— Дуань Шао Янь! Как ты смеешь! Когда я разрешила тебе войти?!
Слова Е У были произнесены с дикой яростью и деспотично. Она лежала растянувшись на кровати, её одежда была в беспорядке, а взгляд окрашен желанием, что значительно ослабляло её внушительную ауру.
Парень, стоящий в дверном проеме, был высоким и отстраненным, с густыми острыми бровями, глазами черными, как ночь, блестящими, как штыки. Его талия была стройной, ноги длинными и пропорциональными. Под светло-голубой рубашкой контуры его плеч и спины оставались плавными и красивыми. Несмотря на его неоспоримую красоту, от него исходил необъяснимый холод, как будто в его темных глазах бушевала метель, а на лице лежал слой инея. Он проигнорировал её упрек, оставаясь в комнате. Его взгляд холодно скользнул по Ли Юньанью, стоявшего рядом с Е У, а затем остановился на неё.
— Учитель, это вы послали того человека в мою комнату прошлой ночью?
Его холодный, пренебрежительный вопрос вернул Е У к воспоминаниям.
***
Вчера она посетила Наастро, оперный клуб Шанхая, где люди тратят огромные деньги, чтобы послушать оперу Юэ. Владелец влиятельный человек из старинной аристократической семьи, истинный ценитель китайской традиционной оперы. В последние годы поклонников оперы стало меньше, поэтому клуб иногда устраивает современные вокальные и танцевальные представления, адаптированные к вкусам посетителей. Е У мало интересовалась традиционной оперой. Ее частые посещения были обусловлены исключительно политикой клуба нанимать артистов из оперных и танцевальных академий, людей с приятной внешностью. Клуб частный и не предназначен для публики, туда приходят в основном постоянные посетители.
После представления актёры на сцене всегда льстили высокопоставленным лицам в зале, надеясь завоевать их расположение и покровительство. Формально Наастро место для просмотра оперы, где пели и танцевали, не предлагая других услуг. После падения занавеса личные дела между посетителями и артистами не были делом Наастро. Е У приехала, чтобы послушать и увидеть выступление знаменитой артистки, но ее приход оказался неудачным, звезда отсутствовала. Менеджер извинился и объяснил, что звезду пригласили выступить на семейном торжестве. Ее настроение значительно ухудшилось, и она не проявила интереса к репертуару других исполнителей, указанных в афише. Раз она уже была там, ей было лень, сразу сразу уходить. Она села в главном зале, прислонившись к своему креслу, и заказала две бутылки вина и тарелку с фруктами, и спокойно смотрела представление. На сцене было много красивых женщин и мужчин с ярким макияжем и очаровательными глазами. Они напоминали бледных кукол, покрытых толстым слоем грима в громоздких костюмах. Е У некоторое время наблюдала, а затем подозвала менеджера.
— Сколько лет той маленькой девочке, которая играет на цимбалах?
Менеджер, понимая намерения Е У, выглядел обеспокоенным: — Госпожа У, она новая студентка, которая пришла в прошлом месяце, ей только исполнилось восемнадцать. Она остается незапятнанной и настаивает на том, чтобы только аккомпанировать певцам на янцине, она не будет выступать одна.
— Не будет выступать? — холодно усмехнулась Е У: — Такая высокомерная?
— Да, — вздохнул менеджер, украдкой поглядывая на выражение лица Е У: — Её семья имеет долги по азартным играм. Ей пришлось бросить университет, чтобы помочь им погасить. Бедное дитя, такая тяжелая жизнь.
Подобная тактика, к сожалению распространена в клубах. Всегда были молодые люди с свежими лицами и милым внешним видом, с кожей, сияющей коллагеном, и невинными, широко раскрытыми глазами, о которых менеджеры рассказывали душераздирающие истории. Добавляя такие ореолы, как «высокие амбиции» и «невинный характер», чтобы вызвать сочувствие у богатых покровителей, которые затем выкладывали солидные суммы, поддерживая их. Такой опытный ветеран, как Е У, конечно поняла, что имел в виду менеджер, ей было лень указывать ему на это. Она лишь равнодушно улыбнулась, достала платиновую карточку и бросила её на столик перед собой.
— Снимите все членские взносы с этой VIP-карты, хватит ли этого, чтобы купить ей одну ночь свободы?
— Ах... это... ну, Госпожа У, мы польщены вашим интересом. Я немедленно поговорю с ней. В конце концов, вы не просто гость, мы постараемся удовлетворить вашу просьбу.
Менеджер сжал карту, стараясь сохранить на лице выражение нежелания, несмотря на свою очевидную радость. Е У невольно улыбнулась и махнула рукой.
— Хорошо, давайте.
Результат был предсказуем. Девушка представилась с застенчивой мягкостью, а затем выпила с Е У несколько бокалов вина. Когда Е У встала, и вышла вместе с ней из клуба, девушка с кокетливой беспечностью взяла на себя инициативу и обняла Е У за шею, прижавшись к ней своей мягкой, нежной щекой. Её губы оказались слишком близко, Е У подняв руку и нежно прикоснувшись к ее губам, тихо прошептала:
— Ладно, я не интересуюсь девушками.
