Онлайн чтение книги Трехлетняя сестра актера The Actor and His Three and Half Years Old Sister
1 - 34

Лян Шуанци был ребенком с множеством идей. Он хотел быть Джеком Ма, потом братом Сяосяо, а теперь айпадом Сяосяо.

Чу Сяосяо серьезно поразмыслила над этим, но все же отклонила предложение Лян Шуанци, сказав:

— Забудь об этом, я думаю, айпад расстроится.

Чу Сяосяо быстро привязывалась к вещам. Она провела так много времени со своим айпадом, и правда не хотела отказываться от него.

Лян Шуанци кивнул:

— Хорошо, тогда я сменю имя на брата Сяосяо.

Чу Сяосяо согласилась:

— Хорошо.

Лян Шуанци выиграл «правдивую биографию господина Лу Синя». Если люди хотят открыть окно в доме, они выступают за демонтаж крыши, и, как на меньшее зло, все соглашаются открыть окно. Лян Шуанци сначала сказал, что хочет быть айпадом, но Чу Сяосяо после размышлений сказала, что это расстроит ее планшет.

Лян Шуанци отвел Чу Сяосяо к себе домой. Он заранее предупредил Лян Чэня, что они поужинают дома. Чу Сяосяо увидела, как открылась дверь, и улыбающийся дядя Лян высунул голову наружу и с энтузиазмом сказал:

— Добро пожаловать!

Чу Сяосяо вежливо ответила:

— Здравствуйте, дядя, меня зовут Чу Сяосяо.

Лян Шуанци первым вошел в дом, огляделся и спросил:

— Где мама?

— У нее сегодня встреча, она уже ушла. — Лян Чэнь боялся, что сын поставит его в неловкое положение, поэтому торжественно напомнил. — Не думай, что тебе не нужно сегодня заниматься на фортепиано, твои вечерние занятия пройдут по расписанию.

Лян Шуанци тихо пробормотал:

— Конечно, ты бездельничаешь, ведь у тебя нет работы...

Лян Чэнь тут же ответил:

— Лян Шуанци, я поправляю тебя в последний раз, я меняю работу, а не безработный.

Когда большая черная кошка Лян Сытэ увидела, что кто-то входит в дом, она проворно спрыгнула с кошачьей лестницы и даже вытащила тапочки с полки для обуви и поставила их перед Чу Сяосяо. Чу Сяосяо с удивлением посмотрела на такую умную черную кошку. Она всегда считала, что кошка брата Цици очень умная и по своим качествам намного превосходила бродячих.

Лян Чэнь не был доволен. Он подобрал тапочки, которые утащила черная кошка, положил их обратно в шкафчик для обуви и сказал:

— Лист, твоя миссия провалена, ей нужны маленькие тапочки.

Те, что кошка принесла ранее, были одноразовыми белыми тапочками, которые считались взрослыми и не подходили для детей.

— Сяосяо, надень мои. — Лян Шуанци достал свои запасные тапочки и снова серьезно поправил родителя. — Папа, ее зовут Лян Сытэ.

Лян Чэнь жестами отдавал команды кошке, словно пытаясь перенаправить ее. Однако та лишь спокойно сидела на лапах, пристально смотрела на Чу Сяосяо, легко покачивала хвостом и вообще не воспринимала взрослого всерьез.

Лян Чэнь выразил сожаление:

— К сожалению, она пока плохо воспринимает команды.

Чу Сяосяо заговорила от имени черной кошки:

— Дядя так строг с Лян Сытэ... — она решила, что разумнее будет надеть тапочки, не вдаваясь в детали.

Лян Шуанци вступился за свою питомицу и нахмурился:

— Это не боевая собака, так что не думай о ее дрессировке. Даже если ты безработный, это не дает тебе права.

Лян Чэнь вздохнул:

— ...Я меняю работу, а не безработный.

Лян Чэнь проигнорировал осуждение детей и продолжил пытаться давать команды черной кошке, но, похоже, у него ничего не получалось. Внимание Лян Сытэ было полностью переключено на Чу Сяосяо, и не было никакого желания выполнять задания, она рассматривала Лян Чэня как воздушный шарик. Она увидела, что Чу Сяосяо села на диван, и тут же быстро вскочила, наклонившись к ней.

Чу Сяосяо прикоснулась к ее мягкой шерсти и поняла причину необычности этой кошки. Неудивительно, что ее можно выводить на прогулку. Неужели дядя Лян дрессировал ее как военную собаку?

Лян Шуанци точно прокомментировал поведение своего отца:

— Никогда не знаешь, насколько занят солдат, когда он уходит из армии.

Лян Чэнь принес детям напитки и фрукты и взволнованно спросил:

— Сяосяо, что бы ты хотела съесть? Дядя приготовит это для тебя!

