько инфантилен. Я не ребенок трех с половиной лет.

Конфликт между Чу Сяои и его отцом на самом деле был очень сложным. Иногда даже ему было трудно это объяснить.

Чу Сяосяо была немного раздражена, когда услышала, как он использует ее слова в качестве контратаки, но ничего не могла возразить.

Тем не менее, она была обеспокоена, поэтому снова спросила:

— Ты в порядке?

— Конечно! — радостно воскликнул Чу Сяои.

Он вдруг о чем-то вспомнил и пошутил:

— Кстати говоря, быть старшим братом — это все равно, что быть отцом. Если ты не будешь послушной в будущем, я могу отшлепать тебя!

Глаза Чу Сяосяо недоверчиво округлились, когда она воскликнула:

— Да как ты смеешь?! Я беспокоюсь о тебе, а ты думаешь только о том, чтобы отшлепать меня?

— Ну что, теперь ты осмелишься быть непослушной?

— Если ты посмеешь отшлепать меня сейчас, то когда состаришься и станешь забывчивым, я буду шлепать тебя каждый день.

Если ты посмеешь ударить меня сейчас, просто подожди, пока не состаришься и пощады не жди!

Должен ли я благодарить тебя за то, что ты не планируешь забрать меня из больницы, когда я состарюсь?

В последнее время брат и сестра часто играли в баскетбол с Чу Цзядуном, и отношения между отцом и сыном немного улучшились, став не такими напряженными как раньше.

Но новогодние каникулы были не слишком долгими. Чу Сяои собирался вернуться на работу через два дня, в то время как его дядю и остальных родственников уже успели отправить обратно в старый город.

Бабушка страдала слабоумием и с трудом передвигалась. Ей нужен был кто-то, кто заботился бы о ней дома. К сожалению, другие члены семьи не могут постоянно присматривать за ней. Поэтому Чу Цзядун специально пригласил дядю и тетю пожить в Пекине.

Трое пожилых людей решили поселиться в старом городе, рядом с известной больницей. Чу Цзядун планировал регулярно оплачивать проживание и время от времени навещать их, когда у него будет время.

Его дядя был младшим братом бабушки, и, поскольку у него была большая разница в возрасте с сестрой, он все еще был энергичным и сильным. Говорили, что до приезда в Пекин он работал на стройке, чтобы заработать денег, и каждый день занимался тяжелым физическим трудом.

Раньше о Чу Цзядуне заботился дядя Чу Цинфэн в деревне. Он чувствовал, что тот был честным и добрым, а также у него были хорошие отношения с его матерью, поэтому он пригласил его жить в столицу.

Поскольку раньше его растила бабушка, теперь Чу Цинфэн заботился о своей сестре без каких-либо жалоб.

Это было беспроигрышное решение. У бабушки был кто-то, кто заботился о ней, учитывая, что члены семьи лучше позаботятся друг о друге, чем посторонние. С другой стороны, его дяде не приходилось работать, чтобы прокормить семью, и ему также не приходилось страдать от дискриминации на стройке из-за возраста.

Первоначально Чу Цзядун предложил нанять няню для трех пожилых людей, но получил вежливый отказ от своей тети. Пожилые люди не любят посторонних в доме, и их здоровье было относительно хорошим, поэтому они не нуждались в том, чтобы кто-то еще заботился о них.

После того как трое мужчин покинули террасу, их большой новый дом внезапно опустел, и праздничная атмосфера весеннего фестиваля также постепенно рассеялась. Сяо Би готовила учебные планы в кабинете, в то время как остальные трое смотрели телевизор или сидели в интернете через айпад или телефон.

Чу Сяосяо надела наушники и, уютно устроившись на диване, смотрела видео на иностранном языке, когда внезапно почувствовала незнакомый запах. Она спросила:

— Папа, ты чувствуешь? Что-то явно горит.