Увидев растерянное и смущенное выражение её лица, Е У снова заговорила:
— Ты пойдешь со мной. Мне нужно, чтобы ты занялась одним человеком.
Чем престижнее и дороже клуб, тем эксцентричнее и экстравагантнее посетители. Девушка решила, что та просто платит за развлечение подруг, она выпрямилась и улыбнулась.
— Тогда... кому именно я должна уделить внимание?
Е У закурила сигарету, затянулась, и медленно выдохнула дым, а затем неторопливо сказала:
— Пуританин.
— Что? — девушка была удивлена.
Е У прищурилась, глядя через окно Maserati на декадентский ночной пейзаж клуба:
— Пуританин, сексуально заморожен, аскетичен и застыл во времени.
— .............
Е У ещё раз затянулась сигаретой, стряхнула пепел, взглянула на неё искоса и спросила: — Тебе нравится этот Масерати?
В Настро нет недостатка в транжирах. Госпожа которая потратила сотни тысяч на членские взносы за одну ночь, а потом спросила, нравятся ли ей роскошные автомобили, это было нечто совершенно новое для девушки, и она невольно почувствовала волнение. Она подумала, про себя: «Неужели эта женщина пытается соблазнить какого-нибудь настоятеля храма Шаолинь?
— Если тебе удастся заставить его лишиться девственности сегодня ночью, завтра ты сможешь уехать на этой машине, — спокойно сказала Е У: — Решай сама, что делать.
***
Е У увидела, что молодой господин Дуань был одет аккуратно, на его одежде не было ни одной складки. Его выражение лица было ледяным, а брови покрытыми инеем и снегом, без малейшего признака весны. Е У догадалась, что задание, которое она вчера поручила девушке, определенно не было выполнено. Юная девушка, за которую Е У заплатила немалую сумму, чтобы привести её из Наастро, даже не была тронута этим молодым господином Дуанем, который не проявил никакой благодарности. Размышляя об этом, Е У почувствовала прилив гнева, а мысль о годовом членском взносе VIP-клиента только усилила боль; внутри неё поднялось чувство тревоги.
Е У мрачно сказала:
— Я попросила её служить тебе. Что, она тебе не нравится?
Дуань Шаоянь поджал губы, ничего не ответил, но холодно сказал: — Пожалуйста, больше так не делайте, учитель.
Е У, разъяренная, горько рассмеялась. Она махнула рукой слугам, стоявшим у двери, и крайне смущенному Ли Юньаню:
— Можете все уйти.
В комнате остались только наставник и ученик. Слуга задумчиво закрыл за ними дверь спальни. Е У сердито посмотрела на Дуань Шаоянья, ресницы которого были опущены, и в глубоких тенях никто не мог разглядеть истинное выражение его глаз.
— Так? Что в этом такого? Твоя учительница отвечала за твое питание, повседневную жизнь, физическую подготовку и боевые навыки. Шестнадцать лет я тщательно обучала и воспитывала тебя. Теперь, молодой господин Дуань, господин Дуань, я хочу спросить вас, сколько вам лет?
— Двадцать четыре.
— Так ты знаешь, что тебе двадцать четыре? Я думала, ты думаешь, что тебе всего четыре года, — Е у разразилась гневной тирадой в адрес Дуань Шаоянья:
— Тебе двадцать четыре года, и ты даже в бордели не ходишь! Ты женщин не трогаешь! Я попросила кое-кого достать тебе классическую коллекцию тайских, японских, европейских и американских фильмов, и загрузила диски в твой привод. Слышала, что ты даже не взглянул на них, ты сломал их пополам и выбросил в унитаз!?
Дуань Шаоянь молчал, стоя спокойно и торжественно, позволяя ей выплеснуть гнев. Увидев его в таком состоянии, Е У разгневалась ещё больше, стуча себе в грудь и топая ногами, едва не сплюнув кровь изо рта.
Потирая грудь, прорычала:
— Дуань Шао Янь, ты что, чертов импотент? Если бы твой наставник- я, не была женщиной, я бы содрала с тебя штаны и посмотрела, какая у тебя там странная анатомия, что за чудовище у тебя между ног!
Вероятно её слова были слишком резкими, потому что брови Дуань Шаоянья дёрнулись, и он поднял взгляд на несколько сантиметров, уставившись на покрасневшее лицо Е У. Он не выглядел спровоцированным, сохранял холодное безразличие. Этот странный взгляд, напоминал скрытое течение желания. Застигнутая врасплох, Е У почувствовала, как по ее спине внезапно побежали мурашки. Опасный взгляд Дуань Шаоянья длился меньше секунды, после чего без малейшего колебания вернулся к своему глубокому, мрачному состоянию.
Он сказал: — Учитель права, в следующий раз, я не выброшу.
— ...
Лицо Е У покраснело, позеленело, побагровело, а потом потемнело от уклончивого ответа Дуань Шаоянья. Наконец, она схватила с тумбочки большую праздничную красно-зеленую вазу, и со всей силы швырнула ее в красивое лицо Дуань Шаояна. Дуань Шаоянь наклонил голову, легко уклонившись от удара. Ваза с грохотом ударилась о стену и разлетелась на куски.