Чу Сяосяо честно ответила:

— Все в порядке.

— Ты хочешь что-нибудь съесть?

Чу Сяосяо не знала, что было у брата Цици, поэтому ей было трудно спрашивать. Она могла выбрать только блюда с низкой степенью сложности и неуверенно спросила:

— Зеленые овощи?

Чу Сяосяо решила, что жареные зеленые овощи должны быть самым простым блюдом, даже противный братец справился бы.

В тот день, когда Чу Сяои готовил для Чу Сяосяо, она внезапно поняла, что не все взрослые умеют готовить, и это нарушило ее прежние представления. Конечно, Чу Сяои, возможно, еще не совсем взрослый, поэтому его кулинарные навыки крайне нестабильны, и это похоже на лотерею.

Сейчас у Чу Сяосяо крайне низкие потребности в пище, и она может постепенно переходить на жареный сельдерей, при условии, что не будет есть обугленное черное мясо.

Лян Чэнь почесал в затылке и немного подумал, а затем весело сказал:

— Нет проблем! Вечером будет больше овощей!

Лян Шуанци не интересовался блюдами ужина. Он нашел дома айпад и предложил:

— Папа, можно мы поиграем? Сяосяо еще не играла в цыпленка.

Лян Чэнь согласился:

— Да, но учти, что можете играть недолго, и только в две игры.

Лян Шуанци кивнул:

— Да, да, умеренные игры полезны для мозга, пристрастие к играм вредит организму...

Лян Шуанци попросил Чу Сяосяо загрузить игру на своем айпаде и со своей учетной записью, а затем с помощью другого айпада вошел в учетную запись своего отца и попросил Лян Чэня воспользоваться телефоном, чтобы сменить учетную запись. Когда Лян Чэнь узнал, что его сын завладел его учетной записью, он обеспокоенно сказал:

— Лян Шуанци, ты же не собираешься глупости от моего имени творить, правда?

Лян Шуанци лениво поинтересовался:

— А это имеет значение?

— Неужели ты позволишь ветерану оставить унизительный след в своей военной карьере?

— Ты безработный.

— ... Меняю работу.

Чу Сяосяо впечатлил игровой экран. Она посмотрела на символы на айпаде и с любопытством спросила:

— Брат Цици, почему ты женщина?

Лян Шуанци использовал женский аккаунт, а Чу Сяосяо одела персонажей в серьезном стиле и выбрала нежно-розовые цвета для одежды, что придало злодею необычный вид.

Лян Шуанци пояснил:

— Потому что они говорят, что зона поражения девочек невелика.

Чу Сяосяо задумчиво кивнула, а Лян Чэнь громко сказал:

— Наши военные учения скоро начнутся, пожалуйста, будьте готовы. Сяосяо, твоя одежда не соответствует требованиям армии, ты должна немедленно ее сменить...

Одна из причин, по которой Лян Шуанци не увлекался этой игрой, заключалась в том, что дома он играл со своим отцом, как на военных учениях. У Лян Чэня бесчисленное множество необъяснимых требований, и ему приходится использовать армейские правила для поддержания порядка. Лян Шуанци не мог одеть яркую одежду, и ему пришлось сменить ее, в соответствии с приказом отца. Играть в игры было все равно что вести войну.

Но теперь, когда Чу Сяосяо пришла в дом, Лян Шуанци сразу же проигнорировал слова своего отца и дал ей совет:

— Я думаю, платье с розовым кроликом выглядит хорошо...

— Ох... — услышав эти слова, Чу Сяосяо кивнула, надела наряд розового кролика и стала еще более привлекательной, чем раньше.

Лян Чэнь ненавидел то, что железо нельзя сделать из стали, и говорил:

— Здесь нет ни организации, ни дисциплины! Как могут солдаты в армии сражаться так, как ты?!

Чу Сяосяо поинтересовалась:

— Дядя, игра — это то же самое, что реальность? На самом деле, вам не нужен айпад, чтобы сражаться?

Лян Чэнь искренне сказал:

— Меня не волнует форма военных учений, главное — понять их дух!

Лян Шуанци пояснил:

— Мой отец когда-то был техником-сержантом, поэтому он относится к нему почти так же. Во всяком случае, он все время смотрит на экран.

Чу Сяосяо: «?»

Как Лян Шуанци понимал различия между типами вооружения армии, и не поэтому ли репутация подразделения пострадала? Он никогда не видел своего отца в армии, поэтому, естественно, нес здесь всякую чушь.

Чу Сяосяо предположила, что странности брата Цици могут исходить от дяди Ляна, и иногда она не совсем понимала, что именно дядя Лян говорил, что приводило ее в замешательство.