Чу Цзядун, который просматривал что-то в своем телефоне, подпрыгнул от ее слов и воскликнул:

— О нет, я кое-что оставил на плите! Только маме не говори!

Чу Цзядун в панике бросился на кухню, надеясь уничтожить улики до того, как Сяо Би узнает об этом. При этом он даже уронил свой телефон. Увидев его жалко лежащим на земле, Чу Сяои не удержался и поднял технику, пробормотав:

— Словно другой человек...

Чу Сяои намеревался положить телефон обратно на стол, но случайно обнаружил, что экран не выключен.

Честно говоря, будучи таким встревоженным и дезориентированным… Ничего удивительного?

Он не собирался копаться в сообщениях своего отца, но тут его внимание привлек контент на отцовском Weibo. К его удивлению, все посты были о нем!

Если бы Чу Цзядун просто смотрел обычные посты, Чу Сяои не был бы так удивлен. Но посты, которые читал его отец, содержали ненависть и клевету в его адрес и даже косвенные угрозы!

Как восходящая молодая знаменитость, у которой был легион ненавистников, ненавистники Чу Сяои были не только злобны по отношению к нему, но и отпускали вульгарные и неуважительные комментарии в адрес его родственников.

В последнее время он подвергался многочисленным атакам со стороны различных интернет-троллей. Иногда даже ему было невыносимо читать комментарии, и он недоумевал, почему эти люди в Интернете питают к нему такую сильную ненависть, словно хотят его смерти.

Чу Сяои был ошеломлен, просматривая контент на Weibo своего отца. Чем больше он читал, тем тревожнее ему становилось. Когда он натыкался на тот или иной пост, то чувствовал острую боль в сердце и был переполнен неописуемым чувством.

[Облажался ли сегодня император актерского мастерства: Я надеюсь, что Чу Сяои и вся его семья умрут как можно скорее, чтобы освободить место другим красивым парням (смайлик с улыбкой).]

«Император актерского мастерства*» — так прозвали Чу Сяои его ненавистники, высмеяв его после того, как он получил награду за лучшую мужскую роль на одной из церемоний. Если бы Чу Сяои увидел этот пост в Weibo на своем собственном телефоне, он мог бы попытаться спокойно проигнорировать его, но, к сожалению, он пользовался телефоном своего отца.

П.п.: китайский жаргонный термин, обозначающий актера, которого часто хвалят за его актерское мастерство, но который никогда не получал крупных наград, или актера, который переигрывает и чрезмерно привлекает к себе внимание.

Он не хотел, чтобы отец видел его в плохом свете, особенно когда вспомнил сцену на съемочной площадке в Хэндяне. Во время съемки сцены драки он получил травму, и когда он повернул голову, то увидел страдальческое и обеспокоенное выражение на лице Чу Цзядуна.

Он надеялся, что его отец увидит только его хорошую сторону и только его яркие моменты на сцене. Он не хотел, чтобы тот был вовлечен во что-то закулисное.

Поэтому в тот раз он сердито крикнул своему отцу, чтобы тот уходил и больше не навещал его. Если бы кто-то другой проявил заботу, это не повлияло бы на него, но если бы это был его отец, он легко поддался бы влиянию и стал слабым. На других ему было плевать, но только не на семью.

Чу Сяои отчаянно хотел скрыть свои страдания, но Чу Цзядун уже давно все знал и даже был затронут.

Он не хотел беспокоить сестру, поэтому молча выключил телефон и аккуратно положил его на стол.

Вскоре Чу Цзядун закончил уборку на месте преступления и поспешил обратно в гостиную, неоднократно напоминая им:

— Не говорите своей матери.

Чу Сяосяо лениво взглянула на него, как будто уже давно привыкла к таким выкрутасам, и не сказала ни слова.

Пока Чу Сяои размышлял о чем-то своем, он глянул на маленького медвежонка в наушниках, который, казалось, не обращал внимания на внешний шум.

После нескольких секунд раздумий он спросил Чу Цзядуна:

— Почему ты читаешь все это?