— Убирайся!!!
После ухода Дуань Шаоянья прошло немало времени, прежде чем Е У отдышалась, схватившись за грудь.
Глядя на жалкую вазу на полу, которая изначально была сливовой вазой с узким горлышком и большим животом, расписанной красными пионами, свежими банановыми зелеными листьями, и орхидеями, ее край был украшен японской золотой пудрой. Самое дорогое имущество. Первоначальное волнение утихло, и её охватило чувство сожаления
Черт, Дуань Шаоянь и вправду был рождён, чтобы стать её заклятым врагом, точнее, чтобы свергнуть её. Она стала его учительницей, когда ему было восемь лет. Она начала тщательно всё планировать, возможно не так уж и плохо, что господин Дуаль попросил ее помочь воспитать его сына. Характер ребенка еще податлив; с небольшой помощью, сбить его с пути истинного, должно было быть делом нескольких минут. И так, Е У приступила к осуществлению своего плана по развращению мальчика.
Ему было восемь лет, когда она купила ему много игрушек и сладостей, надеясь, что он пристрастится к ним и вырастет толстым. Мальчик очень вежливо и с благодарностью, принял игрушки и угощения, а на следующий день попросил дядю Юя отнести все эти вещи в детский приют, где он раньше жил, и раздать их там детям. Е У потратила десятки тысяч юаней, но в итоге ребёнок не только не утратил свое стремление к учебе, но и не набрал вес. Напротив, глава Дуань похвалил его за то, что тот обладает «сердцем, способным приносить пользу всем под небом». Это так разозлило её, что она несколько дней не могла есть.
Когда мальчик повзрослел, Е У размышляла о том, что юноши не могут устоять перед чарами красивых женщин. Дуань Шаоянь, хоть и становился всё красивее и талантливее, он был неопытен в сердечных делах. Если бы он попал в лапы красивой женщины, он наверняка потерял бы себя, и не смог бы выбраться из такой ситуации, как это делали бесчисленные герои, на протяжении истории. И на этот раз Е У снова просчиталась. По словам учителей в школе, юный Дуань был прилежным и серьезным учеником, который никогда не общался с девушками, не говоря уже о ранних романтических отношениях. Е У тепло похвалила учителя, за его превосходное руководство. После разговора она долго горько плакала, поразмыслив, она пришла к выводу, что, возможно, девушки в школе просто не были достаточно привлекательными, чтобы привлечь внимание молодого юного Дуанья. Таким образом, она подняла себе настроение и во время летних каникул третьего курса взяла молодого господина в тур по Европе, Японии и Таиланду. Называлось это путешествием, но на самом деле все сводилось к тому, чтобы юноша мог полюбоваться красивыми женщинами со всего мира. С пышными формами восточноевропейские дамы из немецких кварталов красных фонарей, горячие и сладкие юго-восточные азиатские красавицы из Таиланда, сексуальные, невинные девушки-кролики из Сибуи, Япония. Они видели все, что можно было увидеть, и реакция молодого господина Дуанья делилась на две категории: пустое выражение лица, закрытие глаз, чтобы отдохнуть. Он с детства ни разу не попадался на её удочку. Какую бы приманку она ни использовала, он всегда оставался трезвым и хладнокровным. Со временем она начала чувствовать себя полной дурной, размахивая своими крючками, под холодным взглядом Дуань Шаоянья, как будто она была умственно отсталой.
Е У поднялась с кровати, ее настроение было подавлено. Она привела в порядок свою одежду и макияж, а затем присела у стены, чтобы собрать осколки своей любимой вазы. Она отвлеклась и нечаянно порезала палец, об осколок и из него хлынула кровь. Она мысленно выругалась, выбросила все осколки в мусорное ведро, открыла дверь спальни и пошла к ящику в гостиной за пластырем. Как только она зашла в гостиную, выражение её лица резко изменилось. На её диване, обитом ярко-оранжевой трикотажной тканью, сидел мужчина. С закрытыми глазами он сидел неподвижно, его холодные, бледные, тонкие пальцы были переплетены на коленях. Его отстранённая фигура была похожа на скалу, так несоответствуя её яркому и красочному интерьеру.
Е У была в ярости: — Дуань Шаоянь, почему ты ещё не ушёл?
Красивый мужчина открыл глаза. Он был совсем немногословен, как и предполагало его имя. Увидев её, он спокойно сказал:
— Жду тебя.
— Ждешь меня? Ждешь чего? — лицо Е У потемнело, как дно кастрюли, а в ее голосе слышалось презрение: — Ждешь, пока я займусь сексом?
Дуань Шаоянь молчал. Затем он встал, его выражение лица оставалось холодным, но в глазах мелькнул опасный, угрожающий блеск. Он молча подошёл к Е У.
[ 段少言 (Duàn Shàoyán) :
段 (Duàn) — отрезок, часть, ступень, этап, сегмент.
少 (Shào) — мало, редко, молодой, юный, младший.
言 (Yán) — речь, слова, говорить.
Общее значение имени: «Немногословный» или «Тот, кто мало говорит».
2026 г. ]