Они втроем успешно начали игру, Чу Сяосяо и Лян Шуанци включили режим слежения и планировали прыгнуть с парашютом вместе с Лян Чэнем. Мужчина улыбнулся и сказал:

— Мы отец и сын плюс Сяосяо!

Лян Шуанци вздохнул:

— ...просто будь счастлив.

Лян Чэнь же продолжил:

 — Пункт назначения — город Y, сообщите, как будете на месте.

Чу Сяосяо впервые играла в эту игру, она все еще была совершенно не в форме и увидела, как она внезапно оторвалась от поля, затем упала с неба и устремилась вперед.

Очертания города на земле становились все четче и четче. Лян Шуанци уже спустился со следующей ступеньки и приземлился на крышу прямо напротив дороги, но Чу Сяосяо продолжала спускаться вслед за дядей Ляном на землю.

Лян Чэнь потребовал:

— Отчет №2 и №3.

№3 Чу Сяосяо откликнулась:

— Точка.

Лян Чэнь: «?»

Чу Сяосяо повернулась, чтобы посмотреть на Лян Шуанци, и нетерпеливо спросила:

— Мы можем снова прыгнуть с парашютом?

У Чу Сяосяо остались очень приятные впечатления от этих прыжков, особенно в розовато-фиолетовом небе, когда солнце садится и можно увидеть причудливую ослепительную красоту. На ее лице была серьезность телепузика, и ей не терпелось крикнуть «еще разок» и взволнованно подпрыгнуть.

Лян Шуанци не мог отказать ей в просьбе. Он поколебался, но сдался:

— Можешь прыгнуть с парашютом еще раз.

— Тогда открой снова.

Лян Чэнь запаниковал:

— Подождите, мы только что приземлились...

Будучи главным, Лян Чэнь всегда отличался превосходной военной грамотностью, но Лян Шуанци и Чу Сяосяо были худшими солдатами, которых он когда-либо брал с собой, и они вообще не подчинялись командам и распоряжениям. Чу Сяосяо собирала мусор один за другим, вскоре ее внимание привлек закат за окном, и она уставилась на прекрасное небо, ощущая тишину прошедших дней.

Лян Шуанци бегал по дому, но играл нормально, хотя время от времени и провоцировал отца. В игре он направил пистолет на кровать:

— Папа, одеяло на кровати не завернуто в валик, приди и спаси его.

Что это за неорганизованный воинский дух?

Лян Чэнь — не король с бронзой, он король с двумя железными обрезками. Когда он увидел, что №2 уезжает на машине, он почувствовал себя немного не в своей тарелке:

— №2, почему ты выехал за пределы круга?

Лян Шуанци совершенно не прислушивался к словам отца, но с большим интересом обратился к Чу Сяосяо:

— Сяосяо, давай поедем и посмотрим на море!

— Хорошо, давай, но где же оно?

— ... Это за пределами круга, не выезжайте! — попытался вразумить Лян Чэнь.

Двое детей оставили мужчину и подъехали на своей машине к морю, наслаждаясь бескрайними и великолепными пейзажами. Они неторопливо пили кока-колу на берегу, полностью игнорируя напоминание о сужающемся круге, словно они туристы на отдыхе. Лян Шуанци сделал снимок экрана, а также спросил Чу Сяосяо, каким был ракурс съемки, получился ли снимок.

Чу Сяосяо была погружена в тихую и красивую игру на экране, она бродила по берегу и была в восторге от морского бриза.

Лян Шуанци посмотрел на своего отца со сложным выражением лица и серьезно сказал:

— Папа, сейчас мирное время, не пользуйся ножами и пистолетами весь день!

Лян Чэнь: «...»

В конце концов, Чу Сяосяо и Лян Шуанци отравились и упали на землю во время осмотра достопримечательностей, превратившись в две маленькие коробочки. Лян Чэню пришлось выходить на круг в одиночку, и он даже выиграл чемпионат в одиночку.

Двое детей взволнованно зааплодировали и выглядели совершенно счастливыми. Лян Чэнь серьезно сомневался, что они снова будут радостно прыгать. В конце концов, они втроем могли бы начать второй раунд только в том случае, если бы вышли из игры.

После того, как две игры закончились, Лян Чэнь отказался играть с детьми и ушел на кухню, чтобы приготовить еду. Чу Сяосяо и Лян Шуанци некоторое время играли с кошкой, чтобы убить оставшееся время.

Чу Сяосяо протянула свою маленькую ручку и потрясла ею в сторону кошки, Лян Сытэ плавно перекатилась, затем опустилась на землю.

Лян Шуанци был потрясен:

— Она понимает твои жесты и лишь изредка реагирует на меня.

Чу Сяосяо протянула руку и снова помахала, и большая черная кошка снова послушно повернулась. Она и впрямь была хорошо выдрессирована, как военная собака.

Двое детей немного позанимались и обнаружили, что Лян Сытэ действительно разбиралась в командах и жестах, но не всегда хотела сотрудничать. Степень сотрудничества кошки была обратно пропорциональна возрасту командующего.

Чу Сяосяо была самой младшей, вот кошка и реагировала на ее жесты; Лян Шуанци был немного старше, и его жесты иногда оказывались неэффективными; Лян Чэнь был взрослым, его жесты и команды были совершенно бесполезны, и кошка игнорировала их. В каком-то смысле Лян Сытэ — взрослая. У нее хватает терпения только на то, чтобы играть с детьми, а взрослым — только протягивать когти и шипеть.

Чу Сяосяо долго и с радостью играла в доме Лян Шуанци, а потом дождалась ужина. Лян Чэнь прислушался к мнению Чу Сяосяо и приготовил блюда, связанные с зелеными овощами, а именно: тушеные свиные ребрышки с картофелем и фасолью, три свежих блюда и тушеную лапшу с квашеной капустой и свининой с ароматным белым рисом.

Лян Чэнь был доволен:

— Смотри, в каждой тарелке зеленые овощи!

Чу Сяосяо посмотрел на картофель и бобы и погрузилась в глубокую задумчивость. Какое-то время она была сбита с толку определением «зеленые овощи». Она также не понимала, квашеная капуста и зеленые овощи — это одно и то же, или дядя Лян не разбирается в овощах? Конечно, кулинарные способности дяди Ляна были на высоте, и каждое блюдо было ароматным и пряным, что заставляло ее чувствовать себя непринужденно.

К счастью, Лян Шуанци был умен. Он достал из холодильника фруктовый стаканчик с клубникой, чтобы ослабить давление на Чу Сяосяо, и сказал:

— Сяосяо, ты можешь съесть его с этим, он готовил блюда в армии.

Получив благословение в виде чашки с клубникой, Чу Сяосяо поужинала сбалансированным блюдом, прежде чем попрощаться с дядей Ляном. Лян Шуанци взял Лян Сытэ и проводил девочку до ворот маленького дворика, а затем вернулся домой, чтобы выполнить сегодняшнее задание по игре на фортепиано.

Чу Сяосяо весело провела время в гостях и, только вернувшись домой, она услышала новости, которые сообщили ей родители. Сяо Би спокойно сказала:

— Сяосяо, брат звонил тебе, но тебя не было дома.

Чу Сяосяо склонила голову набок, вспомнив о противном братце, и вдруг забеспокоилась:

— ... Он безработный?

Лян Шуанци сказал, что если взрослый человек внезапно становится праздным, это неразрывно связано с безработицей, как, например, у Лян Чэня.

— Чепуха, твой брат позвонил тебе, потому что ты ему небезразлична, — воскликнула Сяо Би и предложила: — Отправь ему видео, мы уже поговорили с ним.

Теперь Чу Сяои все больше и больше общался со своей семьей. Он время от времени звонил, чтобы поприветствовать их, избавляясь от дурной привычки не получать новостей из дома. Конечно, чем младше ребенок, тем более невежественным он становится. Чу Сяосяо еще не понимала ценности общения с семьей, поэтому ей казалось, что у ее брата слишком много вопросов. Он всегда спрашивал: «что ты сегодня ела?» и «что ты изучаешь?», что заставляло ее чувствовать себя неловко и беспомощно.

Чу Сяосяо недавно нашла рецепты и расписание детского сада и отправила их непосредственно Чу Сяои, надеясь разрешить давние сомнения и избавить от вопросов.

Чу Сяосяо перезвонила по видео Чу Сяои, и вскоре на экране появилось лицо брата. Позади него стояло бесчисленное множество сотрудников, которые спешили и, казалось, были очень заняты.

Чу Сяои, похоже, снимался для обложки журнала. Сегодня он даже сделал особый вид и серьезно сказал:

— Чу Сяосяо, когда меня не было дома, ты была так смущена, что сбежала на целый день?

Чу Сяосяо не выдержала и закатила глаза, но снова заметила что-то необычное, наклонилась поближе к экрану, чтобы посмотреть, нахмурилась и сказала:

— Брат, у тебя такие грязные глаза?

Услышав эти слова, Чу Сяои был ошеломлен и подсознательно прикоснулся к уголкам своих глаз, ошибочно решив, что в них попала пыль.

На лице Чу Сяосяо появилось выражение отвращения:

— Бяка в твоих глазах исчезла...

Чу Сяосяо сочла, что слово «дерьмо» крайне неприлично, и, следуя словарю детей из детского сада, использовала вместо него другое слово.

Чу Сяои обычно не пользовался косметикой дома, но он внезапно отреагировал и сердито стиснул зубы:

— Это называется «тени для век».